Давай мы станем незнакомцами - Наталия Веленская

На мгновение заключаю его в крепкие объятия, стараясь обуздать оглушающий грохот своего сердца. С упоением вдыхаю аромат его кожи, касаюсь губами чуть отросших у висков тёмных волос. Ощущаю его обжигающе горячие ладони на своей талии… Голова начинает кружиться от этой опьяняющей близости.

С огромным усилием я всё-таки заставляю себя разомкнуть руки, чтобы вернуться на место, но у Мереминского на этот счёт были совершенно другие планы.

— Спасибо, Мариш, — с искренней радостью отзывается Ярик на моё поздравление, по-прежнему не выпуская меня из своих объятий. — Только у меня есть вопрос.

— К-какой? — чуть запинаясь говорю я севшим от волнения голосом.

— А где мой поздравительный поцелуй?

Глава 55

Поздравительный поцелуй.

Ловко же он перефразировал мою фразу, сказанную несколько лет назад при очень схожих обстоятельствах…

Тяжело сглатываю, пытаясь унять разогнавшийся до предела пульс. Я ведь специально не целовала Мереминского все эти годы, даже просто в щёку при приветствии. Да я вообще старалась лишний раз к нему не прикасаться. Чтобы не вспоминать… Чтобы не рвать себе сердце, мечтая о том, чему не суждено было сбыться.

Затаив дыхание с громким чмоком касаюсь губами его щеки и заливисто смеюсь, чтобы хоть немного сгладить неловкость этого момента.

— С днём рождения! — ещё раз говорю я, отстраняясь от Ярика. Мереминский усмехается, но после небольшой заминки всё-таки выпускает меня из объятий. — Надеюсь, тебе сегодня удастся хорошо оторваться несмотря ни на что… Как ты вообще?

— Да нормально, — пожимает плечами, — Мы расстались с Алинкой.

— М-м, можно я не буду говорить сочувствующие слова? — саркастично протягиваю я.

— Можно, — разрешает мне Ярик. — Если честно, я вообще рад, что так всё получилось.

— Ну да, врываешься в свои двадцать лет на крыльях свободы, — смеюсь я, пытаясь спрятать в своём голосе нотки грусти.

Мереминский ничего не говорит в ответ и даже не смеётся. И почему-то от этого молчания я чувствую лёгкую дрожь по всему телу. Воздух в комнате будто бы становится наэлектризованным. А темнота вокруг какой-то обволакивающе томной, практически осязаемой…

— Я рад, что ты сейчас здесь, — Ярик находит мою ладонь и нежно сжимает, не давая мне подняться с кровати вопреки голосу разума.

— Да, я… я тоже, — хрипло отзываюсь, млея от его нежных, неторопливых касаний.

Боже, как же хорошо сейчас… С другими парнями у меня даже близко ничего подобного не было. Как магнитом тянет к нему, и я совершенно не могу сопротивляться этому притяжению. До одури хочется утонуть в его объятиях, коснутся его губ и целовать так, как никто и никогда не будет его целовать. Ни одна из этих чёртовых Алин и прочих смазливых дур! Целовать всю ночь напролёт и… не только.

Щёки моментально вспыхивают огнём. Мой первый раз…

Я понимаю, что действительно хочу этого. Да, мне немного страшно. Неизвестность всегда пугает. Я боюсь сделать что-то не так, боюсь боли, о которой рассказывали девчонки в лицее. Но в глубине души я всегда знала, что смогу решиться на этот шаг только с Яриком. И сейчас все мои страхи и сомнения как-то незаметно отошли на задний план, оставляя место лишь приятному волнению.

— Когда ты уезжаешь?

— Через полторы недели, — тихо отвечаю я, пытаясь изгнать из головы картинки нашей возможной близости. Но они настойчиво продолжают крутиться в моей голове, разливаясь жаром внизу живота. Стыдливо опускаю взгляд, будто Мереминский мог прочесть мои мысли. — Сначала с родителями на море, а после сразу поеду в Москву в последних числах августа.

— Жаль…, - вздыхает Ярик и тут же осекается, — Нет, не в том смысле, что я не рад твоему поступлению. Мне жаль, что я не могу остановить время.

— Время?

— Да. Знаешь, если бы я верил во всю эту чушь с загадыванием желаний перед тортом, то я бы загадал, чтобы это лето никогда не заканчивалось. Мне будет тебя очень не хватать здесь, Мариш.

— Мне тебя тоже… очень!

От его признания перехватывает дыхание, горло сжимает болезненный спазм. Почему эти слова мы говорим друг другу только сейчас, когда… Когда уже ничего нельзя изменить?!

Молчим и просто смотрим друг другу в глаза. Не выдерживаю и первая смущённо отвожу свой взгляд.

— Ладно, я пойду, наверное.

С огромным трудом всё-таки нахожу в себе силы, чтобы освободить ладонь из нежного плена. Вот только ни в моем голосе, ни в моих действиях нет ни капли уверенности. Потому что на самом деле я дико хочу остаться здесь, с ним…

— Хорошо, иди, — глухо отзывается Мереминский, отворачиваясь от меня.

Я не вижу, а скорее ощущаю, как напряжена его застывшая в полумраке фигура. Хочется коснуться его, ласково провести кончиками пальцев от основания шеи по плечам вниз, очертить дорожки вен на предплечьях, обнять крепко-крепко, прижавшись к его широкой спине и… Не отпускать. Хотя бы несколько мгновений почувствовать, что он мой и только мой.

Мозг отдаёт команду телу подняться с кровати и отправиться спать, но сердце блокирует любую мою попытку подчиниться голосу разума.

Я не могу. Я просто не могу сейчас уйти…

Да, я знаю, что у нас ничего не получится. Я знаю, что нам не быть вместе. У меня учёба в Москве. А Ярик не из тех парней, которым нужны серьёзные отношения, тем более отношения на расстоянии. Но если только сейчас, хотя бы один раз… Просто узнать, что такое настоящее счастье.

— Я… Я скоро уеду, — начинаю говорить я, отчаянно стараясь справиться с волнением в голосе. Аккуратно подвигаюсь ближе, прислоняясь щекой к его спине. Ярик вздрагивает, но не отстраняется от меня. И это предает мне немного уверенности, чтобы продолжить. — Но прежде, чем это произойдет, я бы хотела узнать…

— Что? — спрашивает Мереминский каким-то чужим, хриплым голосом.

— Как это… Быть вместе. Ты и я.

Скольжу руками по его плечам, вбирая в себя лёгкую дрожь, жар исходящей от его кожи. Обнимаю крепче, прижимаясь всем телом к его широкой спине, будто боясь, что Ярик сейчас растает в ночи как сон.

— Я ничего от тебя не требую. Я… я всё понимаю, правда. И ни на что не рассчитываю, — торопливо говорю я. Утыкаюсь носом в футболку, с упоением вдыхая любимый аромат его кожи, смешанный с ароматом парфюма. — Просто этой ночью я хочу… чтобы мы были вместе. По-настоящему.

Замираю, в ожидании его ответа. Провожу ладонями по твёрдой широкой груди, ощущая на кончиках пальцев отчаянно быстрый стук его сердца.

Что он ответит? Что у