Игра - Эль Кеннеди

У Хантера начинает вибрировать телефон на кофейном столике, и он наклоняется вперед.

– О, это Холлис.

– Возьми трубку, – требует Бренна. – Узнай, когда они возвращаются.

– Но это звонок по «ФейсТайму», – ноет Хантер.

– Ну и что? Тебе надо поправить макияж? – дразнит она.

Я хихикаю.

– Ладно. – Он нажимает на кнопку, и через секунду гостиная взрывается от шума.

– А-А-А-А-А! РЕБЯТА!

Саммер резко садится, тут же проснувшись.

– Какого хрена? Что случилось? – спрашивает она и испуганно трет глаза.

– Ребята! Вы нас слышите?! – визжит встревоженно Рупи. – Майк! Мне кажется, они нас не слышат!

– Они слышат нас, детка!

– Мы вас слышим! – раздраженно говорит Хантер. – Какого черта? Вы где? Почему так светло?

Я смотрю на его телефон и тоже не могу понять, где они. Там точно светит солнце. В каком они часовом поясе?

Бренна вскакивает и садится на подлокотник дивана, чтобы лучше все видеть, а Саммер смотрит через мое плечо. Фитц остается в кресле, хотя я вижу, что он ловит каждое слово.

– Мы в Непале, – заявляет Холлис.

Мы все застываем.

– В смысле, вы в Непале? – спрашивает Бренна.

– В смысле, мы в Непале. Блин, мы остановились в лучшем месте на свете! Оно на вершине горы, и прямо тут находится буддистский монастырь, и, ох, Дэвенпорт! Тут есть настоящие монахи, которые вообще не занимаются сексом! И многие из них приняли обет молчания, поэтому я не могу узнать для тебя подробностей, но…

– Холлис, – перебивает Саммер, – почему вы в Непале?

Рупи снова появляется на экране, и ее идеальные белые зубы сверкают на солнце на фоне этих Непальских гор, или как они там называются.

– У нас медовый месяц! – визжит она.

Саммер ахает. Остальные таращатся в телефон.

– Это шутка? – спрашивает Бренна, сузив темные глаза.

– Нет! – отвечает Холлис. Их с Рупи лица заполняют весь экран, и, не буду отрицать, людей счастливее я не видел. – Мы поженились в пятницу! Простите, я знаю, что вам бы хотелось прийти. И, Фитц, я знаю, знаю, что ты всегда мечтал быть моим шафером…

– Всегда, – сухо говорит Фитц.

– Прости, чувак, я заглажу свою вину. Летом у нас будет настоящая свадьба. В Индии. Вы все приглашены.

– Что вообще происходит? – Саммер, похоже, полностью сбита с толку.

– Вы серьезно поженились? – недоверчиво спрашивает Хантер.

– Да, в здании суда в Бостоне. Нашим свидетелем был чувак, который не хотел платить штраф за нарушение правил дорожного движения.

Я сдерживаю смех.

– И сейчас у вас медовый месяц в Непале, – говорит Бренна в замешательстве, медленно выговаривая каждое слово. – А летом у вас официальная свадьба. В Индии.

– Да! – гордо говорит Рупи. – Разве не круто?

Никто не отвечает.

Наше молчание вызывает у нее визг.

– Никто не хочет нас поздравить? – требует она с горящими глазами.

Это выводит нас из оцепенения, и мы начинаем сыпать поздравлениями.

– Мы очень за вас счастливы! Правда! – заверяет их Саммер, и в этом нет никакого лицемерия. – Просто мы в шоке. Мы не думали, что вы сбежите и поженитесь.

– Весь смыл побега как раз в том, чтобы никто этого не ожидал! – радостно пищит Рупи.

– Как долго вы пробудете в Непале? – кричит Фитц с кресла. – Когда вернетесь?

– Через год, – говорит Холлис.

– Год? – потрясенно повторяет Саммер. – Но…

– А как же твоя работа? – спрашивает Хантер Холлиса.

– Рупи, а как же твоя учеба? – добавляю я.

– Я уволился.

– Я бросила.

Я таращусь на них обоих.

– Я даже не выбрала специализацию, – говорит Рупи, равнодушно махая рукой. – Мне плевать на колледж.

– А мне плевать на работу, – вставляет Холлис. – Дэвенпорт сказал, что мы должны путешествовать, и это мы и делаем.

Я смотрю на Хантера, безмолвно спрашивая: «Какого хрена?»

– Я посоветовал ему съездить с Рупи куда-нибудь в выходные или летом, – парирует Хантер. – А не жениться и сбежать в Индию!

– Непал, – поправляет Холлис. – Господи, слушай внимательнее, чувак.

– Что ж. – Саммер прочищает горло. – Мы все очень за вас рады. Поверить не могу, что вы поженились.

Я тоже, но Рупи и Холлис, похоже, на седьмом небе от счастья, поэтому не мне судить.

– Ладно, ребята, сейчас тут восемь утра, и у нас большие планы на день, – заявляет Рупи своим пронзительным властным голосом.

– Мы опять позвоним вам через несколько дней, – заверяет нас Холлис. – Или через месяц. Неважно. Любим вас, ребята! Вернемся через год!

Звонок обрывается.

Мы озадаченно друг на друга смотрим.

– Она бросила колледж, – потрясенно говорит Бренна.

– Они поженились, – в ужасе говорит Фитц.

– Ей только девятнадцать, – понимаю я.

– Да, но в защиту Рупи: она знала, что выйдет за Майкла Холлиса, с того момента, как его встретила, – замечает Саммер.

– Это правда, – соглашается Бренна.

– Они либо разведутся через неделю, либо вечно будут вместе, – со вздохом предсказывает Хантер. – Ничего среднего у этих двоих быть не может.

Саммер заправляет золотистые волосы за уши.

– Я счастлива за них, правда. Но, черт побери, это как гром среди ясного неба.

Хантер несколько раз качает головой, словно пытаясь выйти из оцепенения.

– Ладно. Это было… захватывающе. – Он берет в руки пульт. – Будем смотреть дальше? Мы как раз должны узнать, появится ли отрубленная голова в шляпе фокусника.

– Я пойду поиграю в «Фортнайт», – ворчит Фитц.

– Я пойду спать, – говорит Саммер.

Бренна встает.

– Я пойду узнаю, не спит ли еще Джейк, и расскажу ему последние новости.

– Вы портите все веселье, – жалуюсь я.

Пока соседи Хантера собираются и уходят, он прижимает меня ближе к своему теплому, мускулистому телу.

– Что скажешь, детка? Продолжим смотреть?

Я наклоняю голову и ухмыляюсь ему.

– Ага-ага.

Конец