Легенда - Джуд Деверо

– Что значит приписки к завещанию не было? О чем шла речь в письме, которое Рут оставила тебе? И вообще, почему ты здесь?

Тарик со вздохом опустил руки. Если он будет держать ее в своих объятиях, то никогда не сможет ответить на ее вопросы.

– Моя пра-пра-прабабушка Рут Джордан оставила мне письмо, в котором что-то говорилось о том, что она поручила тебе попытаться сделать так, чтобы ее внук Коул Джордан не умер в девять лет, и попросила меня помочь тебе в выполнении этой задачи.

– Но ты не веришь в то, что я способна это сделать.

– Я не хочу, чтобы ты даже пыталась.

– А почему? – в голове Кэди звучало подозрение.

– Потому что моего предка расстреляли. Если ты не дашь его убить, не исключено, что сама при этом попадешь под пули вместо него.

– О! Я об этом даже не подумала.

– Мне вообще кажется, что вы, две женщины, мало о чем подумали. Например, о том, что такое завещание, как оставила Рут, не будет признано судом. К тому же моя семья слишком давно знала о завещании. Мы приняли определенные меры предосторожности.

Кэди прищурившись смотрела на него и пыталась понять, к чему он клонит.

– Ты хочешь сказать, что все это розыгрыш?

– В той или иной степени.

– Мистер Фаулер…

– Он ничего не знает. Он думал, что станет хозяином всего, и считал, что все мне возвращает по твоей просьбе. – Увидев лицо Кэди, Тарик понял, что поторопился сказать ей слишком много. – Послушай, радость моя, давай поговорим обо всем позже. Сейчас, на этой лестнице, не место для разговоров о…

– Разговоров о том, как ты, надо мной посмеялся, как врал мне, как манипулировал мной?

– Ну ладно, согласен, но я делал все это из благих побуждений.

– Каких это, интересно? – процедила она сквозь зубы.

– В тот самый момент, когда я тебя увидел, я понял, что люблю тебя, но хотел убедиться, что и ты меня любишь.

– Я тебя не люблю, – зло крикнула она. – Я тебя не выношу! Ты поставил меня в глупое положение, смеялся надо мной, издевался над моей стряпней… Я не желаю тебя больше никогда в жизни видеть! – сказала она, пытаясь обойти его и подняться наверх.

– Кэди, милая, дорогая, радость моя, ты ведь так не считаешь! Я вынужден был так поступить. После того, как обошелся с тобой этот ублюдок Грегори, ты ни за что не поверила бы мне, скажи я в первый же день в моем офисе, что люблю тебя.

– Я и теперь тебе не верю, так что какая разница?

– Нет, веришь, – совершенно уверенно сказал он. – Твои глаза говорят мне об этом, каждый твой жест говорит об этом.

– Тогда тебе следует поучиться разбираться в людях. Потому что я тебя не люблю и никогда не полюблю. Ты мне даже не нравишься!

– Нет, любишь. И если бы у меня сейчас было время, я отнес бы тебя наверх и показал бы тебе, насколько я тебе нравлюсь. Но у меня нет времени. Мы с Люком…

Кэди считала, что Грегори тщеславен, но этот человек побил все рекорды!

– Ты что, вообще меня не слышишь? Я не хочу иметь ничего общего с тобой. Иди, проводи всю ночь в компании Люка, или твоей мужеподобной Вэндел, или твоей малохольной Леони – мне все равно. Меня это абсолютно не касается.

– Кэди, дорогая, ты и впрямь говоришь не то, что думаешь. Если бы у меня было время… Ой! Почему ты меня бьешь?

– Потому что у меня нет под рукой ножа.

– Ты не хотела этого говорить, – произнес Тарик, но по его тону Кэди поняла, что он потрясен.

– Я сказала именно то, что хотела – слово в слово. Иди, ночуй в каком-нибудь борделе, это тебе понравится. – С этими словами она оттолкнула его и поднялась наверх, разыскивая голубую спальню.

* * *

– Похоже, она не желает иметь с тобой дела, – усмехнулся Люк, когда они остались на веранде вдвоем. Он слишком часто видел, как женщины теряли голову из-за его необыкновенно красивого и сказочно богатого двоюродного братца.

– Кто? А, ты имеешь в виду Кэди? Нет, она с ума сходит по мне.

– Это мы слышали. Похоже, что она мечтает запихнуть тебе в рот целое яблоко и так запечь в духовке.

– Нет никаких проблем. Она такая колючая, потому что ее последний парень оказался настоящим ублюдком. Ко мне это не имеет никакого отношения.

– А мне показалось, я слышал, что ты подавал на нее в суд и к тому же наговорил ей кучу не правды.

Тарик махнул рукой.

– Тебе не следовало подслушивать под дверями. Знаешь, мне нужна твоя помощь. Ты можешь что-нибудь предпринять, чтобы отделаться сегодня от Вэндел?

– Ты имеешь в виду, накачать ее пивом или что-то в этом роде?

– Так ты можешь это сделать? Люк недоверчиво покачал головой.

– Что с тобой случилось? Большинство мужчин в восторге от Вэндел.

– Я – нет, именно поэтому я ей и нужен. И – не хочу обижать твою сестру – но у меня не хватает на нее никакого терпения. Итак, скажи, как я могу от нее отделаться, и хочешь ли ты сегодня ночью помочь мне?

– Я? Такой мальчишка, как я? – с сарказмом поинтересовался Люк.

Губы Тарика растянулись в кривой усмешке.

– Если ты еще раз попытаешься дотронуться до Кэди, я заставлю тебя по-настоящему доказывать, что ты взрослый мужчина.

Люк засмеялся.

– Только не рассказывай, что говорил Кэди правду! Не мог бессердечный Джордан влюбиться в такую хорошенькую маленькую Кэди, настоящую женщину. Я думал, тебе по нраву такие хищницы, как Леони или моя дражайшая сестра-мотоциклистка.

– Однажды, когда ты подрастешь, я кое-что тебе расскажу об этой жизни, но не теперь. Хочешь помочь мне или нет?

– А могу я поинтересоваться, что должен буду делать? Окажется ли это настолько интересным, чтобы провести бессонную ночь?

– А если я скажу, что обнаружил дыру во времени, и если мы через нее пройдем, то попадем в прошлое?

Несколько мгновений Люк недоверчиво смотрел на Тарика. Это было нечто невероятное, но он привык верить своему двоюродному брату.

– Ты сейчас мог бы находиться наверху, чтобы так или иначе оказаться в постели с Кэди – потому что, заметь, я ни на йоту не верю в историю с вашей женитьбой, – а ты хочешь провести ночь, охотясь на привидений? – тихо переспросил он.

Тарик молча смотрел на Люка.

– Если это настолько важно, тогда у меня вдруг развилась бессонница.

– Так как мы поступим с твоей сестрицей?

– Положись на меня. В университете я кое-чему обучился.

– Я знал, что деньги, которые я потратил на твое образование, окупятся.

– Правду сказать, я узнал это в одном из баров, и, смею тебя уверить, это ничего не имеет общего с юриспруденцией.