Пикассо в придачу - Анита Андерсон

Все. Попытаюсь его развеселить. Но это будет последняя шутка на сегодня. Мне не хотелось, чтобы мы расставались, как влюбленная пара.

– О тебе много людей думает, Джек. Говорят, ты станешь президентом нашей компании.

Тут он разозлился:

– Это еще не решено. Этот ублюдок Джеймс тоже метит на это кресло. Таким, как он, всегда везет. Он родился богачом. Но ему все мало.

– Но ведь мистер Чемберс очень справедливый человек. Он сам начинал простым клерком. Поэтому он наверняка выберет достойного.

Джек приуныл:

– У Смита одно достоинство: он не спал с половиной сотрудниц нашей компании. – Он сделал вид, что ему стыдно об этом говорить. Потом доверчиво посмотрел на меня и добавил: – Но не беспокойся обо мне, Кэрон. Я застраховался.

– Но ты же не думаешь о том, чтобы… э-э… спрыгнуть с какого-нибудь высокого здания? – в ужасе спросила я.

Он засмеялся:

– Нет, и в Темзу нырять я тоже не собираюсь, если ты об этом. Но понимаешь, таким людям, как я, приходится работать на час больше, чем другим, чтобы получить то, что им нужно.

Я погладила его по руке:

– Это не так уж плохо, Джек. Мне приходится трудиться на миллион часов больше. Спасибо за кофе. – Слегка улыбнувшись, я подала ему свою пустую чашку и быстро вскочила.

Наш разговор с Ховардом продолжался дольше десяти минут. Еще несколько минут ушло на дорогу туда и обратно, и в конечном счете у меня не оставалось времени, чтобы поесть в столовой. Я купила сандвич с тунцом и направилась в свой кабинет. Так что мой обеденный перерыв закончился даже раньше положенного времени.

Мелоди уже сидела за своим столом. Вид у нее был подавленный. Кто-то сломал мой стул, и теперь он валялся на полу. Там же стоял компьютер.

Провода из него выдернули, и они свободно раскачивались. Что это было? Атака хакеров?

– Без твоей помощи, Кэрон, мне не обойтись…

– Боже, что случилось? Мелоди, с вами все в порядке? Может, вызвать врача?

– Спасибо, милая. У меня что-то с лодыжкой. Я посмотрела на нее, но ничего особенного не увидела.

– Я вернулась с обеда раньше и села за твой стол, чтобы посмотреть, что за задание прислали нам на этот раз, – рассказала Мелоди. – Но тут стул стал разваливаться. Видимо, я схватилась за компьютер, чтобы не упасть, хотя я не помню, как это произошло. А потом он рухнул прямо на меня.

Пожилая леди дрожала всем телом. Лицо ее было бледным.

– На что именно он упал?

– На бедро.

– Мы сейчас же пойдем в медпункт, чтобы врач вас осмотрел. Немедленно.

– Нет, милочка. Это им только на руку. Нам нельзя уходить отсюда.

Я даже не знала, что делать. Вероятно, Мелоди была в шоковом состоянии и просто не знала, что именно у нее болит.

– Помоги мне встать, дорогая.

Я подала ей руку, но когда она привстала, ее нога подвернулась. Мелоди опять села на стул, и тут я почувствовала что-то под пяткой. Это была тонкая леска, прикрепленная к компьютерам и к стулу. Значит, это не просто несчастный случай. Тут я вспомнила, как кто-то пытался толкнуть Мелоди под автобус.

– Не спорьте, пожалуйста. Позвольте мне проводить вас в какое-нибудь место, где вы будете чувствовать себя в безопасности и приведете себя в порядок.

Последний аргумент на нее подействовал.

– Давайте сделаем это быстро, пока никто не пришел.

Тут в кабинет вошла миссис Браун. Я кинулась к ней:

– Скорее всего, кто-то решил жестоко пошутить. Устроил, так сказать, мину-ловушку, чтобы кто-нибудь споткнулся. Не могли бы вы помочь мне отвезти Мелоди в дамскую комнату? Отвезем ее прямо на этом стуле. А потом ее должен осмотреть врач.

Миссис Браун была ошеломлена.

– Я немедленно звоню в службу безопасности универмага!

– Мне так неловко, – прошептала Мелоди, с трудом сдерживая слезы.

Мы побывали в туалете, вскоре к кабинету подошел охранник. Он повесил на дверь табличку с надписью «Не беспокоить» и вошел туда вместе с нами. Через несколько минут появилась медсестра. Мы с Мелоди привстали, причем для этого мне пришлось крепко обнять ее за плечи. Она вцепилась в мою руку.

– Вполне вероятно, что у вас сломана лодыжка, – сказала медсестра, – вам необходимо немедленно обратиться в больницу, чтобы там сделали рентгеновский снимок.

Потом прибежали еще два охранника. А наша начальница отправилась посоветоваться с кем-нибудь из топ-менеджеров.

Мелоди притянула меня к себе и прошептала:

– Принеси мне мою сумочку, пожалуйста. Тут я вспомнила, что ноутбук по-прежнему лежит в моей сумке, и помчалась к своему столу.

Когда я вернулась, то увидела Джеймса.

– С этой минуты мы не должны никому рассказывать о том, что произошло. Никто не должен об этом узнать, – сказал он.

Охранники сцепили руки, так что Мелоди смогла усесться прямо на них, словно в люльку.

– Пройдите по длинному коридору, – приказал им Джеймс, а потом добавил: – Кэрон, ты ведь проводишь Мелоди?

– Я могу пойти с ней, – предложила медсестра.

– Стул Кэрон кто-то сломал, – объяснил он, обращаясь к ней, – и я настаиваю на том, чтобы она находилась в безопасном месте, пока мы проводим расследование.

Совсем другой человек. Где его нерешительность? Когда он отдавал приказы, спорить с ним желания не возникало.

Я сидела на заднем сиденье машины «скорой помощи», держа Мелоди за руку. Ей же приказали лежать, и она продолжала лепетать, что ей очень неловко:

– Простите меня. Ведь эта ловушка была подстроена для меня. И если бы вы мне не помогали…

– Мы же постоянно меняемся местами. Так что это могло быть предназначено для нас обеих. Или ты думаешь, что это случайность?

В больнице быстро определили, что это не перелом, а довольно серьезное растяжение связок. Но Мелоди это не очень обрадовало, потому что она сильно ударилась головой, и теперь врачи подозревали, что у нее может быть и сотрясение мозга. Они решили оставить ее на один день, чтобы провести обследование. Меня же попросили подождать, пока не закончат предварительный осмотр и не сделают несколько рентгеновских снимков.

Я налила себе кофе из автомата (он был похож на горячую грязь, сказать по правде) и прошла в комнату ожидания. Все это было так странно… Зачем кому-то понадобилось все это делать, ведь очевидно, что нанести какой-то вред таким образом практически невозможно? То, что произошло с Мелоди, было худшим, что вообще могло случиться. То есть я не хочу сказать, что это была милая шалость, но и к смертельному исходу она привести не могла. И поскольку я была намного ее моложе, все, что мне в самом паршивом случае грозило, – это провести полчаса в ожидании снимков.