Когда-нибудь мы будем улыбаться - Мария Франк

Как на все это отреагировал Ян? Вспомнил ли он все то, что было на той вечеринке? Или может, будет утверждать, что между нами ничего не было, и нет? Хотя, по сути, между нами ничего и нет, просто его ненависть и моя любовь.

Любовь? Серьезно? Как можно продолжать любить, после всего произошедшего?

Елена Олеговна еще ближе прижимает меня к себе, вырывая из раздумий.

– Лер, а как к беременности отнеслись твои родители? – выпаливает она.

Что мне ответить? Правду? Сказать то, что мои родители понятия не имеют, что происходит в моей жизни и что им глубоко плевать на меня?

– Я им еще ничего не говорила.

По сути, так и есть.

– Ну а когда ты собираешься им все рассказать? Неужели они сами не догадываются по твоему состоянию?!

Нет. Не догадываются.

Повисает неловкое молчание. Я просто уже не знаю, что мне сказать. Эта женщина поддерживает меня сейчас, пытается успокоить, но почему-то мне все равно. Я ничего не чувствую. Это пугает.

– А вы до этого, как с Яном общались?

Перед глазами сразу появляются картинки, где Ян бьет меня.

Последний звонок. Признание. Первое сентября. Признание в любви. Избиение. Унижения. Избиение. Спор. Унижения. Избиение. Спор. Унижения. Разбитая голова. Поцелуй и признание. Изнасилование.

Я все помню. Все. Все эти моменты, прочно засели в моей памяти.

В голове, будто идет небольшой фильм, где показываются все наши с ним моменты, начиная с последнего звонка, заканчивая той вечеринкой.

Мне нужно что-то сказать Елене Олеговне. Нужно как-то ответить на ее вопрос. Но как? Что мне ей сказать? Правду? Нельзя. Врать я не могу.

В комнату заходит Александр Максимович, тем самым спасая меня от ответа. Он выглядит разъяренным. На его лице один гнев и раздражение. Полная копия Яна. Сотников-младший всегда ходит с таким лицом, когда я рядом. Только один взгляд на отца Яна, заставляет дрожать колени. Не далеко яблоко от яблони падает.

В напряжении смотрю на Сотникова-старшего. Мне хочется, чтобы он уже что-то сказал. Что-нибудь, но только не стоял и молчал.

– Саш, ну что? – разрушает тишину голос Елены Олеговны.

Тишина.

– Лера, вы можете завтра к нам прийти? – спрашивает Александр Максимович у меня.

В горле появляется ком. Мне сложно что-либо сказать.

– Да. Конечно, – выдавливаю из себя.

– Ну, мы тогда завтра и обсудим ваше проживание с Яном и дальнейшую жизнь.

Кивнув, улыбаюсь. Снова фальшивая улыбка.

– Ну, я тогда пойду, – неуверенно говорю и встаю с дивана.

– Может тебя подвезти? Ты далеко живешь отсюда?

Качаю головой и надеваю верхнюю одежду.

– Нет, спасибо. Я вызову такси.

Отец Яна кивает и протягивает мне деньги. Я ошарашено смотрю на него.

– Это тебе на такси.

– У меня есть деньги, – самоуверенно заявляю, хотя, по сути, вру.

– Деньги лишними не бывают.

Снова качаю головой.

– Я пришла сюда не за деньгами. Они мне ни к чему.

И это правда. Я пришла к родителям Яна не потому, что они богатые, и мне нужны их деньги.

Не сказав больше ни слова, выхожу из квартиры на ватных ногах.

* * *

К окну подходит Ян и закуривает сигарету. Отец запрещает ему курить в комнате, но парень не находит в себе сил, чтобы выйти из нее.

Физическая боль от ударов отца прошла, а вот душевная никак не исчезает.

В голове у парня полным полно всяких мыслей. Он вспомнил тот ужасный вечер. Вспомнил, что сделал с Лерой, которая не смогла ему никак противостоять.

Яну тошно от самого себя. До сих пор он не может никак понять, почему и зачем это сделал. А все лишь потому, что его друзья решили хорошенько его напоить, ведь они все знали, что такой Сотников очень веселый и над ним можно посмеяться.

Алкоголь и препараты тогда сделали свое дело. В голову ударили гормоны. И лучше бы рядом оказалась Катя, тогда бы не было никаких проблем. Но на глаза попалась одна Филатова.

Парень выпускает дым в окно, и мыслями снова возвращается в тот мерзкий момент.

Сотников не мог тогда контролировать себя. Все было как во сне. Но это никак его не оправдывает.

Единственное, что сейчас хочет Ян – напиться до беспамятства.

Он так ничего и не вспомнил за это время. Ровно до сегодняшнего дня. Эти воспоминания как удар под дых.

Ян ведь еще удивлялся тогда, почему Леры так долго нет в школе. Он ходил к ней, чтобы узнать это, но дверь так никто и не открыл.

Изнасиловал. Только от осознания этого, парню становится плохо.

А Лера ведь не сказала его родителям об изнасиловании. Просто сказала, что беременна.

– Черт, – шепчет Ян, выкидывая сигарету и пытаясь выбросить из головы все мысли об этом.

Кажется, что только сейчас он понял, что станет отцом. Из-за своего ужасного поступка, он станет отцом в восемнадцать лет.

Но хоть один плюс есть во всем этом: его ребенок под сердцем носит любимая ему девушка.

Ухмыльнувшись, Сотников выходит из своей комнаты и идет в кабинет к отцу, который он себе сделал в квартире. Без стука, парень врывается в кабинет.

– Пап, я…

– Я не хочу тебя слышать, – перебивает его отец. – Это ведь твой ребенок?

– Да, но…

– Это я и хотел услышать. Ты будешь воспитывать этого ребенка.

– Не буду я с ней жить.

Что бы Ян не чувствовал к Лере, он не готов променять веселую жизнь на семейную. Парень боялся снова сорваться на нее. Боялся ударить или обидеть.

Александр Максимович поднимается со стула и подходит ближе к сыну.

– Если ты ее обидишь, то можешь забыть, что у тебя есть родители. Ты подставишь меня в бизнесе, если откажешься от ребенка. Нашу семью считают образцовой…

– Но я…

– Ты не откажешься от этого ребенка, – приказным тоном говорит отец сыну. – Если ты поступишь по-своему, то тебя не возьмут ни в одно учебное заведение, ни на одну работу. Денег от меня больше не получишь. Будешь на вокзале жить. Уж я об этом позабочусь.

По телу Яна бегут мурашки. Парень знает, что все сказанное отцом – правда. Ян уверен, что именно так все и будет, если он откажется от ребенка. Его отцу совсем ни к чему проблемы в бизнесе из-за этого. А проблемы будут, если партнеры по бизнесу Александра Максимовича узнают всю правду о его сыне, ведь все вокруг думают, что эта