Искаженное соглашение - Мила Кейн

Меня все это не волновало. Мне нужно было добраться до Уинтер. Я одолжил байк у одного из приятелей Коула. Мой все еще стоял возле хижины.

Поездка заняла чертовски много времени. Коул знал способ добраться туда по дороге и не доверял парому.

— Мы не хотим, чтобы они нас ждали, — объяснил он.

Когда мы наконец добрались до места назначения, то заехали в подземный гараж, ожидая увидеть там охрану, готовую к стычке с двадцатью закаленными байкерами.

Вместо этого он был безлюден.

— Что за хуйня? — прорычал Коул, оставив мотоцикл и обходя гараж по периметру. Он посмотрел на своих парней. — Будьте осторожны. Что-то здесь не так.

Дверь, ведущая на нижние этажи, была приоткрыта. Я подошел к ней, намереваясь как можно скорее найти Уинтер и мало заботясь обо всем остальном, и толкнул ее шире, когда заметил мокрый красный след возле ручки.

Кровь.

В коридоре внутри было темно. Похоже, все лампы были выключены, за исключением нескольких тусклых, питающихся от генератора.

Коул кивнул мне и Маркусу.

— Вы позаботьтесь о себе и найдите свою девушку. А мы с парнями нанесем визит Фитцджеральдам.

Я спустился в темный коридор. Необходимо было найти дорогу в главную часть здания и начать проверять комнаты в поисках Уинтер. Почти сразу мое внимание привлекла ярко освещенная комната. Дверь была приоткрыта всего на щель, но этого хватило, чтобы разглядеть зернистые черно-белые компьютерные экраны, выстроившиеся вдоль стен. Значит, генератор подпитывал и камеры наблюдения? Я ворвался внутрь, сразу же высматривая признаки Уинтер.

— Черт, это не Селена? — тихо спросил Маркус и постучал по экрану.

— Уинтер с ней?

— Нет, я так не думаю.

— Если вы ищете чирлидершу, она на самом нижнем уровне. Она вела себя очень непослушно. — Глубокий ирландский говор внезапно донесся из самого темного угла комнаты.

Мы с Маркусом обернулись. К стене прислонился мужчина. Он был огромным, покрытым татуировками и настолько уверенным в себе, что не было сомнений в том, что он убивал людей и раньше. От него исходила аура человека, которому не чуждо насилие. В Хэйд-Харборе я встречал только одного мужчину с похожей энергетикой.

— Я собирался пойти и помочь ей, но раз уж ты здесь, позволю тебе оказать эту честь. — Он указал на экраны кончиком ножа, о котором я и не подозревал. — Она в третьей комнате слева. Хотя, честно говоря, я думаю, что она может постоять за себя.

— Ей это не нужно. Больше нет.

Я здесь, Снежная королева. Ты не одна.

Я сорвался с места и побежал в комнату, больше ни о чем не думая. По какой-то причине включились разбрызгиватели. Может, Коул и его команда устроили пожар? Честно говоря, это было бы похоже на них. Дверь была запертой и чертовски тяжелой. Я толкнул ее. Окон не было.

— Помоги мне! — крикнул я Маркусу.

Мы начали выбивать ее вместе.

— Придется взламывать, — выдохнул он.

Вместе, ведя обратный отсчет, мы рванули к двери, с силой навалившись на нее плечами. Затем снова. Она не поддалась.

— Это, блядь, слишком долго! — я заметил блестящую коробку на стене позади Маркуса и бросился к ней. Секундой позже поднял пожарный топор и ударил им по дверной ручке. Первый удар сотряс все мое тело, но оставил лишь маленькую вмятину на ручке. Из комнаты донесся душераздирающий крик. Кто-то испытывал невообразимую боль.

Этот звук придал мне сил, о которых я и не подозревал. Я обрушивал топор снова и снова, пока дверь не распахнулась и не слетела с петель.

Уинтер стояла посреди комнаты, а Трент нависал над ней. Я шагнул вперед и застыл на месте, увидев лицо Трента. В его глазу торчал длинный заостренный металлический предмет. Он упал на колени, и мой мозг перезагрузился.

Уинтер смотрела на меня, ее волосы прилипли к голове, а кожа была белее бумаги. Она покачнулась, и я бросился к ней, пока она не упала. Мы опустились на пол вместе. Она повернула голову к Тренту, который скулил на земле, его кровь текла рекой. Это было адское зрелище.

— Не смотри, детка. — Я повернул ее лицо в сторону и встретил ее шокированный взгляд. — Просто смотри на меня.

Я откинул ее мокрые волосы назад.

— Продолжай смотреть на меня. Теперь все хорошо. Все позади. Все кончено. Ты со мной. Я здесь, и я собираюсь отвезти тебя домой.

Ее глаза сфокусировались на мне.

— Ты здесь. Ты в порядке, и ты здесь... и я люблю тебя, — прошептала она.

— Не думаю, что я тот, о ком тебе стоит беспокоиться прямо сейчас, и я знаю. Я тоже тебя люблю, — пробормотал я и выдавил кривую улыбку.

Она кивнула.

— Я знаю.

Что-то вдруг пришло ей в голову, и она попыталась сесть слишком быстро.

— Селена! Она тоже здесь. Ее тоже нужно забрать, — успела сказать она, прежде чем резкое движение дало свой эффект. Ее глаза закатились, и она потеряла сознание. Я поймал ее и прижал к своей груди.

— Дерьмо! Это дико, — ахнул Маркус, входя в комнату и оглядываясь.

Моя великолепная, храбрая девочка сразила своего собственного демона.

Хотел бы я сделать это за Уинтер, чтобы у нее не было этих воспоминаний в голове, но я не мог отрицать, насколько впечатляющей она была. Ваше Величество — подходящий титул для моей любви. Она была королевой.

— Черт! Ашер, берегись! — крикнул Маркус. Он смотрел в сторону Трента. Проклятье, я-то думал, что он вышел из строя.

Я обнял Уинтер, прикрывая ее своим телом, как раз в тот момент, когда на мою спину обрушился тяжелый груз. Кресло. Я развернулся и вскочил на ноги. Трент стоял, пошатываясь, но стоял.

— Ты! Я, блядь, убью вас обоих! — заорал он, потянувшись в карман. Я понятия не имел, что у него там, но не мог рисковать. Топор оказался в моей руке прежде, чем я успел сделать следующий вздох.

Защита Уинтер была не вопросом, а гребаной необходимостью. Инстинктом, старым как мир.

Время замедлилось до ударов сердца. Один удар — и топор просвистел в воздухе. В следующий глаза Трента расширились, когда он увидел, что топор приближается. На третьем ударе сердца тесак соединился с плотью. Я отпустил рукоятку, шок пригвоздил меня к месту. Трент попятился назад, топор остался торчать в его груди.

Он упал лицом вниз. Наступила тишина, если не считать шума, издаваемого пожарными распылителями. Кровь растеклась по кафельному полу.

— Я схожу за Селеной, — тихо сказал