Самая слабая особь - Елена Сергеева

- Почему?

Ай да, Тарош! Провернул все просто молниеносно. Боится, что я передумаю? Хотя, он говорил, что нужно поторопиться, но все равно меня такая скорость просто ошеломила.

- Так традиции же. Невесту полагается скрывать ото всех до пяти дней, а лучше, если больше. Ты если знаешь, кто это, то мне лучше не говори. А то я молчать не смогу, все разболтаю, - весело просит Ирша.

Оу, теперь понятно, почему Лайс тогда так сокрушался на корабле, что ему пришлось Нэе все рассказать. Традиции у них оказывается. Это немного успокаивает. Значит, у меня есть какое-то время, чтобы привыкнуть к своему новому статусу, да и просто осознать сам факт своей неожиданной помолвки.

- А с тобой что случилось? Дядя с папой ничего толком не рассказывают. Говорят секрет. Лайс тоже молчит как рыба. Брат называется! На вас напал кто-то в горах? Да? И тебя все спасали? – загораются предвкушением захватывающей истории ее глаза.

- Ммм… Ирша, никто на нас не нападал. Просто обвал в горах случился и нас с Даркошем дор Эртом немного задело. Вот и все.

- Ааа… - разочарованно тянет она. – Про дор Эрта знаю. Там мамина подружка с нами увязалась, как про него услышала. Давно пытается его очаровать эта Эрма, только я думаю бесполезно это все. Такое ощущение, что он все чувства где-то растерял со своей работой. Ну, так мама говорила… Но она попыток не оставляет, который год уже. Настырная, просто ужас!

Странно, но меня почему-то задели ее слова о прибытии настойчивой поклоницы Даркоша. Мне-то какое должно быть дело? Даже неплохо, что кто-то проявит о нем заботу. Может он и растает тогда немного. Я ему помогла, долг свой вернула. Отчего тогда что-то в сердце кольнуло, и неприятный холодок в груди появился.

Не буду про это думать! Хватит уже быть эгоисткой, Саша! Даркош тебя спас и заслуживает только самого лучшего отношения и собственного семейного счастья. Пусть у него все сложится.

От очередных распросов меня спасает появление Тароша. Он хмурится, разглядев мою посетительницу.

- Ирша, почему ты здесь? Я же просил не беспокоить Сашу.

- Я не беспокоила. Наоборот… Кто еще с ней новостями поделится? Заперли ее здесь, совсем не думаете как ей тут скучно и одиноко. Пообщаться даже не с кем.

- Хорошо, Ирша, спасибо, что составила компанию Саше. Теперь можешь идти. У нас важный разговор, а тебя Алика искала.

Ирша обиженно надула губы, но послушалась без лишних разговоров. Подмигнула мне украдкой и выпорхнула за дверь. Я с улыбкой проводила ее взглядом, а когда перевела взгляд на своего нового жениха, то оказалось, что он уже совсем близко. Вплотную подобрался. Взмах ресниц и меня заключили в жаркие объятья. Он легко приподнял мое тело над полом, словно я невесомая.

- Я скучал, - выдохнул прямо в губы, прежде чем поцеловал. Жадно, глубоко, жарко. Голова сразу закружилась от нахлынувших ощущений. Его обжигающие ладони на коже, движения языка, губ, твердость тела, к которому я прижимаюсь уже сама. Огненные мурашки пробежали по позвоночнику, разжигая пожар в моем теле. Я подняла руки и обвила ими мужскую шею, включаясь в игру.

- Отличное утро. Мне определенно нравится так начинать день, - прошептала я в момент короткого перерыва. – Только я думала, тебе полагается прятать невесту? Не боишься, что опять кто-то зайдет?

- Я заблокировал дверь… Не волнуйся.

Порция новых поцелуев и Тарош с явным усилием отстраняется и хрипло шепчет, когда я, как привязанная тянусь за его губами. Это словно наркотик какой-то! Просто не могу остановиться.

- Подожди, подожди, Сердечко. Нам действительно нужно поговорить. Серьезно. Я сюда за этим и шел. Только из головы все вылетело, когда тебя увидел, - опять опаляет кожу жарким, голодным взглядом.

- Такую соблазнительную, такую нежную… желанную…- ласково обводит овал моего лица, осторожно гладит губы подушечкой большого пальца. – Невозможно этому противостоять.

Значит, не у меня одной сносит крышу от одного его присутствия. Уже спокойней.

- О чем ты хотел поговорить? – переведя дух, уточняю я. – Кстати, у меня тоже появились вопросы. Может, сначала на них ответишь?

- Хорошо. Давай свои вопросы, - улыбается он.

Спускает меня на кровать, а сам присаживается рядом. Я пару минут ерзаю, делаю вид, что устраиваюсь поудобнее, а на самом деле срочно формулирую то, что хочу спросить прежде всего. Ну не думала я, что он так быстро и просто согласится. Тарош терпеливо ждет, весело наблюдая за моими манипуляциями.

- Ирша сказала, что официальное заявление уже сделано. Что дальше? То есть, мне нужно будет что-то сделать в связи с этим. Традиции там или обряды какие-то?

То, что никаких особых церемоний связанных с записью в реестре у большей части рас не предусмотренно, я знала. Но всегда оставались местные заморочки, о которых я была совершенно не проинформирована. Вот само заключение брачного союза – это да. Почти у всех – это большой пышный праздник с максимум гостей и сложным церемониалом.

- На самом деле, есть кое-что, что нужно сделать прямо сейчас, - как-то слишком серьезно отвечает он.

- Что? – заинтригованна я.

- У меня есть для тебя подарок, - с этими словами он откуда-то достает маленькую круглую коробочку и протягивает мне. – Это принадлежало моей матери.

Тарош нажимает на маленькую выемку и коробочка плавно открывается. Мамочки! Это точно мне?! На специальной подставке искрится радужным переливом овальная подвеска на длинной цепочке. С первого взгляда не могу предположить, что это за камень. Но вещь явно дорогая и очень изящная.

- Очень красиво, - завороженно произношу, боясь прикоснуться к подарку.

Тарош сам аккуратно вынимает украшение и прикладывает к моей груди. Что-то неразборчиво шепчет и заводит концы цепочки за шею, осторожно отогнув волосы. Замочек автоматически срастается, а моей оголенной шеи касаются горячие губы.

- Я хочу, чтобы ты его не снимала, - слышу его шепот.

- Это ведь не только украшение? Так?

- Ты удивительно догадлива, моя маленькая ашшелла. Это не просто украшение, но и еще символ твоего нынешнего статуса, а еще в него встроенно множество дополнительных функций от переговорного устройства до защитного контура. Мама позволяла себе беспечность и часто его снимала, если он не подходил к ее наряду. Это стоило ей жизни. Надень она его в тот вечер…

Он замолкает,