Нельзя быть такими - Сергей Александрович Аредаков

замке. На его просьбу о ночлеге, очень радушно отозвалась Ива и увела Шнура в комнату, где проживал раньше Илой, но даже такая предосторожность не помогла. Их всё же нашли и безжалостно разбудили, спустя лишь пару часов, как утомлённый любовными утехами, Вит смог забыться безмятежным сном. Но это просто мелочи, причём довольно приятные на «вкус», по сравнению с глобальными успехами по всем остальным направлениям, его многосторонней деятельности за последний год. Официальный барон Вит Барбер имеет деревню в пять десятков дворов и уже со следующим урожаем, уверенно рассчитывает получить от неё доход в свою казну. Правда туда было вбухано много золотых монет, которые смогут полностью окупиться только лет через десять и то при благоприятных погодных условиях и стабильной политической ситуации. Впрочем, эта иллюзия ему нужна только для официального статуса барона, а «настоящие» деньги он зарабатывает в другом месте, причём очень солидные деньги. Торговый дом, акведук, пять многоквартирных домов, соучастие во многих городских мастерских и мелких предприятиях давало неприлично крупную сумму ежемесячного дохода, которую он тратил по собственному усмотрению. А если сюда приплюсовать навар от сделок с золотом варваров, то он становился самым богатым человеком в королевстве «Ремов». Конечно, наместник Беннет и глава имперского банка имели доступ к более крупным деньгам, но были серьёзно ограничены в их трате. Казалось бы живи и радуйся, но не было покоя в душе Вита. Его что-то постоянно тревожило, чего-то он боялся не успеть сделать, словно был глубоким стариком, а не восемнадцатилетним юношей. Из-за этого часто вращался среди горожан и слушал их разговоры про нелёгкое житиё-бытиё. Нет, Вит частенько чувствовал себя счастливым, но эйфория быстро проходила и его опять одолевало какое-то тревожное предчувствие. На днях состоялся странный разговор с Дексом, в котором полукровка утверждал, что если Вит погибнет, то бункера перестанут вырабатывать защитную энергию и в этот мир прорвутся орды «Огнедышащих». Они, якобы, всех уничтожат и превратят планету в выжженную пустыню. Если насчёт бункеров, Шнур и был готов поверить, то вот всё остальное, он категорически отказался принимать за «чистую монету». Делая выводы из личного опыта, получалась совсем другая картинка, именно «Пары» были самыми чванливыми и высокомерными существами. Это им нравилось вечно воевать и даже беспричинно унижать людей, да и полукровок тоже. В общем, если какие-то «Огнедышащие» и прорвутся на эту планету, то превзойти «Паров» по цинизму и жестокосердию, они уже точно не смогут. А если даже и смогут, то ему на это будет уже наплевать, ведь Вит перестанет существовать к тому времени. Хотя, он сразу озаботился выживанием полукровок и …. С улицы вошла Ива с большим кувшином в руках и быстро оценив обстановку, радостно расплылась счастливой улыбкой. Она торопливо присела рядом и плотно прижавшись к Виту, зашептала в самое ухо:

– Я специально принесла креплёного вина, чтобы благородные дамы окончательно спились и уснули, но ты справился с ними и без меня. Теперь можно выполнить твоё обещание, которое ты произнёс всего несколько часов назад.

– Какое? – беззаботно спросил Вит и поцеловал девушку в носик.

– Ты обещал мне, что как только проснёмся, то ещё раз займёмся любовью – без всякого стеснения сказала Ива и тревожно стрельнула глазами в сторону спящих аристократок.

Вит повторил её манёвр глазами и немного растерянно спросил:

– Ну, не здесь же мне выполнять обещание?

– Я нашла свободную комнату для нас в господском доме. Уж там-то нас точно не найдут – Ива ответила сразу и весело захихикала в кулачок.

– Но после нашей близости, я буду спать до самого вечера, а ты не выдашь моей лёжки? – уже более уверенно спросил Вит и поцеловал девушку в правый глаз.

– Даже если с меня будут сдирать кожу, я всё равно промолчу и не выдам нашей тайны – на полном серьёзе сказала Ива и прикрыв левый глаз, подставила его для поцелуя.

Из бани выбрались через запасной выход и беспрепятственно добрались до свободной комнаты, где Шнур и выполнил своё обещание с большим удовольствием для обеих сторон.

– Нельзя быть таким бабником – через открытое окно, порыв ветерка принёс чьё-то недовольное высказывание.

Вит настороженно замер и не услышав подтверждения обвинения, самодовольно усмехнулся. Перед тем, как провалиться в глубокий сон, он озорно блеснул глазами и насмешливо произнёс в никуда:

– А вот и можно, но только с согласия девушек.

Дождавшись, когда дыхание любовника станет безмятежно ровным, Ива тихонечко выбралась из объятий и неспешно оделась. Перед тем, как уйти из комнаты, она бросила влюблённый взгляд на кровать и мысленно поклялась: «ты был моим первым мужчиной, и я тебя запомню на всю оставшуюся жизнь».

Примерно через сорок дней, глава имперского банка в королевстве «Ремов» был милостиво приглашён на аудиенцию к императору. Барон Анис не стал ограничиваться обычной отпиской, а лично прибыл в столицу империи, чтобы доложить о совершенно немыслимых делах, которые творятся в самом южном королевстве страны. Уже через четыре дня ему объявили время приёма и посоветовали тщательно подготовиться к встрече. Кармилио Эллингтон заметно недомогал в последнее время и поэтому был крайне раздражителен. Говорят, такие приступы у него случаются хоть и периодически, но с неотвратимой стабильностью. Император начал, как бы, резко стареть лицом и телом, но самое главное духом и прекрасно это понимал. Отсюда и проявлялось его раздражение внешним миром, порою выливающееся в откровенный деспотизм. Поэтому войдя в приёмный зал, барон Анис начал с самых «низких расшаркиваний» на которые только был способен его изнеженный организм. Хмурое лицо Кармилио ещё больше помрачнело и он не преминул озвучить своё недовольство:

– Ты ещё на пузо упади, вот это будет верх искусства подхалимажа. Как же вы мне осточертели, лицемерные лизоблюды. Сокращаю аудиенцию вдвое, а если продолжишь отнимать моё время понапрасну и дальше, то выгоню взашей.

Сначала сильно побледнев лицом, Анис тут же покрылся пунцовыми пятнами и «застрочил» торопливым рассказом. Заранее продуманную речь, он безжалостно сократил вдвое, убрав из неё все восхваления императору. Через несколько минут, на троне сидел уже другой человек. Его глаза светились умом и откровенным интересом к докладу своего мелкого чиновника. Кармилио сделал знак рукой и довольно легко перебрался за небольшой столик, на который уже накрывали расторопные слуги. Такой чести удосуживались лишь самые знатные гости и то в очень редких случаях. Анис знал об этом и совсем оробел. «Чем выше взлетишь, тем больнее будет падать»: затравленно подумал барон и потерял «нить» своего доклада. Его заминка была благосклонно прощена кивком головы, а в трясущихся руках Аниса