Сказки - Илья Бровтман

Сказки

Сказка о таланте, Принцесса и садовник, Новогодняя сказка, Боря-горе

Илья Бровтман

© Илья Бровтман, 2020

ISBN 978-5-0051-1204-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Сказка о таланте

Сон

Жил да был один юнец —

Златокудрый молодец.

Жил не в тереме, не в хате,

Не в купеческой палате.

Был он статен и умен,

Красотой не обделен.

Чернобров, в руках могучий,

Плечи мощны словно кручи.

Рос цветком средь серых трав.

Звали парня — Ярослав.

Был он столяр, был он плотник,

На все руки был работник.

Сиротой жил без отца

В услуженье у купца.

Раз, уставши от работы,

Позабыв про все заботы,

Он пришел к себе домой

За собачьей конурой.

Гости частые в лачуге —

Летом зной, зимою вьюги.

Трудно было в ней ходить,

Что бы плечи распрямить.

Пригибаясь как в пещере,

Он, закрыв скрипучи двери,

И касаясь потолка

Сел в углу у сундука.

Расправляя горды плечи,

Книгу вытащил и свечи.

Книгу бережно открыл,

Алым ртом зашевелил.

Заиграли светом глазки,

Зашептали губы сказки.

Вдруг раздался птичий крик…

Входит в комнату старик.

В красно-огненном кафтане,

Туфли золотом убраны.

С длиной рыжей бородой,

Одноглазый и хромой.

Говорит старик дискантом:

— Я великий МАГ таланта.

Ты не смейся, не шучу —

Я помочь тебе хочу.

Выбирай — талант иль счастье,

И забудешь все ненастья.

Сдерживая легкий стон,

Понял Слава: — это сон.

Как бы ни было, но надо

Выбирать себе награду.

Долго он не стал гадать

И талант решил назвать.

Старичок взмахнул рукою,

Усмехнулся бородою.

Пожелал лишь сладких снов,

Шляпу снял и был таков.

Мытарства

На рассвете солнце встало,

Всех честных  людей подняло.

Вызвал юношу купец:

— Собирайся молодец.

Нынче ярмарку открыли,

Из-за моря привозили —

Ткани, шелковую нить.

Мы должны там тоже быть.

Фрукты, овощи, томаты,

Песни, танцы, акробаты,

Вкруг толпа в сто тысяч глав,

Среди них и Ярослав.

Распродал товар удало,

Денег выручил немало.

И в толпу крестьян попал,

Чтоб увидеть карнавал.

Праздник красочный отметил,

А воров и не приметил.

И явился налегке,

С крупной дыркой в сюртуке.

Тут хозяин прогневился,

С кулаками напустился:

— С суммой надо не зевать,

Пуще глаза охранять.

Да с тебя не видно проку,

Только горе да морока.

Так меня ты разоришь,

Вон отсюда, в чем стоишь.

Долго мыкался по свету

Ярослав, зимой и летом.

Голодал и прозябал,

Но судьбу не укорял.

Был в подручных у портного,

У сапожника хромого.

Обучался у вора,

Кузнеца и гончара.

Научился прясть он пряжу,

Продавать табак на пляже.

Научился ситец ткать,

Избы ставить, лес валять.

И за что бы он ни брался —

Труд как в сказке получался.

Шил на редкость сапоги,

Пёк на диво пироги.

Но ему хоть понемножку

Подмастерья ставят ножку.

И всегда его бульон

Был излишне подсолен.

Шьет камзол, каких не знали,

Шпильки в воротник втыкали.

Если он коня ковал,

То потом тот конь хромал.

Продавать табак возьмется —

Порох в табаке найдется.

Ткань чудесную соткет —

Сразу моль её возьмет.

А кувшин, горшок и ваза

Со стола слетали сразу.

Мастера, каких нет, злей,

Гнали парня в десять шей.

Пять бородачей

Ярослав бредет уныло.

Жизнь такая опостыла.

Прозябает — сам не свой,

Впору в омут головой.

Вдруг на площади огромной,

На помосте, сбитом ровно,

Глашатай сочный бас

Высший огласил указ:

— От тоски, печали, горя —

Дочь царёва не глаголет.

Кто за ночь и день-деньской

Речь вернет ей и покой,

Тот ей станет мужем верным,

Молодым царем примерным.

Кто не сладит с немотой —

Тот простится с головой.

Как тут быть — решает Слава:

— Или плаха или слава.

И стучится во дворец

Златокудрый молодец.

В дырках, пятнах и заплатах

Входит в девичьи палаты.

Не сводя с принцессы глаз,

Он такой заводит сказ:

— Знаю, думаешь, что птаха

Кудри сам кладет на плаху.

Знаю я на что иду,

Не надеюсь на судьбу.

И лицо твое девичье,

Не сердись, мне безразлично.

Лишь хочу рискнуть главой,

Чтоб талант проверить свой.

Много есть историй в мире.

Как-то раз в одном трактире,

Где сидел я как бобыль,

Слышал вот какую быль:

— Солнце за день утомилось,

И за поле укатилось.

Сели в травку, где ручей

Пять седых бородачей.

Первый кукольник был знатный,

А второй — портной занятный.

Третий, самый молодой —

Был сапожник удалой.

А четвертый, самый старый —

Парикмахер был бывалый.

Пятый, средь путей дорог —

Был безвестный педагог.

Их в пути свела не дружба,

Не монашеская служба.

Каждый волен был в делах,

В рассужденьях и словах.

Вот прошел их ужин скудный,

Разговор вечерний нудный.

Стали филины летать,

Подошло им время спать.

Кукольник промолвил  тихо:

— Чтоб не знать какого лиха,

Два часа я посижу

И портного разбужу.

Все уснули, только мастер

Ножик вынул и фломастер.

Деревяшку стал пилить,

Подрезать, сверлить, скоблить.

Два часа прошло как в сказке,

Разбудил портного мастер.

Тот увидел сквозь кусты

Куклу дивной красоты.

Глазки карие большие,

Плечи крепкие, крутые.

Словно юный мушкетер —

Добр, весел и хитер.

Из мешка достал в момент,

Свой портняжный инструмент.

Быстро выкроил камзол,

Вышил золотом узор.

А его сменил сапожник —

Шпагу сделал он и ножны.

Сапоги ему стачал,

Шляпу, пояс подогнал.

— Стал будить он брадобрея:

Просыпайся поскорее.

Тот, поднявшись, сделал в миг

Златокудренный парик.

Сам постригся и побрился,

И с учителем сменился.

Тот на вахту заступил,

Глянул в небо — загрустил.

Вдруг увидел мушкетера,

Шпага, шляпа, пояс, шпора.

Стал он куклу обучать,

Говорить и фехтовать.

А с рассветом