Шрамы прошлого - Яна Сова

– Вампирка, ты как?

Не дождавшись ответа, молодой человек вздохнул, бережно обнял ее за плечи и повел прочь из переулка. Когда они вышли на оживленную улицу, Тэрон поймал такси и помог девушке сесть в машину. Он устроился с Мелиндой на заднем сиденье, по-прежнему крепко сжимая ее дрожащую руку в своей. Безвольно склонив голову ему на плечо, Мелинда не переставала плакать, а Форбс спешно продиктовал водителю адрес, и они тронулись с места. Для Мелинды вся поездка прошла как в тумане: сосредоточившись на своих паршивых физических ощущениях, она не смотрела на проплывающие за окном улицы, игнорировала обеспокоенные взгляды и прикосновения Тэрона, и думала лишь о том, чтобы поскорее оказаться в безопасных стенах «Мэдисон-Хауса», а еще лучше – под толстым слоем одеяла, свернувшись калачиком на кровати в своей комнате. Мелинда понятия не имела, сколько времени они провели в дороге, и по-настоящему смогла прийти в себя лишь дома. Молодой человек включил свет, провел девушку к дивану в гостиной и метнулся к холодильнику, чтобы достать бутылку воды.

– Мелинда… – почти молящим голосом произнес он, усаживаясь рядом с ней на диван и предпринимая попытку заключить ее в объятия.

Мелинда отстранилась. Не дождавшись ответа, Форбс осторожно взял ее за подбородок и заставил встретиться с ним взглядом.

– Что, черт подери, случилось? Почему ты убежала? И, ради всего святого, какого хрена позволила этим подонкам так с тобой обращаться?

Она посмотрела на Тэрона мутным взором, слезы не переставали течь из глаз.

– Потому что я не могла причинить им боль. Они всего лишь люди.

– Господи Иисусе…

– И знаешь, что самое ужасное? – Она покачала головой, не веря в то, что собиралась произнести вслух. – Полтора чертовых года я ощущала себя чудовищем, но сегодня даже не смогла съездить этим козлам по роже… – Ее плечи поникли. – Я не знаю кто я, Тэрон.

– О чем ты?

– В прошлом году я убила собственную мать, но сегодня у меня не хватило силы духа дать отпор банде пьяных негодяев, хотя мне это ничего не стоило! Мне стало их жалко.

– Это была уже не твоя мама, Мелинда, – сказал Тэрон. – Ее приворожили, она жила и действовала мыслями Себастьяна и рано или поздно убила бы тебя сама.

– В последнее время я так часто прокручиваю в голове тот день, пытаясь вспомнить собственные ощущения. – Мелинда потупила взгляд в пол. – У меня такое чувство, что это была не я. Меня словно… словно загипнотизировали.

Лицо Тэрона приняло задумчивое выражение, и через несколько секунд он задал девушке вопрос:

– Сможешь описать свои ощущения?

Мелинда закрыла глаза, мысленно переносясь в тот далекий весенний день, когда ее жизнь перевернулась с ног на голову и со всей стремительностью пустилась под откос.

– Я помню, что в какой-то момент мой страх и неуверенность сменились обжигающей яростью. Ощущения, очень похожие на эффект после долгого отказа от крови… Глаза застилает мутная пелена, мысли путаются, тело не слушается, а среди эмоций одна только жажда уничтожения.

– Что ж, вполне похоже на действие гипноза, – заключил Тэрон, не раздумывая.

– Что?

– Некоторые вампиры обладают даром гипноза. – Парень пожал плечами. – Далеко не все, конечно, но среди нас есть и одаренные личности.

– Что это значит?

– Это значит, что ворожба и гипноз – разные по сути вещи. Привязать к себе человека и стереть его личность способен каждый вампир, но наслать чары и заставить сделать что-то из ряда вон выходящее, могут лишь единицы.

Глаза Мелинды расширились от удивления. Конечно, Клару Дэвис не вернуть, но надежда, что Мелинда не причастна к ее гибели… Она придавала ей веру в то, что девушка не чудовище, как думала весь последний год. Ведь какие бы недомолвки между ними не происходили в прошлом, Мелинда любила свою маму всем сердцем.

– Хочешь сказать, кто-то заставил меня пойти на убийство? – спросила она тихим голосом.

– Вполне вероятно.

– Но кто?

Тэрон взъерошил на голове волосы и посмотрел на Мелинду из-под ресниц.

– Да кто угодно. Возможно, кто-то из Мортисов. У всех есть свои тайны.

– Это… мог сделать Аллан?

– Очень сомневаюсь. При обращении у него, как и у меня, не обнаружилось никаких скрытых талантов. Мой дед всех тщательно тестировал. Если бы у него что-то и проявилось, я бы об этом знал.

– А другие Мортисы?

– Я правда не знаю, Мелинда. – Парень покачал головой и глубоко вздохнул. – Насколько мне известно, ни у кого из них не обнаружилось способностей, но, вероятно, я могу просто не знать. Дед держал такие подробности в секрете, называя это врачебной тайной.

Сердце Мелинды екнуло. Зародившаяся надежда разобраться в проблеме умерла в состоянии зародыша.

– И как мне узнать наверняка?

– Никак. Единственный ключ к разгадке может находиться лишь в Луизиане. У деда куча записей с тех времен, когда Мортисы и Форбсы приняли темный дар. На каждого обращенного лежит отдельное дело.

– Ты никогда не заглядывал в эти дела?

– У меня не было на то причин, – спокойно заявил парень и, предчувствовав вопрос, норовящий сорваться с ее языка, добавил: – Но если для тебя это важно, как-нибудь я нанесу визит старику и постараюсь узнать подробности.

Девушка благодарно кивнула, подумав о том, как изменится ее жизнь, если она окажется права.

– Спасибо.

Тэрон кивнул, и на несколько минут между молодыми людьми повисла тишина. В какой-то момент Мелинда вспомнила, что так и не удовлетворила свою никотиновую потребность, а потому спешно полезла в карман за пачкой сигарет. Следуя правилам приличия, девушка хотела выйти на террасу, чтобы не дымить прямо здесь, в гостиной, но тут же отмахнулась от этой мысли. Во-первых, у нее не было сил даже элементарно подняться на ноги, а во-вторых, Мелинда ожидала, что если она закурит, то парень увеличит дистанцию между ними, но, как ни странно, он придвинулся еще ближе.

– Мелинда, к слову о нас…

– Нет никаких нас, Тэрон, – перебила она, выпуская струйку дыма. – Это… это была ошибка.

Тело парня напряглось, но, к удивлению, голос прозвучал очень спокойно.

– Если тебя интересует мое мнение, я ни о чем не жалею. И не считаю, что мы совершили нечто ужасное, потому что… – Он мотнул головой в сторону, но через секунду снова вперил в Мелинду взгляд, на сей раз поблескивающие странным огоньком. – Ты мне нравишься, вампирка.

Мелинда не хотела этого признавать, но от этих слов ее глупое сердце стремительно заколотилось. Перед мысленным взором пронеслась вереница свежих воспоминаний о ласкающих прикосновениях, глубоких