Музыкант и наследница - Мария Чинихина

— Мисс Джексон, — представилась учительница.

— Веста, главный менеджер Анри Смита. Идемте, я вас провожу.

Веста толкнула дверь, и дети по очереди стали входить в тесную приемную. В самых глубинах звучала еле слышная музыка. Звуки рояля перекликались со звуками гитары и барабанов. Из другого угла доносились скрипичные трели, а где-то совсем рядом пела женщина. Эхом. Или обычно.

Альберта и не думала, что на экскурсию соберется так много желающих. Жак, Лью, Элис и многие другие восхищались творчеством Группы. Особенно Жак. Он в числе первых прозвал папу «Анри-легендой». И он единственный в школе имел в коллекции раритетные пластинки Группы, он заучил наизусть тексты и мог точно сказать, на каких приемах папа строит свои мелодии и какие эффекты использует для звука.

— Послушайте Туртанчика. Половина звуков содрана из раннего альбома Группы. Мало кто знает, но я понял сразу, как услышал…

И сейчас Жак, как лидер, возглавлял шествие. Альберта и ее брат скромно плелись позади. Кларисса мешала сделать хотя бы один шаг не в ту сторону. Попытаешься — и папу можно вообще не увидеть. Няня стала слишком строга. Особенно к ней, к Альберте.

— Стэнли опять свою Жюли припер… Чушь полная! Тынц, тынц!!! — вещал во весь голос Жак. — Джес, и как такие драные кошки попадают к твоему дяде?

Джес застыла на пороге. Сара хотела похвастаться зимним концертом, что подруга станет соведущей, но Джес не дала и слова произнести:

— Туртан мой дядя. Даже не вспомню, когда виделись в последний раз. Я за маму. «Анри-легенду» она просто обожает.

Теперь Альберта хотела врезать «подруге» и за наглую ухмылку, и за притихшую Сару.

— Ясно, — ответил Жак. — Что ж, родственников не выбирают.

И в этом Альберта понимала Жака. Она частенько пряталась за дверью в учительской. За кружкой утреннего чая или кофе миссис Джексон и медсестра обсуждали, почему мама вышла в свет под руку с Эроном Конли, почему она ходит с накладным животом, почему избавилась от Анри Смита, едва он стал ей не интересен, почему она любит кофе с пенкой, почему ценит шепчущих чиновников и магнатов…

— Я тоже умею шептать, — хвасталась мисс Джексон. — Только не пускают во флигель…

Медсестра смеялась, шутила, а ближе к концу перемены заходили другие учителя и тоже начинали хохотать — они делились иными сведениями, но о тех же самых новостях. Оказывалось, мама не ненавидит, когда магнаты и чиновники шепчут, что она без конца теряет накладной живот и любит чай, а не кофе.

— По классам разойтись!

Мадам Эдмон появлялась в учительской в самый разгар спора. Альберта спешила поскорее уйти в тень, а после совсем убегала, так как выслушивать жалостливые насмешки, суть которых она не понимала, не очень и хотелось.

— Эй! — Эдди махнул рукой перед глазами сестры и Альберта очнулась. — Ты не должна ссориться с Сарой и Джес из-за меня, — сказал брат.

— Все в порядке, — гордо заявила Альберта. — Сара и Джес — приятельницы. Я говорила, а ты, как всегда, забыл.

— Нет…

Эдди не успел договорить. Веста привела всех в большую комнату. У дальней стены стояли черные стулья с высокими спинками, а в углу накрытый стол. Эдди понял, что остался один — Альберта потребовала у Клариссы отвести ее к папе. Иначе она заревет у всех на глазах. Няня послушалась и вместе они стали блуждать по залитым светом коридорам.

Веста три раза хлопнула в ладоши. Дети тут же замолчали. Мисс Джексон присела на крайний стул.

— Сейчас мы покажем вам фильм о влиянии музыки на жизнь человека. Его сняли друзья «Анри-легенды», — Веста запнулась, было непривычно называть Анри Смита прозвищем, — а после просмотра я отведу вас в студию, где вы сможете поиграть на инструментах. Звукорежиссер поможет с записью, если вы пожелаете. А ближе к вечеру «Анри-легенда» встретится с вами в приемной, ответит на вопросы и подпишет пластинки.

Дети, не дослушав Весту, растолкали друг друга и собрались у стола. В один миг они разобрали сладости и только потом устроились на стульях.

Веста вздохнула и замечтала, чтобы ее сын вырос другим. Она снова хлопнула в ладоши. Школьники затихли, успокоились и подняли глаза на экран.

Эдди заметил, что Кларисса и Альберта вернулись. Сестра схватила его за руку и усадила на самые крайние места.

— Папа Клариссе велел ждать тут.

Эдди кивнул. Веста погасила свет, и дети погрузились в действие фильма с визуальными эффектами.

Через несколько минут задняя боковая дверь приоткрылась. Кларисса услышала шорох, обернулась и помогла Анри Смиту вывести Эдди и Альберту из приемной.

— Студия Группы, — пояснил он. — Допуск только у друзей. Прошу.

Кларисса вошла в небольшую комнату. Мужчина в тельняшке спорил о чем-то с другим мужчиной. Похожим на него внешне, только одет он был в желтую майку. Разговоры прерывала громкая музыка. Дэн стучал на барабанах, Фелл играл на гитаре, а Макс и Бун осваивали новые инструменты. Мон командовал за перегородкой, а сидящий рядом с ним человек двигал специальные рычаги на пульте. Комната была просторной, Кларисса споткнулась о фонарик и зацепилась за провод.

Анри отправил ее к Весте и остальным детям, а сам отвел Эдди и Альберту в более дальнюю комнату. Здесь было намного тише. Альберта, едва дверь закрылась, развалилась на отцовском диване и одним глазом присматривалась к барабанным палочкам и на гитаре на стене. В предвкушении она потерла руки. Ей не терпелось постучать на настоящих барабанах. Она даже слезла с дивана и приготовилась осуществить задуманное, но Анри жестом приказал ей вернуться на место и не трогать его инструменты без разрешения. Альберта топнула каблучком и надула губки.

Эдди поспешил забиться в самый темный угол — не хотел рассказывать папе о синяках и драке. Он вдруг испугался наказания. Кларисса по пути из приемной в студию пожаловалась отцу на частые побеги Альберты, и папа хорошенько отругал сестру, а не няню — пригрозил, что закроет музыкальный класс и преподавателя уволит, если она еще раз вздумает сбежать…

— Вот вы какие! Детки! — воскликнул Дон, когда дверь открылась.

Следом вошел Мон.

— Изюминка для заглавного трека, которую ты хотел найти, не нашлась, друг, — весело доложил он и вдруг поймал взгляд кудрявой девочки. Она пряталась за спиной отца и иногда показывала головку. Мон подыгрывал ей, а Анри подобная игра не забавляла. Он опечалился, так как надежды на запись серьезной и модной пластинки одновременно, чтобы утереть носы Кеннету Пену и Великому Певцу Туртану, угасали с каждым днем.

— Друг, не стоит переживать. Попробуем еще. Завтра. Лучше познакомь меня с чудной малышкой… Копия Бетт Андре?

— Наша Альби, — Анри вывел Альберту вперед, чтобы Мон и Дон смогли рассмотреть его дочку получше. Альберта улыбнулась и гордо выставила правую ножку с видом «учите меня. Я готова».