Винни-Пух и все-все-все - Алан Александр Милн

5. Как и Крошка Ру.

6. Но Кенга должна обязательно смотреть в другую сторону, чтобы не заметить, как Пятачок вскочит в карман.

7. Смотри пункт 2.

8. Еще одна идея. Вот если Пух будет говорить с ней очень вдохновенно, она может на минутку отвернуться.

9. И тогда я могу убежать с Крошкой Ру.

10. Очень быстро.

11. И Кенга сначала ничего не заметит, а заметит все только потом.

Ну, Кролик с гордостью прочитал все это вслух, и после этого некоторое время никто ничего не говорил.

Наконец Пятачок, который все время то открывал, то закрывал рот, не издавая при этом ни звука, сумел выговорить очень хриплым голосом:

— А потом?

— Что ты хочешь сказать?

— Когда Кенга заметит, что это не Ру?

— Тогда мы все скажем: "АГА".

— Все трое?

— Да.

— Правда?

— Да что тебя беспокоит, Пятачок?

— Ничего, — сказал Пятачок. — Если мы все трое скажем "АГА", тогда все в порядке. Если мы все трое скажем "АГА", — сказал Пятачок, — я не возражаю, но я бы не хотел говорить "АГА" сам, один. А то оно, это "АГА", очень плохо получится… Кстати, — продолжал он, — ты вполне уверен в том, что ты говорил насчет зимних месяцев?

— Насчет зимних месяцев?

— Ну, насчет свирепости только в зимние месяцы.

— А-а. Да, да, все правильно. Ну, Пух, ты понял, что ты должен делать?

— Нет, — сказал Медвежонок Пух. — Не совсем А что я должен делать?

— Ну, все время говорить и говорить с Кенгой, чтобы она ничего не замечала.

— Ох! А о чем?

— О чем хочешь.

— А может быть, почитать ей стихи или что-нибудь в этом роде?

— Вот именно, — сказал Кролик. — Блестяще. А теперь пошли.

И все они отправились искать Кенгу.

Кенга и Ру мирно проводили послеобеденное время у большой ямы с песком. Крошка Ру упражнялся в прыжках в высоту и в длину и даже в глубину — учился падать в мышиные норы и вылезать из них, а Кенга волновалась и поминутно приговаривала: "Ну, дорогой мой, еще один раз прыгни, и домой". И в этот момент на холме появился не кто иной, как Пух.

— Добрый день, Кенга, — сказал он.

— Добрый день, Пух.

— Смотри, как я прыгаю! — пропищал Крошка Ру и упал в очередную мышиную нору.

— Привет, Ру, малыш!

— Мы как раз собираемся домой… — сказала Кенга. — Добрый день, Кролик. Добрый день, Пятачок.

Кролик и Пятачок, которые тем временем показались с другой стороны холма, тоже сказали "добрый день" и "привет, Ру", а Крошка Ру пригласил их посмотреть, как он прыгает…

Они стояли и смотрели. И Кенга смотрела — смотрела во все глаза…

— Послушай, Кенга, — сказал Пух после того, как Кролик подмигнул ему второй раз, — интересно, ты любишь стихи?

— Не особенно, — сказала Кенга.

— А-а, — сказал Пух.

— Ру, дорогой мой, еще один раз прыгни, и нам пора домой!

Наступило недолгое молчание. Крошка Ру свалился в очередную мышиную нору.

— Ну, давай, давай! — громко прошипел Кролик, прикрывая рот лапкой.

— Кстати, о стихах, — продолжал Пух. — Я как раз сочинил небольшой стишок по дороге. Примерно такой. М-м-м… Минуточку…

— Очень интересно, — сказала Кенга. — А теперь, маленький мой Ру…

— Тебе понравится этот стишок, — сказал Кролик.

— Ты его полюбишь, — пропищал Пятачок.

— Только слушай очень-очень внимательно, — сказал Кролик.

— Ничего не пропусти смотри, — пискнул Пятачок.

— Да, да, — сказала Кенга. Но, увы, она не сводила глаз с Крошки Ру.

— Так как там говорится, Пух? — спросил Кролик.

Пух слегка откашлялся и начал:

СТРОКИ, СОЧИНЕННЫЕ

МЕДВЕДЕМ

С ОПИЛКАМИ В ГОЛОВЕ

------------------------------

На днях, не знаю сам зачем,

Зашел я в незнакомый дом,

Мне захотелось Кое с Кем

Потолковать о Том о Сем.

Я рассказал им, Кто, Когда,

И Почему, и Отчего,

Сказал Откуда и Куда,

И Как, и Где, и Для Чего;

Что было Раньше, что Потом,

И Кто Кого, и Что к Чему,

И что подумали о Том,

И Если Нет, То Почему?

Когда мне не хватало слов,

Я добавлял то "Ах", то "Эх",

И "Так сказать", и "Будь здоров",

И "Ну и ну!", и "Просто смех!".

Когда ж закончил я рассказ,

То кое-кто спросил: "И все?

Ты говорил тут целый час,

А рассказал ни то ни се!… —

Тогда…

— Очень, очень мило, — сказала Кенга, не ожидая рассказа о том, что произошло тогда. — Ну, самый, самый последний раз прыгни, Ру, дорогой мой, и мы пойдем домой!

Кролик подтолкнул Пуха локтем в бок.

— Кстати, о стихах, — поспешно сказал Пух. — Ты когда-нибудь обращала внимание на вон то дерево, во-он там?

— Где?… — сказала Кенга. — Ну, дорогой малыш…

— Во-он там, впереди, — сказал Пух, показывая за спину Кенги.

— Нет!… — сказала Кенга. — Ну, Ру, дорогой мой, прыгай в карман, и пошли домой!

— Нет, ты обязательно посмотри на вон то дерево, во-он там, — сказал Кролик. — Ру, хочешь, я тебя подниму? — И он взял Крошку Ру в лапы.

— А на вон том дереве птичка сидит, — сказал Пух. — А может, это и рыбка.

— Конечно, там птичка сидит, — сказал Кролик, — если только это не рыбка.

— Это не рыбка, это птичка, — пискнул Пятачок.

— Так оно и есть, — сказал Кролик.

— Интересно, это скворушка или дрозд? — сказал Пух.

— В этом весь вопрос, — сказал Кролик. — Дрозд это или скворушка?

И тут наконец Кенга повернулась и посмотрела на вон то дерево.

И в тот момент, когда она отвернулась, Кролик громким голосом сказал:

— Ру, на место!

И на место — в карман Кенги — вскочил Пятачок, а Кролик крепко обхватил Ру и помчался прочь что было духу.

— Куда это Кролик девался?… — спросила Кенга, снова повернув голову. — Ну как, дорогой малыш, все в порядке?