Исцеление любовью - Юлия Слободян

Юля провела на автомате практически весь вечер. Опомнилась она только дома и только в постели, когда осознала, что Сережи нет рядом. «Господи, неужели ему опять приснился кошмар?» – подумала она и, встав с постели, накинула поверх ночнушки халат и стала спускаться вниз.

В доме было темно. «Где же он?» – думала Юля, идя вниз по лестнице. Последний месяц не был веселым. Постоянные Сережины кошмары не давали ей покоя. Его слова о том, что ему кажется, что предметы в комнате двигаются или что в комнате кто-то есть, она относила насчет воображения, но частота повторения этих слов… Мысль о том, что мужа тревожит что-то, все чаще посещала ее. Но Сергей говорил, что это не так, а дело просто в усталости.

Когда Юля зашла в гостиную, дверь кухни резко распахнулась, заставив ее зажмуриться. Из кухни ударил свет, а в дверном проеме она разглядела силуэт мужа.

– Составьте мне компанию, Юлия Алексеевна, – сказал он, растягивая слова, – я прошу вас.

«О Боже, он же выпил!» – пронеслось у Юли в голове. – «Выпил дома вдобавок к тому, что было у Дашки. Он пьян». Тут Юле пришла в голову мысль, что она никогда не видела своего мужа пьяным. Да, выпившим бывал, но не пьяным.

«И что же теперь делать? Как себя с ним вести?» – думала она, чувствуя первую волну паники. Она умела справляться с отцом, если он был пьян. С ним нужно было обращаться, как с ребенком, но вот что делать с пьяным мужем? Особенно, если ты не знаешь, как он себя поведет.

– Иди сюда, черт возьми, кому говорю! – рявкнул Сергей.

Юля поплотнее стянула на себе халат и прошла к кухонной двери. Снегирев отошел в сторону, пропуская ее. Войдя в кухню, девушка увидела на столе бутылку коньяка и рюмку. Также она заметила, что Сергей даже не переоделся и по-прежнему в своей голубой рубашке и что странно, прическа также сохранилась. Только теперь всё это не добавляло ему красоты. Наоборот, он выглядел несколько непрезентабельно и даже немного устрашающе.

– Может, выпьешь со мной, дражайшая моя супруга? – спросил Снегирев немного издевательским тоном, зайдя следом и взяв в руки бутылку.

Юля вздрогнула от его голоса – таким он показался ей незнакомым и язвительным.

– Я не собираюсь пить, – ответила она. – И тебе тоже не надо. Ты у Даши хорошо выпил.

Сергей поставил бутылку на стол и тяжелым взглядом посмотрел на Юлю. У той сердце стучало, как у зайца в силке. Это был ее муж и в то же время не ее. Она никогда не видела его таким и не думала, что когда-нибудь увидит. Сама ситуация давила на нее своей новизной и незаурядностью. Юля пугалась возможных последствий. И пугалась вдвойне, поскольку не представляла, чего ей сейчас ждать.

– Ладно, – сказал Снегирев. – Тогда давай поговорим. Мило по-домашнему. По-семейному. Садись, – указал он ей на стул.

Юля села, чувствуя, что ноги ее стали ватными. Она не отрывала глаз от лица Сергея. Чужое каменно-холодное лицо с хищными глазами. Перед ней будто был вождь какого-то затерянного племени, который вдруг обнаружил чужака в своих землях и теперь решает, что с ним сделать – отравить или сжечь. Юля вздрогнула, пока Снегирев садился на другой стул.

– Хороший вечер был, не так ли? – спросил он ее.

– Неплохой, – ответила она.

– Тебе понравился день рождения твоей подруги?

– Понравился, – сказала Юля, не понимая куда он клонит.

– Мне он тоже понравился, – усмехнулся Сергей. – Особенно та его часть, где моя жена принимала подарок.

Он крепко схватил за руку Юлю, выставив на свет ее запястье с надетым на него золотым браслетом. Юля взглянула на свою руку. Так вот в чем дело! Сергей заметил внезапно появившееся у нее украшение и…

– Сережа, это не то, что ты подумал, – сказала она.

– В самом деле? Не то? – выпустил он ее руку. – Твой… как его там? Валера… На вашей вечеринке ты с ним обнималась, теперь он делает тебе подарки… На моих глазах, между прочим…

– Сережа, ты все неправильно понял, – попыталась оправдаться девушка.

– Спишь с ним? – тихий голос прозвучал для Юли, как рев воздушной сирены.

А чувство было, как от пощечины, как от удара хлыстом. От возмущения за чудовищно несправедливое и ложное обвинение она с криком вскочила со стула, но тут же замерла, поскольку Сергей, как пантера, подскочил вместе с ней. Он навис над женой, глядя ей в глаза с откровенной злобой.

– Еще раз встанешь со стула, – тихо произнес он.

Юля испугалась не на шутку. Такого угрожающего тона она не слышала еще ни разу в своей жизни. Даже когда мать ее ругала.

Девушка опустилась на стул, глядя на мужа снизу вверх. Он продолжил стоять над ней, опираясь одной рукой на спинку ее стула, а другой на стол. Ничего хорошего его взгляд не сулил. Против воли Юля начала часто дышать, а глаза ее быстро забегали по кухне, проверяя, где все острые предметы.

– Если бы ты не был сейчас пьян, то я бы все тебе объяснила, – сказала она, стараясь сдержать дрожь в голосе. – Дай мне пройти. Я устала и хочу лечь спать.

– Ты никуда не ляжешь, пока я тебе не разрешу, – не проявил милосердия Сергей.

Он тоже опустился на стул, но Юле легче от этого не стало.

– Мне довелось застать вас с поличным, когда вы обнимались в курилке месяц назад, – сказал Снегирев и опрокинул себе в рот еще одну рюмку коньяка.

– Все было не так, – произнесла Юля. – Это не было любовное объятие. Валера обнял меня, как друг и все. Ничего такого.

– Не верю, – сказал он и слова его прозвучали, как приговор на расстрел.

– Сережа, я тебя семь лет ждала и еще год с тобой встречалась. Полгода, как я твоя жена. Неужели ты думаешь, что я все это делала для того, чтобы потом тебе изменить?

– Не знаю, – отозвался Сергей.

– Ты не способен сейчас воспринимать адекватно. Ты пьян!

– Да, пьян! – согласился он и выпил еще одну рюмку, даже не закусив.

Юля собрала последние силы и быстро встала со стула.

– Поговорим утром, когда ты протрезвеешь, – сказала она и попыталась уйти.

Сергей, встав, перегородил ей проход и точно клещами вцепился ей в руку. Причем вцепился так больно, что Юля вскрикнула. Но Снегирев лишь сдавил ее предплечье сильнее. Завтра явно выскочит синяк. Если сейчас уже не начал.

– Не так быстро, любовь моя, – произнес он и притянул ее ближе к себе. – Какого черта твой, как ты говоришь, друг сделал тебе этот подарок?