Щит Спэрроу - Девни Перри

Из всех монстров, населявших Каландру, таркины были самыми красивыми. Если охотнику удавалось убить зверя и собрать его чешую, она продавалась на черном рынке по цене порошка из клыков фенека. Их шкуры, эта роскошная, гладкая красная шерсть, были в два раза дороже шкур лайонвика.

Чудовище внизу не обратило на меня никакого внимания, прошествовав мимо моего домика на дереве, виляя хвостом и петляя по лесу.

Это было то самое чудовище, которое напало на общину? Он казался таким послушным. Невозмутимым. Почему, черт возьми, он все еще жив?

Где Страж и почему он не убил этого монстра?

Если только их не было больше одного. Если только это нападение не было похоже на нападение бэарвульфов в Эшморе, и пока другой монстр отвлекал Стража, это существо было на охоте в поисках легкой добычи.

Должно быть, оно ее не нашло. Он продолжал двигаться по лесу, пока я не потеряла его из виду за деревом.

Мой выдох был похож на порыв ветра. Я повернулась к двери, ослабила хватку на ножах, готовая вытащить Эви из-под кровати, когда услышала голос.

— Поторопись, Марко.

Я резко повернула голову, и острая боль пронзила мою шею.

Девочка с безупречной смуглой кожей и вьющимися локонами держала за руку маленького мальчика, направляя его к моей веревочной лестнице.

Какого черта они здесь делали одни? Где их родители?

Я побежала на другую сторону домика на дереве в поисках таркина, но он исчез.

— Спасибо, Ама.

Подойдя к лестнице, я отложила ножи в сторону и опустилась на колени, подзывая детей.

— Поторопитесь. Идите сюда.

Девочка подняла лицо, на щеках у нее были слезы, глаза были широко раскрыты, когда она потянула мальчика за собой.

Они почти добрались до места, когда я почувствовала дуновение ветра. Движение воздуха, которое унесло наши запахи в неправильном направлении.

Девочка наступила на палку, сломав ее пополам.

Звук был негромкий. В любой другой ситуации я бы не обратила на него внимания. Но этот треск в сочетании с шумом ветра с таким же успехом мог сойти за раскат грома.

Страж будет очень, очень зол на меня.

Не раздумывая, я развернулась и начала спускаться по лестнице, двигаясь к подножию так быстро, как только могла. Я достигла земли в тот самый момент, когда издалека донеслось низкое, горловое рычание.

Блять.

У девочки вырвался всхлип, но она прикрыла рот рукой, заглушая последовавшие за ним крики.

— Лезь. Давай. — Теперь я говорила как Страж. Но она послушалась, поднимаясь по лестнице так же быстро, как и Эви.

Мальчик покачал головой, его глаза расширились от страха, когда девочка была уже на полпути.

— Пошли. — Я подняла его, посадила на бедро и начала подниматься, продвигаясь медленно и неуклюже с ребенком на руках.

Мы преодолели пять ступенек, прежде чем волосы у меня на затылке встали дыбом. В какой-то момент лес был пуст. В следующее мгновение таркин выскочил из-за деревьев, оскалив зубы и клыки и вонзая когти в землю.

— Черт. Дерьмо. Черт. — Я продолжала карабкаться, проверяя, как там девочка наверху.

Она добралась до балкона.

И Эви, моя храбрая маленькая звездочка, покинула безопасную спальню, чтобы помочь подняться другой девочке.

— Марко! — закричала девочка, протягивая руки.

Рёв таркина отдавался вибрацией у меня под кожей. Он бежал так быстро, что казался размытым красно-оранжевым пятном. Это массивное, мускулистое тело было создано для скорости. Для смерти.

Он собирался прыгнуть на нас. Сбросить нас с лестницы и швырнуть на землю.

Я полезла быстрее, передвинув мальчика, когда он начал вопить и тянуться к девочке.

— Десс! — закричала Эви.

Таркин прыгнул, вытянув когти и широко раскрыв пасть.

Я обхватила веревку рукой, изо всех сил держась за нее и держа мальчика.

Монстр врезался в лестницу, и нас закружило. Боль пронзила мою ногу, когда его чешуя коснулась моей икры.

Моя нога соскользнула с перекладины, веревка ободрала кожу и обожгла мне ладонь и предплечье. Но мне удалось удержаться и снова поставить обе ноги на лестницу.

— Берегись! — закричала Эви как раз в тот момент, когда таркин прыгнул снова, замахнувшись на меня.

Мальчик так громко завыл мне в ухо, что я больше ничего не слышала.

Я крепче обхватила его за талию и продолжила карабкаться.

Пока нет, Иззак. Я не была готова подчиниться Богу Смерти. Еще нет.

Но силы в моих руках и ногах начали таять. Стиснув зубы, я преодолела еще одну ступеньку. Затем еще одну. Затем еще одну.

Все это время таркин цеплялся за лестницу, крутя и дергая ее с такой силой, что мы кружились, заставляя меня каждые несколько мгновений прекращать подъем и просто крепко держаться за нее.

— Помогите! — крик Эви был громким и отчетливым. — Помогите нам! Пожалуйста!

Я подвинула мальчика поближе к лестнице, надеясь, что, если я упаду, он сможет, по крайней мере, остаться здесь.

— Держись. Хватайся за веревку.

Он плакал, дрожа всем телом.

— Пожалуйста. Держись.

Мальчик, Марко, застыл от страха.

Я попыталась дотянуться до следующей ступеньки и поставила ногу на следующую ступеньку, когда лестница снова закружилась. Затем я заставила себя подняться, выдохнув, когда оба ботинка зацепились за веревку.

Мы не прошли и половины пути. Мы не доберемся до вершины. Но если бы мы могли просто держаться, крепко держаться, помощь бы пришла. Страж спас бы нас.

— Помогите! — продолжала кричать Эви, сложив ладони рупором у рта.

Лестница качнулась вбок с такой силой, что у меня скрутило живот. Я приготовилась к новой встряске, к новому вращению, но этого не произошло. Лестница начала опускаться и успокаиваться.

Я рискнула взглянуть вниз.

Таркин пятился, чтобы совершить еще один прыжок с разбега, он оскалился, обнажив белоснежные клыки.

Мое сердце упало.

Он уже промахивался по мне раньше. Больше этого не произойдет.

Черт, это будет больно.

Он сделал три прыжка и взлетел в воздух, ударившись о лестницу с такой силой, что его тело запуталось в веревке.

Я услышала треск прежде, чем почувствовала его. Левая сторона лестницы сорвалась с крючка на балконе, и веревка оборвалась. Затем мы начали падать, съезжая по тому, что осталось от лестницы, и я обхватила ее ногами в отчаянной попытке замедлить наше падение.

Это не было свободным падением, но было близко к этому. Удар о землю был таким резким, что у меня подогнулись колени, и