А тебе слабо? - Кэти Макгэрри

– Да! – машинально отвечаю я, хотя тихий голос в моей голове отчаянно кричит «нет». – Должно измениться.

Райан в своей бейсбольной форме выглядит совершенно неуместно в этой квартирке, он такой огромный, что заполняет собой всю гостиную.

– Знаешь, что я думаю?

– Я думаю, что ты мне врал!

Он мне врал, врал. Я изо всех сил цепляюсь за эту мысль.

– Я был неправ. Я не идеален. Да, я не рассказывал о нас своим родителям, но это уже в прошлом. Я признался им, что встречаюсь с тобой. Они знают, что я тебя люблю.

Это хорошие слова, правильные, но…

– Слишком поздно!

– Чушь! – в его глазах вспыхивает гнев. – Всё это время я думал, что ты самый смелый человек, которого я когда-либо знал. Ты никогда не стыдилась быть собой, но сейчас, стоя тут перед тобой, я вижу, что ты трусиха. Ты так боишься позволить себе чувствовать, что готова отказаться от всего хорошего, что есть в Гровтоне, ради ощущения безопасности.

Я резко дёргаю головой и сощуриваю глаза.

– Безопасности? Я стою посреди грёбаного наркопритона и пытаюсь спасти свою мать от её хахаля, который с радостью убьёт меня, а потом будет измываться над ней. Где ты увидел здесь безопасность?

– Это и есть твоя безопасность. Ты скорее готова мучиться здесь, в этой жизни, чем быть счастливой в Гровтоне, – Райан обводит глазами мамину квартиру. – Потому что в этой жизни тебе не надо ничего чувствовать, Бет. В Гровтоне твои чувства оживают, и это превращает тебя в трусиху.

Я роняю мешок и подношу трясущуюся руку ко лбу. Райан говорит неправду. Он ошибается. Конечно, ошибается! Я убегаю совсем не поэтому. Я должна спасти маму, потому что если не я, то кто?

Райан преодолевает разделяющее нас расстояние. Моё сердце замирает, когда он кладёт руку на мою талию.

– Я бы хотел думать, что ты бежишь от меня, но, к сожалению, это не так. Я не обладаю такой властью над тобой. Ты убегаешь с тех пор, как я впервые тебя увидел, и я готов поспорить, что ты так делала и раньше. Ты похожа на ту птицу в амбаре. Ты так боишься навсегда оказаться взаперти, что не видишь открытой двери. Ты снова и снова бьёшься о стены. Но дверь открыта, Бет. Прекрати бегать по кругу, просто выйди на свободу.

Другой рукой он убирает волосы с моего лица, и я чувствую, как у меня дрожит нижняя губа.

– Если я брошу её, она умрёт.

У меня сводит всё внутри, глаза щиплет.

Райан берёт моё лицо в руки, и я вся отдаюсь его прикосновению. Райан такой, он всегда так делает: заставляет меня ощутить себя в безопасности. Он продолжает говорить.

– А если ты останешься с ней, это убьёт тебя. Возможно, не физически, но ты умрёшь внутри. Если я тебе не нужен, я дам тебе свободу, но подумай, как много всего ты можешь построить в Гровтоне даже без меня! Откажись от меня, откажись от всех нас, если тебе так нужно, но не отказывайся от самой себя!

Инстинкт приказывает мне бежать. Но вопреки ему я судорожно вцепляюсь в руки Райана. Меня терзает страх, меня приводит в ужас то, насколько беззащитной он делает меня.

– Я боюсь!

Райан прижимается лбом к моему лбу.

– Я тоже, но я буду бояться гораздо меньше, когда мы отсюда уедем.

Входная дверь распахивается. Яркий солнечный свет врывается внутрь, порыв холодного воздуха возвещает о приходе дьявола. Огромная фигура Трента появляется в гостиной. Я мгновенно теряю контроль над своим телом, мои руки безвольно падают, сердце прыгает в горло. Райан загораживает меня собой.

Трент с грохотом захлопывает за собой дверь и радостно хмыкает при виде меня. Его цепкий взгляд падает на мусорный мешок, валяющийся у меня под ногами.

– Напрасно ты сюда вернулась.

За своей спиной я слышу тихий голосок моей матери.

– Элизабет уже уходит.

Райан подталкивает меня к двери, сильнее надавливает на мою спину. Мой разум истошно кричит: беги! Но мои ноги приросли к полу. Неважно, шевельнусь я или нет, Трент всё равно не позволит мне выйти за дверь.

– Отпусти Райана.

Это звучит как мольба, и Трент самодовольно ухмыляется. Я впервые прошу его о чём-то, и сукин сын это оценил.

Трент открывает пачку сигарет, вытаскивает одну, засовывает в рот и зажигает. Не сводя с меня глаз, он делает длинную затяжку и выпускает струю дыма. Я содрогаюсь, глядя на горящий кончик сигареты. В последний раз Тренту очень понравилось, как я кричала, когда он прижигал мне руки сигаретами.

– Шагай, парень. Вали. К тебе у меня претензий нет.

– Я не уйду без Бет, – голос Райана дрожит от ярости.

Несмотря ни на что, я люблю Райана, а здесь он оказался только из-за меня. Я упираюсь обеими руками в его грудь и толкаю в сторону двери.

– Уходи!

Райан меряет взглядом Трента, тот делает то же самое.

– Выйди за дверь, Бет, – говорит Райан. – Он тебя не тронет.

Трент смеётся. Райан крепкий, сильный и молодой. Трент выше и старше, он злобный и жестокий ублюдок. В прошлом году Исайя и Ной попытались схлестнуться с ним и остались живы только благодаря тому, что мой дядя пригрозил Тренту пушкой. Но сейчас дяди здесь нет, а пушкой мне не посчастливилось разжиться.