Пари - Айя Субботина

— Ты уже все? — Нина, несмотря на свои габариты, довольно резко бежит за мной, когда я просто иди в противоположную от нее сторону. — Нам надо выпить по коктейлю за встречу. Тут бар через дорогу — там делают просто какой-то невероятный «Секс на пляже»!

— Не слишком ли рано для коктейлей?

— Да ну не будь ты занудой, — фыркает Нина, а когда пытается локтем направить меня в нужную ей сторону, я так резко останавливаюсь, что она едва не врезается в меня своим похожим на булку телом. — Вик, ну это же просто коктейли. Все равно вся заварушка здесь начнется только через час.

— Нина, если ты думаешь, что за пять лет у меня случился выборочный приступ амнезии, то вынуждена тебя разочаровать — это так не работает.

— Амнезии? Пять лет? — Она задумывается, как будто ей и вправду не помнит. — А, ты об этом.

— Да да, я именно о том, какая ты подколодная змея.

— Ты до сих пор не понимаешь, что я сделала это для твоего блага? — Она, наконец, перестает делать вид, что ничего не случилось и даже кривит губы с видом человека, который искренне не понимает, почему его не хвалят за то, что он насрал кому-то на голову. — И, если уж ты решила повспоминать, разве все в итоге не закончилось хорошо? Да тебе спасибо мне надо сказать за то, что я помогла тебе разорвать ту порочную связь. Знаешь скольких дур я знаю, которые вот так же годами верят женатикам?

«А ведь ты действительно так думаешь», — мысленно проговариваю я. И в который раз поражаюсь внутреннему устройству ее души. Хотя, чему удивляться? Нина всегда умела разворачивать в свою пользу абсолютно любую ситуацию, даже ту, в которой казалось бы не может быть разночтений. И почти всегда ей это удавалось.

— Знаешь, я готова хоть сейчас сказать тебе «спасибо», если ты пообещаешь исчезнуть с моих глаз и больше никогда не появляться в моей жизни. Я прекрасно обходилась без твоего заботливого участия все эти годы и, как видишь, не пропала.

Взгляд, которым Нина окидывает меня с ног до головы почему-то чертовски похож на взгляд Марата в тот день, когда он вскрыл свой план по лишению меня моих же собственных денег, машины и квартиры.

То есть, Вселенная, ты решила что с меня недостаточно, и решила подсунуть мне еще один «урок жизни»? Ну ладно, как говорила бабуля: «Сгорел сарай — гори и хата». После того, как Марат и Диана на пару меня поимели, я как будто вообще потеряла способность огорчаться. Ну что еще все эти людишки могут мне сделать?

— Ты всегда была такой высокомерной, — прищелкивает языком Нина. Маска благостности постепенно сползает с ее лица, обнажая истинное нутро — кислое и завистливое. — Как будто не жила так же впроголодь как остальные и стояла по два час в очереди в секонд-хэнд, чтобы урвать ношеные «Levi’s». Смотрела на нас как на свою свиту, принцесса недоделанная, а жила на три копейки бабкиной пенсии. Ну и на еще кое-какие деньги, да?

— Какие деньги? — не понимаю я, но в это время замечаю в толпе знакомую модно стриженную макушку. Лекс. Ну слава богу. — Мне абсолютно не интересно, что ты чушь ты несешь. И раз уж мне категорически не повезло терпеть твое присутствие здесь, то искренне предупреждаю — не смей больше ко мне лезть. Даже не дыши в мою сторону, ясно?

— А то что?! — издевательски кричит мне вслед Нина, но я просто делаю вид, что оглохла для всего, кто выйдет из ее черного рта.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Глава сорок девятая: Вика

Нина оказалась права, когда говорила, что раньше, чем через час ничего не начнется. Когда я подхожу к Лексу и открываю рот, чтобы прочесть ему мораль о том, как невежливо оставлять девушку одну, когда в отеле живет целый кровожадный Минотавр, он как нарочно поворачивается ко мне спиной и переключает внимание на какого-то мужчину. Становлюсь неподалеку — мы, в конце концов, представители одной компании! — и вслушиваюсь в их разговор. Говорят они на польском, но даже моих минимальных знаний достаточно, чтобы уловить суть. Они говорят о работе, обсуждают запуск новых мощностей генерации «Интерфорса» — основного предприятия Лекса, частью которого станет «Гринтек». Ну точнее, то немногое, что от него останется. Собеседник Лекса делает пару вежливых реверансов, нахваливая его умение вести дела и мастерски расталкивать локтями конкурентов, а потом как бы между прочим забрасывает удочку на тему сотрудничества. Тут уже начинается специальная терминология, но даже в общих чертах понятно, что поляк представляет фабрику, которая производит какие-то специальные проводящие кабеля. Лекс вежливо выслушивает его саморекламу, а потом говорит, что у них будет целых три дня, чтобы обсудить вопрос подробнее. Мужчина вручает ему визитку, а потом протягивает еще одну мне, и быстро исчезает с горизонта.

— Очень умно, — позволяю себе ремарку. — Если бы я хотела вежливо отказать без отказа — то тоже предложила бы поговорить позже.

— Да что ты говоришь, — иронизирует Лекс, вышагивая к стойке с одноразовыми бутылочками минеральной воды. Открывает, делает несколько глотков и снова удостаивает меня меня вниманием. — И как же я раньше работал без твоей похвалы.

— Я имела ввиду…. — Запинаюсь, когда понимаю, что чем больше я буду оправдываться — тем глупее буду выглядеть. — Есть что-то, что мне нужно знать?

— Знать о чем?

— О моей миссии здесь.

Лекс снова на меня смотрит, но на этот раз примерно как на дурочку с интеллектом амебы.

— Миссии? — переспрашивает с неприкрытой издевкой. — Ну я даже не знаю. Можешь записаться спикером и спеть «Аллилуйя» для этих думающих только о наживе безбожников. Уверен, многие из них обратятся в твою веру только ради возможности лобызать твои следы.

— А ты сегодня в ударе, я погляжу, — огрызаюсь в ответ.

— Прости, но когда директор экономического отдела спрашивает меня о своей «миссии» на бизнес-форуме энергетиков, мой мозг способен родить только ядовитые шутки. Хотя, знаешь, насчет ног я даже почти всерьез. Здесь тебя только слепой глазами не раздел.

— Оставьте при себе свои воспаленные фантазии, Алексей Эдуардович, или я начну думать, что счастливица, имеющая доступ к вашему царскому телу, не в состоянии справиться с вашим спермотоксикозом.

Хорошо, если он хочет, чтобы