Вкус греха - Мерилин Паппано

Реймонд взял ее за руку, и она не стала ее отнимать.

— Я виноват, мама.

— Все драгоценности у тебя? Кольцо твоего отца? Изумрудный браслет? Брошь? Реймонд, почему ты так ненавидишь Уилла?

— А ты почему так его любишь? — взорвался Реймонд. — Он тебе не сын, а ты взяла его в дом и обращалась с ним так, как с настоящим Кендаллом.

— А ты ревновал? — насмешливо парировала мисс Роуз. — Ты пытался обвинить ни в чем не повинного восемнадцатилетнего парня в преступлениях, которые совершил сам лишь потому, что ревновал меня к нему?

— Нет. Потому что я хотел, чтобы он убрался прочь. Из твоего дома, из Гармонии, из твоей жизни.

— Ты хотел этого настолько, что был готов отправить его в тюрьму?

Именно так.

— Мама, — вздохнул Реймонд, — ты никогда не понимала… Он не наш. Не нашего круга. Он приносил нам одни неприятности. Я хотел спасти тебя от него.

— И для этого обокрал мать.

Он видел, ей было горько произносить эти страшные слова.

— Мама, я…

Она подняла руку, заставив его умолкнуть.

— Реймонд, принеси мне серьги. Пусть они к вечеру будут у меня.

— Мама, я же не хотел… — Увидев, что Роуз не расположена больше его слушать, Реймонд сдался. — Хорошо. Через два часа я тебе их привезу.

Старуха закрыла глаза и откинула голову на подушку.

«Во всем виноват Билли Рей, — повторял про себя Реймонд по дороге к Гармонии. — Если бы он не приехал, жизнь в городе шла бы своим чередом».

Поскорее бы черт унес этого Билли Рея Бомонта в преисподнюю! Если есть бог на небесах, то он уберет Билли Рея из Гармонии. И тогда жизнь Реймонда войдет в привычную колею.

В доме Реймонда было тихо. Машины Френни на месте не оказалось, Мэй возилась на кухне. Реймонд не стал сообщать ей, что он дома и что к ужину его ждать не нужно. Он быстро прошел к себе в кабинет и склонился над сейфом, что стоял возле его стола.

Приходилось признать: в этом сейфе хранилось не так уж много, но и не так уж мало. Чеки с номером расчетного счета Роуз; лист бумаги с более или менее удачными копиями подписи Билли Рея; имя и номер телефона человека, потрудившегося на стройплощадке; пожелтевшая копия свидетельства о рождении Джереда Робинсона, которую Мелани выслала ему из Джорджии более пятнадцати лет назад в качестве свидетельства того, что она не назвала Реймонда отцом ребенка, за что ему пришлось заплатить ей пять тысяч; новоорлеанский адрес Мелани и ее номер телефона, полученный им вкупе с требованием о новом взносе. И здесь же в обшитой кожей шкатулке хранились все драгоценности.

Он набрал последнюю цифру, и замок открылся. Реймонд открыл дверцу и… замер на месте.

Сейф был пуст. Бумаги, адреса, драгоценности — все пропало.

Боже милостивый!

Некоторое время он сидел на корточках, стараясь унять сердцебиение, потом принялся лихорадочно шарить в ящиках письменного стола, зная заранее, что поиски ни к чему не приведут. Он отлично помнил, где он хранил улики, которые столь внезапно исчезли.

Не заперев сейф и оставив ящики стола выдвинутыми, Реймонд поспешил вниз.

В дом могли беспрепятственно входить три человека: он сам, Френни и Мэй. Что до Мэй, у нее не было причин проявлять интерес к сейфу и его содержимому. Такие вещи не относятся к компетенции домоправительницы.

А вот Френни… Реймонд не сообщал ей шифра, но она умна, решительна и беспринципна, а значит, способна на многое.

Он ворвался в спальню, обыскал тумбочку и туалетный столик Френни, платяной шкаф и письменный стол, затем прошел в ее будуар и принялся рыться в чулках, шарфах и свитерах, обуви, косметичке и украшениях, надеясь обнаружить пропажу.

Теперь оставалась только самая верхняя полка шкафа, заполненного какими — то коробками. Реймонд пододвинул табуретку и начал открывать коробку за коробкой, сбрасывая их на пол. Безрезультатно.

Но вот овальная коробка для шляп. Похоже, она тяжелее, чем ей полагалось бы быть.

Реймонд сошел с табуретки. Руки его тряслись, ладони вспотели. Он расчистил на полу место, поставил коробку и опустился на колени. Дважды он приказывал себе открыть коробку, и только после третьего раза руки повиновались ему. Когда он наконец снял крышку, его подозрения окончательно подтвердились.

Боже милостивый…

Здесь и бумаги, и кожаная шкатулка. А также еще кое — что: пара дешевых сережек, пять десятидолларовых банкнот с бурыми пятнами, аудиокассета и глиняная карнавальная маска. Этих вещей он никогда не видел, зато читал о них в газетах.

Эти вещи были похищены из квартиры Мелани Робинсон. Похищены ее убийцей.

А на дне коробки — две фотографии. Очень старые, возможно, шестнадцатилетней давности, черно — белые, вырезанные из школьного альбома. Несмотря на жирные черные кресты на лицах, Реймонд узнал обоих.

Фото Мелани Робинсон.

И Билли Рея.