Три цвета волшебства - Холли Вебб

– Но как дядя Джек о тебе узнал, если ты жила во Франции?

– Лотти, включи мозги! Много, ты думаешь, существует волшебных зоомагазинов? В Париже такой магазин только один. Тот, в котором я родилась. Твой дядя знаком с хозяйкой. Когда он узнал, что у них появилась такса, он меня сразу купил. В подарок жене.

– В подарок жене? – переспросила Лотти. – В смысле маме Дэнни?

– Конечно, – кивнула Софи. – У нее был очень хороший вкус.

Из-под кровати донесся писклявый издевательский смех.

Лотти почувствовала себя глупо. Почему-то она никогда не задумывалась о маме Дэнни. Может быть, потому, что у нее у самой не было папы и ей казалось нормальным, когда ребенок живет только с одним из родителей?

– А она… э…

– Она умерла, – буднично проговорила Софи. – Три года назад. Дэнни не любит о ней говорить. Он до сих пор сердится на отца, твоего дядю, за то, что тот не сумел ее вылечить. Поэтому Дэнни теперь и не хочет заниматься магией.

– Ясно.

На самом деле ничего было не ясно, но Лотти не смогла придумать другого ответа. Она принялась переодеваться в новую футболку с бабочками, просто чтобы чем-то занять руки.

Софи одобрительно кивнула:

– Шикарно. Очень стильно. Очень по-французски.

– Розовая! – Мыши высунулись из-под кровати и тоже одобрительно закивали.

Лотти вертелась перед зеркалом, очень довольная и маминым подарком, и комплиментами. Но потом ей стало грустно. Мама не написала, сможет ли она приехать в ближайшее время хоть на денек, а Лотти ужасно по ней соскучилась.

– Лотти! – раздался ласковый тихий голос, и Лотти вздрогнула от неожиданности. Это была Ариадна. Лотти и не заметила, как она приоткрыла дверь и заглянула в комнату. – Извини, Лотти. Я не хотела тебя напугать. Я постучала, но ты не слышала. Джек заварил чай. Хочешь чаю?

– Да! Спасибо! – Лотти принялась нервно теребить край своей новой футболки. Она по-прежнему жутко робела в присутствии Ариадны, хотя видела ее в магазине почти каждый день. Не то чтобы Лотти ее боялась – Ариадна была потрясающая, совершенно очаровательная, и Лотти искренне ею восхищалась, – просто, когда Ариадна к ней обращалась, Лотти терялась и не знала, что говорить. Ей постоянно казалось, что Ариадна считает ее скучной и глупенькой. И это было ужасно, потому что Лотти хотелось понравиться Ариадне и произвести на нее впечатление.

– Очень красивая футболка, – улыбнулась Ариадна. – Новая, да? Я ее раньше не видела.

– Мама прислала ее из Парижа, – прошептала Лотти.

– Это во Франции, – услужливо подсказала одна из мышей.

– Тебе очень идет. – На этот раз в голосе Ариадны не было никаких вкрадчивых чар. Он звучал искренне, очень тепло и по-доброму.

Лотти чуть не расплакалась. Почему мама так далеко?! Это мама должна любоваться ею и говорить, какая она красивая. Мама, а не Ариадна!

– Эй, Лотти, только не плачь! Что с тобой? – Ариадна приобняла Лотти за плечи, и та вся напряглась. – Все хорошо, я тебя не заколдую, не бойся. Я хочу помочь. Что случилось?

Лотти шмыгнула носом, сглотнула слезы, но все равно не смогла выдавить из себя ни слова.

– Эту футболку прислала ей мама, – объяснила Софи. – Лотти скучает по маме.

Ариадна присела на кровать рядом с Лотти.

– Мне кажется, твоя мама тоже скучает, – тихо проговорила она. – Но ей надо было поехать в Париж по работе, правда?

Лотти покачала головой.

– Она могла бы не ехать, если бы не хотела, – пробормотала она. – Софи только что рассказала мне про маму Дэнни… Я знаю, что так нельзя, но я ему завидую, – выпалила она и сама испугалась того, что сказала. – У Дэнни есть папа. Да, он потерял маму, но он хотя бы знает, что она не бросила его нарочно.

Лотти смотрела на Ариадну и Софи и думала, что они возненавидят ее за такие слова, но Ариадна ее обняла, а Софи ласково лизнула в щеку. Две розовые мышки обнялись и запричитали:

– Ой-ой-ой…

Ариадна вздохнула:

– У твоей мамы наверняка были свои причины. Мне бы хотелось тебе помочь, Лотти, но даже магия здесь бессильна.

Глава 7

Ариадна так и не выбрала себе котенка, и котята решили обвинить в этом Лотти – хотя, казалось бы, при чем тут Лотти? Но котят это нисколько не обескураживало. Они целыми днями капризничали, злились, цапались друг с другом и огрызались на всех, кто подходил к их вольеру. И только когда Ариадна приходила проведать дядю Джека, котята вели себя тихо и вежливо, вмиг превращаясь в милых, послушных пай-котиков. Каждый раз Лотти жалела, что Ариадна не может остаться у них на подольше. Когда в магазин заходили обычные покупатели, котята просто таращились на них не моргая, и покупатели вдруг вспоминали, что у них есть другие дела, и поспешно уходили прочь. Котята торжествующе переглядывались, очень довольные собой. Лотти даже подумала, что у них уже есть волшебные способности, хотя их еще не начали обучать магии, но дядя Джек объяснил, что все кошки играют в гляделки. Это заложено в кошачьей природе: смущать людей пристальным взглядом.

Софи не могла удержаться, чтобы не подразнить котят. Она садилась перед их вольером и подолгу рассказывала о знаменитых ведьминых котах и кошках, периодически поглядывая на котят и тяжело вздыхая. Мол, кому-то дано, а кому-то совсем нет. С каждым разом котята злились все сильнее и сильнее, пока Селина не отомстила за всех.

– Софи, смотри, я выучила новый фокус, – промурлыкала она.

Софи насупилась.

– Что за фокус? Вы еще маленькие для фокусов, – неодобрительно проговорила она.

– Это очень хороший фокус. Иди сюда, посмотри, – промурлыкала Селина бархатным голоском.

Софи опрометчиво сунулась мордочкой в вольер. И тут же отпрыгнула, тоненько взвизгнув – Селина с размаху полоснула ее когтями по кончику носа.

– Вот тебе! Вот мой фокус! – прошипела Селина. – И оставь нас в покое! В нас больше магии, чем в тебе, глупая ты… собака! – Очевидно, в ее понимании это было самое ужасное оскорбление.

Котята злорадно хихикали, на время позабыв свои распри. Софи выскочила в главный зал магазина. На кончике ее черного носа краснели глубокие царапины.

– Эти… злыдни! Малолетние преступники! Мышееды! Надо было их утопить! – Софи так разъярилась, что у нее из пасти летела слюна, чего она, будучи истинной леди, никогда себе не позволяла. Приличной собаке не подобает плеваться при разговоре.

– Ты их дразнила, – резонно заметила Лотти.

– Ха! Хочешь сказать, я сама виновата? По-твоему,