Ты - моя тайна - Кэтрин Стоун

— Значит, он заколол Алека кинжалом, а у того в руке был револьвер?

— Так точно, сэр. Истон нанес очень точный удар. Видимо, ему приходилось делать это и прежде.

Кэрри медленно брела в кухню, а слова агентов так и стучали у нее в мозгу.

Позже она позвонила Марку и в студию. Срочное сообщение было готово к двум часам ночи; впервые его передали по радио в три часа, а потом передавали каждый час вплоть до выпуска утренних новостей. Кэрри рассказала в своем репортаже о героизме Джейка Истона.

В среду утром они позавтракали вместе со Стефи, а потом разъехались, чтобы вернуться к своей обычной жизни. Стефан уехал в Бостон — рассказать обо всем Бет. Он заверил Айена и Маргарет, что не станет предъявлять своих прав на Стефани, и повторил Меган, что любит ее.

После завтрака Кэрри коротко поговорила по телефону с Марком. Потом она поехала в аэропорт и успела на рейс до Вашингтона.

Она долго шла по блестящему линолеуму длинных коридоров клиники Уолтера Рида. В приемном покое ей сообщили номер палаты Джейка. В справочном бюро объяснили, как добраться до отделения ортопедии и реабилитации.

Ей помогло то, что ее узнавали. Все считали, что она явилась в клинику взять интервью у героя. Все, разумеется, смотрели утренний выпуск новостей — сообщение, подготовленное Кэрри, передавали по большинству каналов. И на всех производило впечатление то, что такая знаменитость, как Кэрри, прилетела в Вашингтон лично взять интервью у Истона. Только позже стало известно, что она сама участвовала в этой истории.

Никто не знал истинной причины ее приезда. Да и она сама представляла себе это довольно смутно.

Медсестра указала Кэрри нужную палату. Она глубоко вздохнула и остановилась на пороге открытой двери.

Джейк, выпрямившись, сидел на кровати, его глаза были закрыты. Лицо бледное… очень бледное… лоб в бисеринках пота. Видимо, его мучила сильная боль.

Спиной к двери сидела женщина с длинными черными волосами; она держала Джейка за руку и разговаривала с ним негромко и ласково. Услышав шаги Кэрри, женщина с улыбкой обернулась и поздоровалась.

Она красива, подумала Кэрри, которую поразили моложавость Джулии (она сразу сообразила, кто перед ней) и ее изящество. Черные блестящие волосы мягко обрамляли красивое лицо с тонкой и гладкой кожей и бездонными фиалковыми глазами. Лицо спокойное, приятное и завораживающее. Ничего удивительного, что Джейк полюбил эту женщину. Любит ли он ее и сейчас?

Они назвали друг другу свои имена, но то была ненужная формальность: каждая очень много знала о другой.

Джейк открыл глаза.

— Кэрри!

— Привет. Я приехала тебя поблагодарить за всех нас, за всю семью. Мы перед тобой в неоплатном долгу.

Кэрри все еще стояла в дверях, чувствуя себя незваной гостьей. Ее слова прозвучали словно заученные наизусть.

— Спасибо, — произнес Джейк с неуверенной улыбкой.

Джулия встала. Она все еще держала руку Джейка в своей.

— Кэрри, добро пожаловать. Садитесь сюда и подержите его за руку. Моя уже устала оттого, что он слишком крепко ее сжимает. Может быть, вам удастся уговорить его принять демерол.

— А почему он не принимает демерол?

— Хочет, чтобы разум оставался ясным и незамутненным, когда он разговаривает с врачом.

Джулия посмотрела на Джейка с любовью и гордостью.

— Видишь ли, врачи намерены привести все в прежнее состояние и сделать это лучше, чем в последний раз. И возможно, уже навсегда. Я не хочу, чтобы из-за приема обезболивающих симптомы оказались смазанными.

— Но, Джейк, ты ведь знаешь, что понадобятся по крайней мере три дня для анализов, прежде чем врачи примут решение, — сказала Джулия. — Ты не сможешь так долго терпеть боль. И очень устанешь.

— Мы с Джулией уже через это проходили, — улыбнулся Джейк. — Она, разумеется, права.

— Кэрри, одно только ваше присутствие делает его более сговорчивым. Я пойду выпить кофе и по пути скажу сестре, чтобы она ввела Джейку демерол.

Джулия вложила руку Джейка в ладонь Кэрри. У Кэрри не оставалось выбора. Она села в кресло, нагретое телом Джулии, держа холодную и влажную руку Джейка. Через несколько минут появилась сестра со шприцем и сделала внутривенное вливание. Кэрри думала, что демерол вызовет сонливость и вялость, но ничего подобного не произошло. Джейку стало легче разговаривать.

— Как там Стефи?

— Чудесно. Я считаю, что Алек не причинил ей вреда. Она в полном порядке и очень гордится своим дядей Джейком.

— Как хорошо, что все так закончилось.

— Повезло, что ты оказался там, вот что, — возразила Кэрри. — Какая жалость, что ты повредил ногу.

— К этому все равно шло. — Джейк пожал плечами. Ему явно не хотелось говорить ни о своей ноге, ни о своем героизме. — Что с Алеком?

— Он мертв, Джейк.

Джейк мрачно кивнул. Он этого не знал. Сухожилия в ноге окончательно порвались, когда он бросился на Алека. От боли Джейк почти потерял сознание. Натренированные руки выполнили свое дело автоматически. Тот же самый прием он использовал в Камбодже — и тоже успешно.

Джейк взглянул на руку Кэрри — на ней было обручальное кольцо, подаренное Марком. Он слегка повернул кольцо на ее пальце, о чем-то задумавшись.

— Когда вы с Марком должны пожениться? — спросил он наконец.

— В декабре. Через полгода. — Кэрри вздохнула и добавила: — Ты знаешь, Джейк, я не придаю особого значения тому, чем кончится дело с твоей ногой. Ведь ты останешься самим собой…

Слушает ли он ее?

— Ты с ним счастлива? — спросил Джейк, все еще глядя на ее руку.

— Конечно! — совершенно бездумно ответила Кэрри; вовсе не об этом она хотела говорить с Джейком и теперь произнесла уже серьезно: — Джейк, лучше для всех, что ты убил Алека. Для всех, кроме тебя.

Выслушай меня, Джейк!

Он посмотрел на нее и улыбнулся:

— О чем мы, собственно, говорим?

— Ты прекрасно знаешь о чем. О самом главном. Я говорю о том, что важно для меня, — сказала Кэрри. Глаза у Джейка были безжизненные — от боли, от демерола, от недосыпа… и от второго убийства. Безнадежно ожидать, чтобы он понял, что она хочет ему сказать. — Четыре дня, которые мы провели вместе тогда, в феврале…

В палату вошел врач. Джейк сел на постели. Разговор оборвался.

— Доктор Филипс, это Кэрри Ричардс.

— Мисс Ричардс, я с удовольствием смотрю вашу передачу. И меня порадовал ваш репортаж в сегодняшних новостях.

— Спасибо.

— А теперь, Джейк, позвольте мне взглянуть на вашу ногу.

Врач обнажил ногу Джейка, и Кэрри увидела, что мускулы, которые тянулись прежде во всю длину бедра, теперь словно сбились в комок где-то посередине. Связки, которые раньше удерживали мышцы, были порваны.