Мар. Червивое сердце - Наталья Маркелова

— СТЕЛЛИ, ЭТО СЛУЧАЙНО не тебя ищут? — Я вдруг запаниковал. Чьей бы Стелли ни была дочерью, мне может здорово влететь от её отца только за то, что я нахожусь рядом с ней в лесу, а уж если станет известно о Болотах, то запросто голову оторвут.

— Нет. — Стелли озиралась по сторонам. — Вряд ли бы они взбаламутили столько народу. Если только не вернулся отец… Но для него эта охота слишком тихая, родитель любит размах и ярость. А тут вон весёлые песни поют и смеются. Слышишь?

Я прислушался и вдруг понял, что происходит на самом деле. При этом я хлопнул себя ладонью по лбу так громко, что по лесу пошло эхо. Стелли захихикала.

— Сегодня же ночь Красного зайца, — нисколько не обиделся я на её смех, — как же я мог забыть-то?!

— Ночь кого?!

— У меня такое чувство, что ты сама вышла из Волшебной страны и наш мир для тебя полон загадок. Да об этой ночи знают даже младенцы. Все дети сегодня получили подарки и сладости.

— А я вот не знаю, — надулась Стелли (и я подумал, что даже это ей идёт).

— Говорят, что только в эту ночь в лесу можно поймать Красного зайца. Тот, кто его найдёт, сможет пожелать всё, что захочет, зверь исполнит любую его мечту.

— Заяц исполнит мечту? — Стелли расхохоталась.

— Ну да, заяц, — подтвердил я серьёзно. — Ну а ещё в эту ночь танцуют у костров, объедаются, гадают и клянутся в вечной любви.

— Пожалуй, я не хочу, чтобы меня сегодня нашли, — усмехнулась Стелли.

— А тебе не влетит? — поинтересовался я.

— Мне? Влетит? — Стелли посмотрела на меня с искренним изумлением. — Хотела бы я посмотреть на того смельчака.

— А как же ужин? Ты, кажется, умирала с голоду.

— Ты же сам сказал, что у костров можно неплохо перекусить.

— Если есть деньги. Мои карманы пусты.

— Зато мои — нет, — заверила меня Стелли. — Отец говорит, что никогда и никуда не стоит идти, не имея в кармане хотя бы пары монет.

Меня, как и Стелли, ничто не влекло домой: в ночь Красного зайца отец бы не стал беспокоиться о моём отсутствии, даже если бы заметил его. Но в то же время к веселящейся толпе идти мне совершенно не хотелось.

Стелли заметила моё замешательство:

— Мир, что случилось, разве тебе не хочется праздника? Или ты должен быть дома?

— Нет, домой я не тороплюсь, но люди… Стелли, я не думаю, что они будут рады меня видеть.

— Почему?

Я с удивлением уставился на девочку, но она не подшучивала надо мной, она действительно не понимала.

— Таким, как я, не место на празднике. Калеке вроде меня нигде нет места.

Стелли поморщилась:

— Мир, хорошие менестрели всегда в цене. Почему бы тебе не сыграть им? Вот и найдёшь своё место.

— Я не думаю, что у меня получится, да и играю я не ахти, — запротестовал я.

— Мир, ты просто не знаешь себе цены, я слышала много менестрелей, но никто из них не играл и вполовину так хорошо, как ты, поверь мне. — Стелли схватила меня за руку и потащила за собой.

Мы выскочили из темноты у одного из самых высоких костров так неожиданно, что все замерли.

— Эй, — крикнула какая-то женщина, — да это же Мир, сын мастера Эйда, а я-то думала, лесное чучело.

— А правду говорят, что если стукнуть горбуна по спине — это к удаче? — хохотнул прыщавый подросток.

Я хотел убежать, но Стелли не отпускала мою руку.

— Врут, но если стукнуть дурака по лбу, ему точно мозгов прибавляется. Хочешь, продемонстрирую? — сделала девочка шаг навстречу хаму.

— А ты кто, его невеста, что ли? — попытался прыщавый поддеть Стелли, тем не менее отступая назад.

— А что, если и так? Спляшешь на моей свадьбе? — Стелли, наклонившись, поцеловала меня в щёку, шепнув: — Давай же, сыграй что-нибудь весёлое.

И я заиграл, потому что в этот момент мог сделать для неё и не такое. Моё сердце безумно билось в груди, щека — там, где её коснулись губы Стелли, — пылала, а слова девочки всё ещё звучали в моих ушах. Когда я вернулся с небес на землю, то вдруг обнаружил, что людей вокруг меня словно подменили. На некоторых лицах я видел улыбки, на других — неподдельное изумление, но жестокости и насмешливых гримас больше не было. Словно музыка изменила их сердца, смыв чёрствость и злость.

— Да у нас теперь есть свой менестрель, вот так штука. — Тот же самый прыщавый парень дружески хлопнул меня по плечу. — Прости, Мир, если можешь.

— Эх, Мир, что же ты скрывал от нас, что умеешь так играть, я бы не приглашал на свадьбу дочки того шарлатана с лютней, от игры которого у всех гостей зубы заныли. — Старый кузнец швырнул на землю шапку. — А ну, давай что-нибудь такое, чтобы ноги сами заскакали. Похоже, сегодня у нас будет отличный праздник!

И я заиграл более уверенно, а люди вокруг танцевали, и никто больше не обзывал меня обидными словами. Заслышав музыку, к нашему костру подтягивалось всё больше народа. На поляне стало тесновато, но никто не жаловался. Я играл, играл, играл, наслаждаясь необычным чувством причастности к толпе. Этот праздник был лучшим в моей жизни. Денег, чтобы перекусить, нам со Стелли не понадобилось, нас щедро угостили жареным мясом, пирогом и домашними сладостями. И, поев, я снова заиграл, потому что теперь мне самому этого хотелось. Ближе к рассвету все вместе мы пошли в лес искать Красного зайца. Вначале мы шли с толпой, но потом Стелли потянула меня в сторону.