Ну здравствуйте, дорогие потомки, снова! - Анастасия Каляндра

пакетов, и машин за окном… Что стало уж очень и очень уютно нам всем!.. А ещё, скоро пошёл дождь. Я это понял, ведь я сидел у окна, как я и люблю, и ко мне прямо на окно стали прилетать капли и тоже их много так стало у нас на автобусе!.. А ещё я по тому это понял, что люди все за окном стали прятаться под остановки и под навесы и под крылечки… и заходить в магазины, и просто, тоже, бежать куда-то. А часто – ещё и над головой зонтики держать. Ну или что-нибудь ещё вместо зонтиков – кто пакет, кто газету. И было мне так хорошо, когда мы долго с папой по пробке в дожде ехали!.. Ведь, вот как это чудесно!.. Ведь за окном дождь и гром и тучи. А мы сидим все, все вместе вдвоём в нашем автобусе, и сумок у нас много, и всё как в доме походном таком получается! И так наш автобус приятно тарахтит, и на месте стоит, и немножко нас греет, ведь под ногами у следующего ряда сидений как раз печка… А за окном все уже тоже в своих маленьких домиках – кто в магазине стоит, а кто под остановкой… А кто-то даже в отдельной машине своей тоже. И нам все люди из машин разными фарами своими в окно светят, цветными… И так эти фары, от капелек дождя, расплываются… И становятся больше гораздо, чем они есть. И долго мы так стояли, пока наш автобус уже потихонечку не поехал слегка под мостом… Ну а потом стал немножечко вверх вместе с нами взбираться – на мост. Ведь там такая развязка. Ну а потом уж поехал!.. Хотя и не сразу, а после моста. Но, правда, тоже с остановками. Ведь там уже не шоссе началось, а больше улицы… И там у него остановки есть потому что. И я уж на первой остановке было расстроился… Так у нас много тогда из автобуса пассажиров вышло!.. А ведь так нам всем с ними было уютно! Но у них зачем-то дома оказались уже здесь. Но ничего!.. Ведь уже через одну остановку к нам опять зашло много людей. Очень много!.. Ведь там какой-то завод. И поехали мы снова медленно, ведь там у автобуса начались светофоры. А за окном уже столько там дождя натекло!.. Что будто реки вокруг на дороге, где мы едем, стали!!! Так здорово!.. И едешь ты, и под тобой на земле волны пенятся – как будто бы ты в корабле. И все люди, и папа, и пакеты вместе с тобой тоже… И от этого самый уютный корабль в мире получается!.. А ещё я чуть-чуть молнию видел. Она прострельнула между туч… А ещё мне так нравится, когда мы с папой разговариваем!.. Ведь мы кошда с ним куда-нибудь едем в автобусе… ну или откуда-нибудь, как сейчас… мы всё время с ним про него разговариваем, и про то что он знает, и про то что он помнит, и про то что у него в жизни однажды было. Ведь если папа со мной про себя говорить в это время не будет, то буду я говорить о себе… и что-нибудь очень веселое и громкое, так что слышит весь салон. А ведь иначе и неинтересно ехать!.. Всегда нужно о чём-нибудь говорить, раз уж ты можешь говорить в автобусе!.. Ведь это – совсем не то что говорить дома или в магазине или просто на улице. Тут всё по особенному!.. Ведь это автобус!

И пришло нам время выходить, ведь была уже наша остановка и дальше ехать мы не могли. И мы поняли что выходить нам придётся теперь в самую настоящую реку!.. И реку бурную и кипучую!.. И в реку страшную и глубокую!.. И мы вышли. И папа всё старался идти по реке на каблуках – а то есть ставить свои ноги повсюду на пятку. А я не старался так. Ведь я не преследовал той же цели. Мой папа хотел всё ноги не замочить. А я бы хотел замочить!.. Ведь так и совсем приключение будет!.. Но в итоге он как-то замочил, а я нет. Вот такая вот жизнь с нами, дорогие мои потомки, бывает!

Зато потом, когда мы попали домой, нас мама напоила теплым чаем, и даже мне мультики посмотреть сразу же разрешила, чтоб я лег под одеялом и их слушал и грелся на всякий случай – а то ведь вдруг заболею? И умру… И кто же ей будет потом вместо меня нервы портить?..

А ещё был такой запах рынка на кухне у нас, когда мы пакеты, придя, на столе разложили и раскрыли!.. Там пахло у нас и ягодами, и зеленью, и даже картошкой – всем тем, что мы с папой купили. И даже немножко дождём.

Ну что ж, дорогие потомки!.. Я тут заметил, что мне уж осталась всего лишь одна лишь страничка в тетради моей. И я надеюсь, что всё ещё к вам возваращусь, когда начну писать в новой тетрадке. Но если же вдруг вы её не найдёте, то не переживайте вы за меня очень – я думаю что буду цел и постараюсь быть здоров. Ведь я довольно хорошо так отлежался весь под одеялом, аж до самого ужина, когда мама уже завершила на кухне превращать наши некоторые продукты в суп. Ведь я лежал и мне было так хорошо и тепло!.. Почти как в автобусе! И за окном был опять дождь и всё немножечко синее, ведь уже смеркалось… И предо мною светил телевизор, развлекая меня в этот вечер, и из маминой кухни светил ко мне свет. И всё это было так хорошо и счастливо!.. Что я и описать не могу! Да и не смог бы из-за того что уже совсем мало места осталось…

Я стал, наверное, больше писать и от того всё и происходит. Писал бы я меньше вам, дорогие потомки, так больше бы смог тогда вам ещё написать. А так нет… И потому я проща…