Тридцать три рассказа об инженерах - Денис Борисович Сухоруков

В 1919 году, вскоре после окончания Первой мировой войны, он ушёл из жизни. Но дело его, как говорится, живёт: трёхфазный переменный ток стал незаменимым помощником человека. В многоквартирных домах есть трёхфазные трансформаторы, и все мощные двигатели промышленных установок и генераторы на электростанциях тоже трёхфазные.

Вспомним же добрым словом Михаила Доливо-Добровольского, великого волшебника, покорившего электричество!

Человек и ледокол

Алексей Крылов (1863–1945)

Поволжье, Симбирская губерния, 1869 год

Алёша с раннего возраста отличался хулиганским характером. К его бабушке часто приходил на обед на правах почётного гостя отец Авраамий из местного монастыря. Было известно, что Авраамий обожает рыбу. Шестилетний Алёша Крылов решил поставить эксперимент: наловил под печкой полную горсть большущих чёрных тараканов и засунул их под жабры и под язык огромному запечённому судаку, которого кухарка уже собиралась подавать на стол дорогим гостям. Несколько секунд тишины были прерваны нечеловеческими визгами. По дому забегали маменьки и нянечки в поисках виновника. Но прямых улик против Алёши не нашлось, и его не наказали. Сознался бабушке он только двадцать пять лет спустя, уже будучи профессором. Помнившие тот вечер старики вздохнули: «Всё-таки надо было тебя выпороть…»

Звали нашкодившего мальчишку (и будущего великого инженера) Алексеем Николаевичем Крыловым. Надо сказать, что это была легендарная фигура в России конца XIX – первой половины XX века. Природа наделила его и необычайным даром математика, и фантастическим талантом морского инженера, и железной хваткой предпринимателя, и изворотливостью дипломата (кстати, он знал немало иностранных языков, а по-французски изъяснялся виртуозно, как на своём родном). Ко всему этому прилагалось, конечно, везение. В эпоху революции, когда благородное происхождение могло сыграть дурную шутку с любым, ему – царскому генералу! – крупно повезло. Ему не только не мешали работать, не только разрешили выезжать за рубеж, но и повысили в должности – назначили руководить Морской академией, наградили Сталинской премией и присвоили звание Героя Социалистического труда.

Алексей Николаевич Крылов родился в 1863 году в Симбирской губернии (сейчас это Ульяновская область), в дворянской семье. Интересно, что Крылов-отец во время Крымской войны был призван в армию и защищал Севастополь в той же артиллерийской бригаде и на той самой должности, которая освободилась после Льва Николаевича Толстого, переведённого в другую бригаду.

В пять лет отец подарил Алёше настоящий топорик, а в одиннадцать – двуствольное ружьё. Тем и другим сын прекрасно умел пользоваться, в любое время года ходил на охоту и на лису, и на волка. В окрестных усадьбах Алёша считался «разбойником», так как однажды «кинул в тётю Марфу чуркой», по его собственному признанию.

Так получилось, что начальное образование мальчишка получил во Франции, в Марселе.

Его отец считал, что иностранному языку надо обучать в детском возрасте, подобно тому как щенка учат плавать: «Берут за шиворот и кидают в пруд; выплывет – научится плавать, потонет – никогда не научится».

Этот метод был применён к Алёше в Марселе, и через полтора года он овладел французским языком лучше русского, писал безошибочно, все 800 правил грамматики знал наизусть.

Французские сверстники тем не менее показывали на Алёшу пальцем и говорили: «Voilá un sauvage de la Sibérie» – «вот дикарь из Сибири». Ему пришлось изучать вместе со всеми не только французскую грамматику, но и географию Франции, а ещё учить наизусть стихотворные трагедии французских классиков, которых он возненавидел на всю жизнь.

Учитель, который на самом деле был по профессии не педагогом, а проводником туристов на Монблан, наблюдал за школьниками с кафедры. Чуть он замечал, что ученик не слушает и занят чем-нибудь посторонним, с поразительной меткостью летел в голову ребёнку толстый французский словарь Bernard в шестьсот страниц и раздавалась команда:

– Ты мне перепишешь двадцать пять строк с сотой страницы словаря.

Как вспоминал потом Алексей Крылов:

«За дерзость, упорное неповиновение или крупную шалость Руа иногда приходил в ярость, хватал ученика за шиворот и, держа его на весу, выбегал во двор, вскакивал на стенку и, держа ученика над обрывом за решёткой, орал страшным голосом:

– Я в каторгу пойду, но брошу мерзавца в пропасть.

Ученик при этом визжал, как поросёнок… и, получив ещё в назидание пару добрых оплеух, был рад возвратиться в класс…»[20]

Странное образование дало столь же странный результат: у Алёши вдруг обнаружились блестящие математические способности. По возвращении в Россию он окончил Морскую академию в Санкт-Петербурге с наивысшими оценками (тогда это была «12») и начал преподавать теорию корабля. А ещё спустя время стал главным инспектором кораблестроения, то есть отвечал за грамотное строительство кораблей во всей огромной Российской империи.

С 1900 года Алексей Николаевич Крылов заведовал так называемым «Опытовым бассейном». Это был бассейн, наполненный водой, в котором маленькие модели кораблей подвергали всевозможным испытаниям. Результаты их использовали при строительстве настоящих, больших морских судов. В «Опытовом бассейне» пытались потопить, например, модель ледокола «Ермак» маленькими льдинами и крошечными айсбергами, измеряли давление льда, которое давит на корпус маленького «Ермака». И делали выводы из этих испытаний.

Алексей Крылов много размышлял и много говорил о «живучести корабля», то есть – непотопляемости. В те годы столкновение судна с минами, рифами, айсбергами либо с другим судном часто имело трагический конец и для самого судна, и для его команды. Корабль переворачивался и быстро шёл ко дну вместе с людьми. Насосы, откачивавшие воду, не помогали. Вы все, наверное, смотрели фильм «Титаник». Быстроходных спасательных катеров или вертолётов, способных снять людей с тонущего судна, тогда попросту не было. Крылов первым предложил бороться с пробоиной не откачиванием воды из повреждённого отделения, как поступали раньше, а выравниванием корабля, затопляя пустые, а в случае надобности и занятые грузами отсеки. Но для этого судно должно быть правильно разделено на отсеки, а затапливать их нужно в определённом порядке. Математические таблицы, в которых рассчитывалось, какие отсеки и когда необходимо затопить во имя спасения судна, составил сам Крылов.

Военные отнеслись невнимательно к его идеям, а зря: вскоре разразилась русско-японская война. Многие русские корабли («Александр III», «Бородино», «Суворов» и другие) перевернулись и быстро затонули, поражённые минами или огнём вражеской артиллерии. Жертв было громадное количество. Только после это военно-морское начальство приняло Алексея Николаевича Крылова всерьёз. В прессе его стали называть чуть ли не пророком, что, конечно, было неправдой. Алексей Николаевич являлся только очень талантливым инженером и математиком.

В