Лучший мужчина - Мэгги Осборн

Братья Уэбстеры нашли тело Уорда в двух милях ниже того места, где случилось несчастье. Онемевшая, не проронившая ни одной слезинки Лес смотрела, как они везли труп в лагерь. Тело Уорда болталось, как мешок, перекинутый через спину лошади одного из братьев.

На заплетающихся ногах Лес направилась к небольшой дубовой роще в стороне от лагеря. Сейчас ей хотелось побыть одной, и никакие слова сочувствия ей были не нужны. Но, как всегда, чего больше всего хочешь, того не получаешь. Услышав за спиной знакомый скрип, Лес вздрогнула и обернулась. Алекс спешила за ней, изо всех сил налегая на колеса. Фредди быстрым шагом шла вслед за старшей сестрой, видимо, желая помочь ей.

— Пич и Джеймс копают могилу, — сказала Фредди, догнав Алекс и поставив каталку на тормоз. — Лутер собирается сказать несколько слов. Если ты хочешь что-нибудь добавить, какие-то свои слова…

Фредди дотронулась до щеки младшей сестры.

— Мы сочувствуем твоей утрате, Лес.

И только тогда у Лес началась истерика.

— Моей утрате? — с издевкой повторила она и, упав на землю, закрыла лицо руками. — Я могла бы спасти его — и не сделала этого.

Она помнила его взгляд, его жест. Он видел веревку в ее руках.

— Я просто стояла и смотрела, как он тонул!

Фредди положила руку сестре на плечо.

— Никто не мог его спасти. Для него все кончилось уже в тот момент, когда конь под ним ушел под воду.

Всхлипывая, Лес рассказала им о вечере в лощине, о предложении Колдуэлла, об угрозах Уорда и о непрекращающихся побоях. Подняв к сестрам заплаканное лицо, Лес спросила:

— Разве вы не понимаете? Я ненавидела его! Когда я увидела, что его лошадь стала тонуть, я обрадовалась! Я думала только о себе. Думала, наконец-то все кончилось. Что я наконец свободна. Что он больше не будет меня бить. И я могу не выходить за него замуж, и мне не надо бояться. И да поможет мне Бог, но я и сейчас рада!

Лес переводила взгляд с Фредди на Алекс.

— Что же я за чудовище! — прошептала она наконец.

Фредди, увидев отчаяние в глазах младшей сестры, ни слова не говоря, встала и пошла назад к лагерю.

Лес решила, что у нее вот-вот разорвется сердце. Зарыдав, она осела на землю прямо перед креслом Алекс.

— Ты меня тоже ненавидишь?

Алекс погладила младшую сестру по голове.

— Фредди не испытывает к тебе ненависти. Я не знаю, что у нее на уме, но ты должна ей довериться. Смотри, она уже возвращается.

Лес повернула голову и тоже увидела Фредди. Она ехала верхом на Уокере и под уздцы вела Крокуса. Беспомощно моргая, то и дело смахивая слезы, Лес пыталась понять, к чему все это, но не могла. Куда это Фредди хочет с ней поехать?

— Давай, Лес, пошевеливайся! — приказала Фредди. — Еще достаточно светло, чтобы провести эксперимент.

Сестры молча смотрели на нее.

— Я знаю, что делаю! — бросила она Алекс.

Алекс кивнула и помогла Лес встать.

— Делай то, что велит тебе Фредди.

Чувствуя себя слишком усталой и измученной, чтобы сопротивляться, Лес послушно села в седло. Она не поднимала головы до тех пор, пока они с Фредди не подъехали к самому берегу реки.

— Ты что надумала? — раздраженно спросила Лес.

Меньше всего ей хотелось сейчас возвращаться к реке, в которой по ее, Лес, вине утонул Уорд Хэм.

— Я еду в лагерь, — решительно заявила она.

— Нет, не едешь! — сказала Фредди, выхватив у сестры поводья.

Они находились на небольшом песчаном пляже, совсем таком же, откуда Лес наблюдала за гибелью Уорда.

— О Боже…

Фредди стреножила коней, но Лес не желала спешиваться.

— Почему ты так со мной поступаешь, Фредди?

— Слушай меня: сейчас я пройду вдоль берега вверх по течению и стану бросать ветки в воду. Ты подойдешь как можно ближе к воде и будешь закидывать веревку. Попытайся задеть хотя бы одну!

Зеленые глаза Фредди сузились в щелки и горели, как у кошки.

Сестры уставились друг на друга, обе внезапно разозлившись.

— У тебя на все есть готовый ответ, не так ли? Ты всегда должна одержать верх!

— Ты хочешь еще двадцать пять лет жизни провести так же, как провела? В вечном страхе и жалости к себе? Бедняга Лес, которую всякий может обидеть! А теперь еще Лес — чудовище, позволившее своему женишку, эдакой сволочи, потонуть, не пошевелив пальцем для его спасения! Этого ты хочешь? Ты что, получаешь удовольствие, когда жалеешь себя или тебя жалеют? Тебе нравится роль страдалицы, да?

— Заткнись! Заткнись немедленно!

— Слезай! Покажи мне, что у тебя достанет храбрости узнать правду.

— Я тебя ненавижу! Не должна я тебе ничего показывать!