Девушка из Англии - Кэтрин Уэбб

– Кое-что произошло, – сказала она, и по наступившей паузе поняла: мало каким событиям в горах удается ускользнуть от внимания Мод.

Наконец хозяйка пренебрежительно проворчала:

– Ну и ладно. Вам вообще нечего было делать на Джебель-Ахдаре. То, что там происходит, вас не касается. Я очень рассердилась на Салима, когда узнала, что он сделал.

Джоан глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Салим… Салим ведь ваш сын, разве не так, мисс Викери? – Когда он мылся в фаладже в Тануфе, она заметила белизну его кожи и поняла, что смуглость лица и рук, которую она считала врожденной, была простым загаром. – Он рассказал мне, что в Тануфе есть обычай брать имя матери вместо отчества. Шахин – это имя, которое дали вам бедуины, когда вы пересекали пустыню. Не так ли? Салим бен-Шахин ваш сын.

Мод смотрела на Джоан не мигая. Если она и испытывала какие-то чувства в связи с догадкой Джоан, она не подумала их обнаружить.

– Ну и что из этого? – спросила наконец она.

– Почему было просто не рассказать мне? К чему было лгать и напускать тумана? – спросила девушка, но Мод не ответила. – Наверное… наверное, это из-за того, что вам не разрешили бы остаться в Маскате, окажись ваши родственные отношения с таким человеком известны? Салюки… Когда мы впервые встретились, вы сказали, что их вам подарил бен-Химьяр. Сулейман бен-Химьяр, владыка Зеленой Горы. Один из тех, кто сейчас ведет борьбу против султана. Тануф был его родной деревней.

– Что из этого, мисс Сибрук?

– Вы заставили меня поверить, что водите дружбу с султаном, как и с его предшественниками. Но все это время вы поддерживали повстанцев. Посылали им деньги. И ваш сын является одним из их ключевых командиров.

– Я не имею того влияния, которое вы мне, похоже, приписываете, Джоан. Особенно в областях, до которых вам нет никакого дела. Вот и не суйте свой нос.

– Нет, теперь это мое дело, мисс Викери. Я решила сделать его моим, когда Салим взял в заложники людей, которых я случайно отправила прямо к нему в руки.

– Вы это сделали? В самом деле? – Мод наклонилась вперед, и ее кресло скрипнуло. – Неудивительно, что вы так разволновались. Ну да вас этот вопрос уже не касается. Выкиньте его из головы, ясно? Возвращайтесь к прежней жизни. К тому же у вас на носу свадьба, вот и займитесь ею.

Джоан словно ударило током. Она разозлилась и не нашлась что сказать в ответ. Девушка так и стояла, словно онемев, когда вошел Абдулла, неся поднос с чаем, и, поставив его на сундук, остался, глядя на Мод, хотя прежде всегда сразу уходил.

– Она нам не враг, – сказал он тихо.

Мод взглянула на него, и он повернулся, чтобы уйти.

Не дожидаясь, пока ее пригласят, и желая показать, что не уйдет просто так, Джоан села в ближайшее кресло.

– Мой слуга совсем размяк на старости лет, – пробормотала Мод.

– Возможно, он помнит, что я посетила его сына в Джалали и помогла ему бежать, – заметила Джоан.

– Его сын? Вы думаете, что Абдулла отец Салима? Нет, дорогое дитя. Он раб. Возможно, также мой друг, но не больше того. Между нами ничего никогда не было.

– О, я подумала…

– Я знаю, о чем вы подумали. Разливайте чай. Остальные скоро подойдут.

– Что вы хотели этим сказать, мисс Викери? Какие «остальные»?

– Узнаете, раз вы намерены остаться. И поскольку вы здесь, – проговорила она, откидываясь на спинку стула с блуждающей улыбкой, – поведайте мне, что видели. К сожалению, сама я уже не могу отправиться туда. Так что расскажите, как все было.

– Мисс Викери, пожалуйста… Если вы в силах помочь капитану Эллиоту и его товарищам, вы, надеюсь, сделаете это? Может, вы попросите освободить их?

– Попросить отпустить этого молодого дуралея? Не говорите глупостей. Он получил по заслугам. Это входит в мои планы.

– Тогда каковы ваши планы, мисс Викери?

Сердце Джоан тревожно забилось. Она сидела на краю стула, охваченная чувством, название которому не могла подобрать. Старая женщина ждала, поигрывая пальцами.

– Чай и возможность рассказать о своих путешествиях. Вот все, что я могу предложить вам в данный момент, Джоан.

В тишине, красноречиво свидетельствующей о ее негодовании, Джоан сделала глоток, а затем начала, хоть и несколько натянуто, вкратце описывать места, в которых побывала. Но рассказ пробудил в ней воспоминания о чудесах заветного края, и повествование помимо ее воли стало более подробным. Она не утаила ничего из того, что видела и помнила, ничего из того, что делала. Женщины, с которыми она жила и работала бок о бок в Мисфате, тишина в деревне, вызванная уходом в ополчение всех молодых мужчин, бомба, упавшая рядом, пещера и, наконец, картина бесконечного мира, открывающаяся с плато, венец путешествия, – она рассказала обо всем.

– Значит, вы побывали на самом верху, на плато, – проговорила Мод после долгой паузы. Джоан кивнула.

– Я стала первой, – сказала она, чувствуя необычный трепет глубочайшего удовлетворения. – Еще никто с Запада не поднимался туда.

Мод пару секунд внимательно рассматривала ее.

– Это так, – согласилась наконец она. – И все же вы снова спустилась вниз и будете помалкивать о своем достижении, если, конечно, не желаете, чтобы разразился большой скандал.

– Когда мы впервые встретились, вы посоветовали мне стать первой, ибо остальное не имеет значения.

– Гм… Ну, иногда это ничего не значит в любом случае.

– Как вы можете так говорить? Я вам не верю. Это всегда будет значить для меня многое, даже если никто никогда об этом не услышит. И я вернулась вниз, потому что… Джоан замолчала, чтобы провести большим пальцем по оставшемуся после кольца рубчику, и покачала головой. – Потому что я, как оказалось, не такая, как вы.

– Ну, догадаться об этом было нетрудно. Но в чем, по-вашему, наше главное различие?

– Я не бесстрашная исследовательница. Это занятие рождает во мне чувство одиночества. Конечно, сказалось и то, что я не могла ни с кем разговаривать, но дело не только в этом. Я обнаружила, что не хочу обрубать все связи с домом, с семьей. Вы бы сказали, что я просто затосковала по Англии. – Джоан улыбнулась немного печально. – Я не могла бы остаться здесь навсегда и попытаться построить новую жизнь, такую странную и отличную от всего, что я знаю. Жизнь первопроходца.

Мод посмотрела на нее со странным выражением.

– Думаете, тоска по дому означает, что вы не можете быть путешественницей? – проговорила она тихо. Возникла пауза, во время которой Мод посмотрела на руку Джоан. – Вы сняли кольцо. Значит, никакой свадьбы больше не планируется?

– Да. С этим приключением покончено.

– Ну и хорошо. Рискну заметить, я с этим согласна.

Мод слегка вздохнула и откинулась на спинку кресла.