Летающий дом - Джеральд Даррелл

– Да, у белых медведей бывают странности, – согласился Ланцелот.

Огромный самец улыбнулся:

– Что верно, то верно. Характер у них не такой мирный, как у нас.

С этими словами он исчез под водой.

– Уф. Ну и приключение! – пробормотал Ланцелот. – А теперь идёмте к медведям.

Они не стали сразу подходить близко и предусмотрительно укрылись за снежной горкой. Ланцелот шепнул:

– Давайте немного подождём. Хочется узнать, в каком настроении медведица.

– Смотрите! Там из дырки пар идёт! – воскликнула Эмма.

Несколько минут они с беспокойством наблюдали за жилищем хищников. И вот снег на входе раздвинулся, и показалась медвежья морда. Медведица поводила чёрным носом, принюхалась и вылезла из берлоги. Два медвежонка с круглыми чёрными глазками выскочили следом за ней и принялись с любопытством оглядываться.

– Хм, у матери мех почти жёлтый, – заметил Конрад, – а медвежата прямо белоснежные.

– Ой-ой! – закричал вдруг Ланцелот. Снег под ним поехал, и его стало сносить к медведям. Конрад еле успел схватить дедушку за рукав.

Медведица сердито подняла голову, когда до неё докатился снежный ком.

– Свои! – быстро крикнул Ланцелот. – Простите. Случайно. Соскользнул.

И тут снег под ним окончательно рассыпался, и он съехал прямо к медведице. Ребята смотрели, остолбенев от страха, уверенные, что Ланцелота сейчас разорвут и сожрут.

Медведица обнюхала его.

– По запаху вроде как Персиваль, – сказала она, – хоть и сильно прибавил в весе.

Я думала, ты направился на юг к бизонам.

– Я его брат, – пробормотал Ланцелот, ещё не решивший, стоит обидеться или испугаться. – Мы прибыли в Арктику, чтобы его найти.

– Вы разминулись. Он уехал год назад. Хватит трястись, – заворчала Медведица. – Не съем я тебя.

Друзья Персиваля – мои друзья.

Ланцелот поднялся на ноги и постарался принять более-менее достойный вид.

– Я не трясся. Просто мороз пробирает.

Они все и вправду немного замёрзли. У Ланцелота нос посинел, и он рассеянно потёр его снегом, чтобы не обморозить.

– Какие у вас чудесные дети! – Эмме в самом деле понравились малыши, но заодно она надеялась, что эти слова приведут медведицу в более благостное расположение духа.

– Ха! Вы бы запели по-другому, если бы провели с ними зиму в тесной берлоге. Они меня всю испинали. Стоит задремать – они принимаются ворочаться и ёрзать. А как подросли, началось: «Мам, можно погулять?», «Мам, пить хочется!». Совершенно невозможно выспаться!

– Вы не против, чтобы мы заглянули в берлогу? – попросил Конрад.

– Да пожалуйста, – благосклонно разрешила Медведица.

Ребята один за другим проползли через ледяной тоннель в маленькую круглую холодную нору. Здесь всю зиму спала медведица, здесь родились её малыши. Таинственный зеленоватый свет проникал сквозь лёд и снег. Эмма нашла мягкий комочек белой шерсти медвежат и сунула в карман. И пообещала себе, что запишет потом всё в дневник.

Медведица поджидала их уже в явном нетерпении.

– Ладно, мне пора, – буркнула она, как только ребята вылезли наружу. – Я ещё не завтракала, а мне нужно восстанавливать силы, чтобы приглядывать за этими двумя шалопаями.

Она неуклюже побрела прочь, малыши потрусили следом, на ходу наскакивая друг на друга и покусывая. Дети помахали им на прощание и повернули обратно к «Белладонне».

– Почему белые медведи не скользят по льду? – спросила Эмма.

– Потому что подушечки у них на лапах покрыты мехом, – сказал Ланцелот и объявил: – Всё, теперь летим на юг, к бизонам. По дороге навестим овцебыков. Надо пополнить запас шерсти.

Пока летели на юг, снег и лёд постепенно исчезали, и вскоре «Белладонна» поплыла над жёлто-зелёной тундрой. Заметили стадо пасущихся оленей, и Ланцелот спустил дирижабль пониже, чтобы спросить про овцебыков.

Под ними простирался ковёр из толстого мха, усеянный тысячами мелких цветков всевозможных расцветок. Даже деревья были миниатюрными, не выше колена.

Олени, к удивлению ребят, тоже оказались разных оттенков, от коричневого, почти шоколадного до жёлтого, цвета масла. Ближайший к ним был огромным самцом цвета какао с большими ветвистыми рогами.

– Эгей, день добрый! – крикнул Ланцелот в рупор. – Вы не видели овцебыков?

– Видели, километрах в десяти к югу, – ответил олень. – Но берегитесь волков. Они сейчас расплодились и доставляют массу неприятностей.

– Ха, волки, – хмыкнул Конрад. – Я волков не боюсь. Они продолжили путь. Спустя несколько минут Ланцелот заметил стадо овцебыков, голов двадцать. Они паслись, теснясь на небольшом холмике посреди плоской тундры.

– Вот они, мускусные овцебыки, – с нежностью проговорил Ланцелот. – На вид упитанные и здоровые, и шесть малышей при них, если не ошибаюсь. – Вдруг он прищурился, глядя в телескоп, и встревоженно воскликнул: – Волки! Подбираются к стаду. Нужно срочно что-то делать!

Ребята увидели большую стаю волков, они всё ближе и ближе подкрадывались, а овцебыки мирно жевали и не подозревали об опасности.

Ланцелот бросился в рубку и попытался прибавить скорости, но «Белладонна» и без того шла полным ходом. Шёлковые верёвки гудели от встречного ветра, а корзина раскачивалась туда-сюда.

– Мы слишком далеко! – в отчаянии воскликнула Эмма.

В этот миг волки приблизились к взгорку. После секундного замешательства овцебыки выстроились кругом, выставив на врага целый лес рогов. Детёныши сгрудились в центре этой крепости. Волки бегали кругами, постепенно сжимая кольцо.

– Надо что-то делать! – вскричала Эмма. – А ружья у вас нет?

– Нет, оружие не беру, – сказал Ланцелот. – Знаете, весь этот бах-тарабах пугает животных. Погодите-ка… Бах-тарабах у меня как раз имеется!

Он сбегал вниз и вернулся с большой коробкой.

– Фейерверки, – пропыхтел он, едва переводя дух. – Припас для торжественного случая. Они должны помочь. Шум напугает волков, но не причинит им вреда.

«Белладонна» снизилась.

– Приготовились… – сказал Ланцелот, зажигая спичку. – Пли!

И понеслось – ракеты взмывали в воздух, заряды «римских свечей» рассыпа́лись сверкающими искрами, вращалось «огненное колесо», оглушающе щёлкали петарды. Вся эта удивительная канонада перепугала волков. Визжа и подвывая, они прыснули в разные стороны.

Ланцелот и дети радовались победе, а снизу благодарно мычало стадо. Ланцелот спустил «Белладонну» и вместе с детьми поспешил навстречу лохматым овцебыкам.

– Мой дорогой сэр, – проговорил Овцебык, выдыхая в морозный воздух облако пара, – мне доселе не доводилось видеть, чтобы волки драпали с такой поразительной скоростью. Как называются эти шумные штуки?

– Фейерверки. Полезная вещь, не правда ли?

– Не то слово. Мы вам очень благодарны. Но скажите, что вас сюда привело? Пора пополнить запас шерсти? Так мы с радостью – берите сколько нужно.

Ланцелот поклонился.

– Благодарю, мы возьмём немного. Для защиты от холода