Черный камень - Андрей Саломатов

Как и в прошлый раз Филипп проснулся ярким солнечным утром. Он крайне удивился, когда вместо мрачного кладбища увидел, усыпанную цветами, лесную поляну. Над высоким разнотравьем безмятежно порхали огромные бабочки, больше похожие на птиц. В небе заливались какие-то маленькие птички, размером с бабочек, и эта мирная картина никак не вязалась со страшным ночным приключением. «Может я увидел это во сне? — протирая глаза, подумал Филипп, но тут же сам себе возразил: — Нет, тогда бы я запомнил, как попал на эту поляну. А вдруг я все ещё сплю, и все это мне снится? Тогда лучше пока не просыпаться. А то опять появится какой-нибудь «добрый» дядюшка упырь и предложит помощь. Еще одна такая ночь, и я сойду с ума» Поднявшись, Филипп тщательно обследовал опушку леса, пока не обнаружил тропинку. На этот раз он чувствовал себя гораздо увереннее. Филипп уже сообразил, что даже в сказочном лесу таким радостным утром ничего плохого произойти не должно. Он помнил, что нечистая сила днем либо отсыпается, либо почему-то избегает выходить на тропинку, по которой он идет. Поэтому Филипп смело вошел в чащу почти не опасаясь встречи с каким-нибудь ночным чудовищем.

Идти было легко и даже приятно. В первом же овраге, по которому протекал ручей, Филипп быстренько умылся, а затем напился вкусной ключевой воды. Он не стал задерживаться в глубоком сыром логу. Здесь царил полумрак, пахло прелой листвой, и этот запах тлена напоминал ему о двух последних ночах.

Выбравшись из оврага, Филипп увидел уже знакомого крохотного старичка в одежде из ветвей и листьев. Ростом тот был чуть повыше пенька. По зеленым волосам и бороде Филипп узнал в нем лесовика и на всякий случай остановился. В одной руке у старичка было лукошко с мухоморами и бледными поганками, а другой он тянул за собой большой плетеный мешок. Лесовику было явно не под силу тащить такой тяжелый груз. Он отчаянно пыхтел, упирался в землю, но продвигался вперед крайне медленно.

— Здравствуйте, — поприветствовал его Филипп и предложил: — Хотите, я вам помогу?

— Больно нужно, — сварливо проговорил старичок. — Сам справлюсь. Ходют здесь всякие, а потом лукошки пропадают.

— Да зачем мне ваше лукошко с мухоморами? — рассмеялся Филипп. — Не хотите, я дальше пойду.

— Конечно! — неожиданно обиделся лесовик. — Всегда так: вначале предложат помощь, а потом уходят. Чего тогда предлагать? А я, может, этот мешок с орехами пол дня тащить буду. Чего доброго, надорвусь. До старого лесовика никому и дела нет. Любят людишки зазря языком потрепать, а толку от них никакого.

— Вы же сами отказались, — начал оправдываться Филипп.

— Мало ли что я отказался, — упрямо гнул свое старичок. — Я, может, не привык, чтобы мне помогали. Мне, может, в жизни никто ни разу даже бледной поганки не подарил. Вот я сразу и не догадался согласиться.

Филипп подошел к мешку и попытался взвалить его на плечо. Но это оказалось не таким простым делом. Орехи весили не меньше пятнадцати килограммов.

— Странно, — примериваясь к тяжелому мешку, сказал Филипп. — Вы ведь нечистая сила, а грибы с орехами собираете днем. Я думал, вас можно встретить только ночью.

— Кто же ночью собирает продукты, дурья твоя башка? — с жалостью проговорил лесовик. — Ночью грибы и орехи отдыхают. Пойди, найди их в темноте.

Наконец Филиппу удалось закинуть мешок на спину, и старичок повел его в лесную чащу. Лесовика с зелеными волосами почти не было заметно в высокой траве. Филипп видел лишь, как впереди вздрагивают и колышутся верхушки стеблей, да слышал его громкое сопение.

— А я вас узнал, — сгибаясь под тяжестью мешка, с трудом произнес Филипп. — Вчера ночью вы приносили дядюшке упырю ягоды и орехи. Я там тоже был.

— Какому дядюшке упырю? — приостановившись, спросил лесовик. — Самому старому что ли?

— Да, старому доброму дядюшке упырю, — съязвил Филипп и добавил: Который любит позавтракать гостями.

— Не знаю я такого, — продолжив путь, ответил старичок. — Я сам по себе, они сами по себе.

— А Кинтохо знаете? — поинтересовался Филипп.

— Это такой хулиганистый мальчишка с луком за плечами что ли? — снова притормозил лесовик и тут же ответил: — Не видел я никакого Кинтохо. Зачем мне знать всяких шалопаев? Я сам по себе, он сам по себе.

Филиппу очень не хотелось удаляться в сторону от тропинки, но идти пришлось не долго. Вскоре старичок остановился и показал на густые заросли бузины, до которых оставалось не более пятидесяти метров. Рядом с кустами сидел огромный черный ворон и аккуратно что-то клевал.

— Вон видишь черничного ворона? — показал лесовик. — Рядом мой дом. Пойдем ко мне в гости. Я тебя так угощу, на всю жизнь запомнишь.

— Меня здесь каждый вечер угощают, — ответил Филипп. — Сам не знаю, как жив остался.

— Ступай вперед, а я буду показывать тебе дорогу, — не обратив внимания на ехидный упрек, проговорил лесовик. — Иди прямо-прямо и никуда не сворачивай.

— Я же свалюсь здесь в яму, — воскликнул Филипп и очень вовремя остановился на самом краю глубокой траншеи.

— Конечно свалишься, — неохотно согласился вероломный старичок. — И сломаешь себе шею. Но если не хочешь, можем пройти в другом месте. Иди сюда. Вот отличное место для прохода. Сейчас переберемся через эту лужицу и мы дома.

— Не фига себе лужица! — возмутился Филипп. — Это же настоящая трясина. Я здесь утону.

— Все-то тебе не нравится, — недовольно фыркнул лесовик. — Да, утонешь, но я не настаиваю, можно пройти и там. — Он показал на едва заметную тропку, которая огибала ямы и трясину.

Они добрались до зарослей бузины, и Филипп наконец сбросил мешок на землю. От тяжести спина и плечо затекли, поэтому он не сразу отправился назад. А лесной старичок тихо пробормотал что-то о вредных людишках, ухватился за мешок и поволок под куст.

— Вы не скажете, я правильно иду к Черному Камню? — осматриваясь, напоследок поинтересовался Филипп.

— Правильно-правильно, — из-за куста ответил лесовик. Он махнул рукой влево и добавил: — Вон там твой Черный Камень.

«Понятно, опять посылает в гиблое место», — подумал Филипп. Он показал в обратную сторону и ещё раз спросил:

— А может мне туда?

— Можно и туда, — высунувшись из-под куста, ответил старичок. — Прямо так и дуй через бурелом.

— Или вон в ту сторону? — показал Филипп вправо.

— Нет, туда не ходи, — замотал головой лесовик. — Там обязательно сгинешь.

— Спасибо, теперь я понял, куда мне идти, — поблагодарил Филипп и отправился направо.