Новые веснушки для Субастика - Пауль Маар

— Можно и попробовать! — согласился Субастик и занял исходную позицию.

Господин Пепперминт довольно прытко одолел первые два этапа восхождения. Заминка произошла в самом конце, когда он, стоя на плечах у Субастика, уцепился за верхушку тумбы и подтянулся. Рывок — и вот он уже почти на крыше! Ноги повисли в воздухе, руками он крепко уцепился за края круглой нашлепки, осталось только чуть-чуть продвинуться вперед, найти точку опоры и встать.

— Поднимайся! — командовал снизу Субастик. — Попу, попу подтяни! Потом на коленки и вставай!

— Не могу! — прохрипел сдавленным голосом господин Пепперминт, распластавшийся на самом верху афишной тумбы. — Подпихни меня снизу немножко!

Но Субастику было до него не достать!

— Тогда давай вниз! Задний ход! — распорядился Субастик.

— Нет, я так свалюсь! — запротестовал господин Пепперминт.

Положение было безвыходным. Господин Пепперминт висел как мокрая тряпка и не мог сдвинуться с места. Ни туда ни сюда.

— Ну сделай же ты что-нибудь! — взмолился господин Пепперминт. — Иначе я сейчас грохнусь!

— Держись, папа! — крикнул Субастик. — Я сейчас!

Субастик бросился к ближайшему дому и принялся звонить во все звонки.

— Помогите! Помогите! Стулья, лестницы несите! Табуретки, птичьи клетки! Ящики, столы, банкетки! Все на выход! Все ко мне! Папа мой застрял в беде! — голосил Субастик во всю мочь.

В окнах замелькали любопытные встревоженные лица.

Субастик побежал назад.

— Сейчас придут! Потерпи немножко! — крикнул он господину Пепперминту, который держался из последних сил. — Всей кучей навалимся и подпихнем тебя!

— Какой кучей? — встревожился господин Пепперминт.

— Знаешь сколько я народу назвал! Ого-го-го! Так что не беспокойся, — утешил его Субастик.

— Только этого мне не хватало! — испугался господин Пепперминт. — Что подумают люди, когда увидят меня в таком дурацком положении?

Очень скоро господин Пепперминт услышал собственными ушами, что думают о нем люди.

— Ты что, сдурел?! — крикнул ему какой-то мужчина в спортивном костюме. — Чего ты там разлегся? А еще в очках…

— Безобразие какое! — пискнула дама в цветастом платье. — Всю тумбу своими грязными ботинками извозюкал!

— А почему дядя там лежит? — спросил детский голос.

— Пьяный, наверное, — ответила мама. — Пойдем отсюда!

— Помогите же кто-нибудь моему папе! — обратился Субастик к собравшимся. — Его надо только немножко подтолкнуть, чтобы он мог спокойно встать на ноги на крыше!

— Может, лучше все-таки стащить его вниз? — спросил старичок в бейсболке. — Что-то не похоже, что ему хочется там стоять. Да и зачем, собственно?

— Затем, что ему нужно тренироваться! — объяснил Субастик. — Ну, кто тут повыше будет? — решил он взять дело в свои руки.

— Кому стул? — спросила девушка в белом халате, выбежавшая из соседней аптеки. — Вам? — бросилась она усаживать старичка в бейсболке.

— Да не нужен мне ваш стул! — возмутился старичок. — Это вон тому верхолазу стул, видите ли, понадобился! Циркач нашелся!

— Так, расступитесь! — раздался чей-то бас. — Посторонитесь! Пропустите, пропустите! Дайте стул сюда!

Господин Пепперминт почувствовал, что кто-то крепко ухватил его за ноги и потянул вниз. Он зажмурился и еще крепче вцепился в тумбу.

— Прекратить брыкаться! — приказал бас.

Господин Пепперминт попытался поджать ноги.

Но чьи-то цепкие пальцы не давали ему пошевелиться. Рывок — и вот он уже поехал вниз! У господина Пепперминта все поплыло перед глазами, за-вертелось-закружилось…

Очнулся он на руках у дюжего полицейского, который держал его, как младенца.

Видя, что потерпевший пришел в себя, полицейский осторожно поставил его на землю.

— Ну как? — участливо спросил страж порядка. — Идти можете?

Господин Пепперминт кивнул.

— Тогда попрошу вас пройти со мной в отделение!

— А нам там дадут варенья? — подал голос Субастик.

— Вас попрошу тоже, — ушел от ответа полицейский.

— Ну, раз просите, отчего же не сходить! — согласился Субастик и доверчиво взял его за руку.

Держась одной рукой за полицейского, другой за господина Пепперминта, Субастик вприпрыжку направился в неведомое отделение, в глубине души все же надеясь, что там найдется для него что-нибудь вкусненькое. Он был несказанно рад, что ему так ловко удалось увести полицейского с испытательной площадки. А то вдруг папа проговорился бы!

Когда они пришли в отделение, полицейский отвел их в какую-то комнату, где за большим письменным столом сидел внушительного вида господин.

— А это что за субчики-голубчики? — спросил он, увидев изрядно помятого господина Пепперминта и бодрого Субастика, который расплылся в лучезарной улыбке.

— Мы не субчики, мы — Субастики! — рассмеявшись, сказал он. — То есть это я Субастик, а это мой папа Пепперминт. Бруно Клаус Йозеф Пепперминт, — добавил он для порядка.

— Я вас пока еще ни о чем не спрашивал, — осадил Субастика второй полицейский.

Первый полицейский отвел своего товарища в сторонку и зашептал:

— Помнишь того толстяка, господина Жабмана? Ну, который недели две назад к нам все ходил? Заявление еще подал… На двух странных типов, которых так никто и не нашел…

— Помню, конечно! — сказал второй полицейский. — Он еще утверждал, будто один из этих типов был в водолазном костюме…

— Именно! — продолжал первый полицейский. — А теперь посмотри внимательно на того, что помельче… На рыжего…

— Ой, и правда! Водолазный костюм! — ахнул второй полицейский. — Значит, так. Я пойду приведу этого Жабмана. Для опознания. А ты их тут пока попридержи. Можешь как следует допросить.

С этими словами он надел фуражку и убежал.

Первый полицейский уселся за стол, взял лист бумаги, вставил его в электрическую пишущую машинку, строго посмотрел на притихшую парочку и приступил к вопросам.

С какой целью вы расположились на афишной тумбе? — спросил он.

— Он разложился на тумбе, потому что не мог встать! — выпалил Субастик. — У него голова на высоте кружится. А меня-то там не было! Я под тумбой сидел… Потому что…

— До вас еще дойдет очередь, — оборвал его полицейский. — Я спрашиваю вот этого господина… В очках… Так что вы делали на тумбе?