Вера. Надежда. Любовь? - Мариям ПаТо

Какой-то шум вокруг, но я не воспринимала уже. Часы схваток вымотали. И хоть меня весь этот год, а как оказалось, прелести беременности у суккуб длятся год, пичкали лекарствами, проводили разные ритуалы, чтобы повысить шанс на выживание, полностью избавить от негативных последствий никто не мог.

Последние месяцы и вовсе давались тяжело. Хоть вес и набирался, но сама я явно похудела. Щеки впали, ключицы выдавались сильнее, чем когда либо.

Но я верила. Верила, что все не зря.

Вспомнились Аарин и Баал, которые не раз навещали меня. Столица гремела, как только там стало известно о том, на ком женился Марк. А кто-то рассказал столичным газетам о выходке Рауэль и тамошние домохозяйки требовали ее крови, как и общины смертных душ.

Аарин рискуя своим статусом, но дал понять, что в его роду она безнаказанной не останется и ее выходки были под присмотром Совета давно.

Баал же просто оказывал поддержку. Кажется, его чувства ко мне явно угасли, хотя иногда я и ловила задумчивые взгляды его. Надеюсь, скоро он сможет окончательно освободиться.

Пару раз сир Лорах привел ко мне Дину и Кальмию. Те при первой встрече делали вид, что обиделись за то, что все не рассказала им. Но они были рады тому, что я живая. Правда распереживались, стоило узнать о моем положении.

Новая схватка оказалась слишком сильной и долгой. Попытки отвлечься больше не работали.

Марк был рядом, чувствовать его было мне сейчас важно, как воздух.

Он держал меня, повторяя как заведенный слова поддержки, прерываясь поцелуями.

Как же я соскучилась по нему.

От боли, от бесконечных схваток я уже не понимала ничего, не видела ничего. Кажется, я слишком сильно вцепилась в него. Синяки останутся…

Меня опустили на колени, а я чувствовала объятия супруга, ощущала его дыхание на коже лица. Он что-то говорил, но я не слышала.

Лбом упиралась в его грудь, чувствуя поддержку.

Движения были отточены мною до автоматизма. Хаома последние пару месяцев каждый день отрабатывал со мной позы, тренировал дыхание. Не зря. В ушах стоял только стук собственного сердца

Все слилось в один сплошной момент. После очередной потуги боль прекратилась.

Краем сознания заметила, как Марк пошевелился и меня повернули на спину.

На мгновение испугалась от того, что ребенок молчал, но потом вспомнила, что говорил Хаома.

Просто родовой катарсис. Даже слово вспомнила.

Марк перерезал пуповину, услышала плач ребенка и наконец-то с облегчением выдохнула.

— Ты смогла, — услышала тихий родной голос, — ты справилась.

С трудом сфокусировала взгляд на нем. Он все еще держал меня, а я чувствовала легкость.

— Вера, еще немного. Осталось… — позвал меня врач.

Но я уже не слышала. Сознание утекло, а я провалилась во тьму. Затихающий плач ребенка заглушил полный отчаяния крик Марка.

Кажется, я все же не справилась…

***

— Что с ней?! Вера, любовь моя, прошу… — я не знал к кому обращаться, удерживая на руках ее моментально ослабевшее тело, тряс ее, целовал.

— Маркольфом! — громкий голос деда вернул меня в реальность. — Оставь ее целителям и займись сыном.

Сын… Надо собраться.

Осторожно положил Веру. Не успел встать с кровати, как девушки подхватили ее, укладывая удобнее для себя, ставя капельницы и подключая приборы.

Живая…

Взглянул на нее и зажал рот, чтобы не заорать. Кровь… Вся кровать была в крови и пятно растекалось.

Дед взял меня под локоть и уверенно вывел в соседнюю комнату, которую успели создать для ребенка, пока меня не было. Гнездо готовилось принять нового члена рода.

Все верили в лучшее.

Маленького шада завернули в пеленку и положили в кроватку. Знакомую.

Комната была уютная. И везде ощущался запах моей Веры. А алые стены украшали ее картины. И на них мы были втроем.

Надеюсь, эти картины рисовал ее дар…

— Марки. Держи себя в руках. Она сильная девочка. Упертая. Она справится. Не мешай Хаому.

Кивнул. Ноги были ватные. Весь я, моя сущность рвались к ней. Хотелось помочь, но не знал как.

Освободил руку и подошел к ребенку.

Одна из помощниц Хаома, которая обрабатывала малыша, отошла от кроватки, пуская нас ближе.

Сын уже был укутан в пеленку и укрыт второй. Рыжие волосики были у него даже в истинном облике. Интересно, какие будут в человеческом виде. А маленькие рожки точно пошли в дядю. Искус будет счастлив.

Осторожно взял его на руки.

В груди словно затрепетали сотни бабочек. Не смотря на происходящее в соседней комнате, не смог сдержать улыбку.

Мое…

— Сир, мы не успели ребенка приложить к груди. Нам найти кормилицу? — спросила девушка.

Злость сразу же начала подниматься внутри.

Медленно повернулся к ней. Помощница пискнула, вжавшись в стену.

— Не надо. Уйди, — прогнал ее дед, пока я окончательно не потерял контроль над собой.

А дальше были часы ожидания.

Ребенок спал, я сидел рядом, следя за связью с Верой.

Дед ушел, оставив одного, как только пообещал держать себя в руках.

Только начал дремать, как браслет нагрелся, а связь дернулась.

Живая!

Сразу же вылетел в спальню. Над кроватью стоял уставший, но улыбающийся Хаома в окружении таких же помощников.

— Вытянули, — объявил он, после чего рухнул без сознания.

Лекари сразу же принялись помогать своему руководителю, а я сел рядом с Верой. Дышит. Сама… И румянец на щеках.

Боялся лечь рядом, чтобы случайно не навредить. Поэтому просто взял ее руку и поднес к губам.

Моя… Моя Вера. И мой сын.

***

— Мама! Она забрала мои кисти! — маленький шад, у которого только прорезались крылья, подбежал к нам и дернул за платье.

— Эштар! Быстро верни все Руда, — крикнула Лилит своей дочке.

Та сразу стушевалась и смирно принесла кисти моему сыну.

— Ты хочешь тоже рисовать? — спросила у нее, присев на корточки.

Девочка кивнула.

— Тогда идем, буду вас учить, — улыбнулась я, уводя по смех лилит толпу детей.

Пока Марк ищет способ передать братьям статус главы рода, мне нужно выполнять свою роль.

Конец