Изгнанная - Даниэль Харрингтон

На несколько секунд повисла напряжённая тишина, но я не сдаюсь и поворачиваюсь к Тиффани. Я изо всех сил пытаюсь сдерживаться, когда возвращаюсь к первоначальному разговору.

– Можно мне осмотреться? – спрашиваю я. Тиффани настораживается, и я указываю на Эштона. – Пусть он идёт с нами, чтобы я не могла воспользоваться своими способностями, хотя я и сама не знаю, как их применять. Мне плохо взаперти. Я хочу увидеть хоть что-нибудь… пожалуйста.

Она раздумывает целую минуту – самую долгую минуту в моей жизни.

– Ладно, – соглашается она, – хорошо.

– Чего?! – удивляется Эштон.

Я с ненавистью смотрю на него, снова поддавшись эмоциям. Я понимаю, что все чувства отражаются на моём лице: губы сжимаются в тонкую полоску, а брови сходятся вместе.

– Тиффани. – Эштон вскидывает руку. – Не уверен, что нам разрешат.

– Я поговорю с Джоной.

– Да ладно, Чанг, серьёзно?

Она склоняет голову набок и гневно смотрит на него.

– Ты в курсе, что ты зануда? – Она отворачивается от него и смотрит на меня. Я смиряю эмоции. Нельзя выглядеть слишком довольной. – Я поговорю с Джоной, а потом мы вернёмся за тобой.

– Хорошо, – киваю я.

Я уже по привычке отхожу от двери и сажусь на пол, и Тиффани с Эштоном уходят. Замок щёлкает. Восторг переполняет меня. Спустя четыре недели я наконец-то выберусь отсюда. Если быть честной до конца, то я уже и сама не знаю, кому верить про Террористическую войну – и мне всё равно. Всё, о чём я могу думать сейчас – это как вернуться домой.

Мне показалось, что прошёл целый час, прежде чем щёлкает замок и в открывшейся двери показываются Тиффани, Эштон и Розали, веснушчатое лицо которой просто сияет.

– Давайте быстрее покончим с этим, – мрачно бурчит Эштон.

Розали смотрит на него круглыми глазами, и Тиффани вздыхает.

– Пошли, – она машет мне рукой. – Я поговорила с Джоной. Ты можешь присоединиться к нам за ужином в общей комнате. Нам нужно многое тебе показать.

Я спешу к выходу и переступаю через порог, наконец-то вырвавшись из душной клетки. Я покидаю узилище, которое так досконально изучила. Такие странные чувства накатывают на меня, что я не знаю, что делать. Впервые с момента моего нежданного появления здесь я чувствую прилив воодушевления. Они выпускают меня!

Мы идём вдоль длинного коридора, наши шаги гулко отражаются от бетонных стен. В конце упираемся в большую металлическую дверь. Тиффани нажимает на ручку и тянет дверь на себя. Перед моим глазами открывается самая огромная комната из всех, что мне доводилось видеть.

Пространство почти одинаковое в высоту, и тут легко разместилось бы несколько ангаров. Я удивляюсь внушительным размерам – и не верю своим глазам: как правительство может не знать об этом месте?!

Мы встаём на площадку металлической лестницы, прикреплённой к гигантской стене, и я хватаюсь за перила, чтобы удержаться. Если свалишься, то лететь этажа четыре.

– Мы под землёй? – спрашиваю я.

– Ага, – радостно кивает Тиффани. Она начинает спускаться в комнату, и я иду следом, отступая от края широких ступенек.

Я держусь за каменную стену, оглядываю гигантское помещение. Комната разделена на три секции.

– Что это всё такое?

Тиффани указывает на первую секцию:

– Это тренировочная площадка, здесь мы развиваем наши способности.

Я во все глаза рассматриваю просторную поднятую платформу, покрытую гигантским матом кремового цвета. Голубая с серым оттенком краска местами облупилась. Неприятное чувство закрадывается мне в душу. Тренировочная площадка? Для чего? С чего бы им практиковаться в своих способностях? Что это за место, где они обосновались? Приходится закусить губу, чтобы не сболтнуть лишнего. Ещё не время. И я задаю другой вопрос, стараясь, чтобы он звучал как невинное любопытство:

– А зачем вам нужно тренироваться?

– Я всё объясню. Не торопись.

Тиффани спускается до конца лестницы и сворачивает налево. Розали юркнула мимо меня, догнав напарницу, а Эштон плетётся сзади, держась от меня на расстоянии. Я ускоряю шаг, чтобы нагнать девочек. В моей голове всё ещё не укладывается, что это место существует.

Мы идём и идём по, кажется, бесконечной комнате, пока не добираемся до второй секции, где в шахматном порядке расставлены сотни столов и стульев. Вдоль дальней стены стоят диванчики из красной кожи, какие я видела на фотографиях старинных ресторанов в разделе «ушедшие десятилетия» в учебнике по истории.

Повсюду снуют люди, и я остро чувствую, что все они рассматривают меня. Я уставилась в пол, но всё равно ощущаю их взгляды.

– Это обеденная зона, – поясняет Розали, снова привлекая моё внимание. – А ещё у нас есть зона отдыха, вон там. – Она указывает через океан деревянных столов. В отделённой зоне я вижу пухлые диванчики, залатанные кресла, пыльные настенные экраны, а ещё… бильярдные столы? У них такие старомодные развлечения? Нам рассказывали о них в школе. Но пустое времяпрепровождение не поощряется в обществе, а безделье осуждается. Считается, что дети должны сосредоточиться на учёбе, чтобы школьная администрация могла определить для них наиболее подходящий карьерный путь.

– Родители не любят надолго задерживаться в зоне отдыха, – поясняет Розали. – Тут для них шумновато.

– Ага, взрослые любят засесть за столиками и говорить до посинения.

Я иду следом за девушками, всё ещё под впечатлением от игр.

– А это кухня. – Тиффани указывает на третью секцию. Эта зона простирается до конца комнаты. Внутри виднеются десятки вытяжек, дугой разместившихся над всей площадью.

Овощное рагу. Оно так аппетитно булькает на огне, что у меня едва не потекли слюнки.

– Мы проводим большую часть времени в общей комнате, потому что в других местах тесновато, – поясняет Розали.

– Точно, – поддакиваю я, почти не слушая её. Я не свожу глаз с кипящего бульона. – Пахнет вкусно.

– Пора ужинать. Пошли, – говорит Тиффани. – Надо занять очередь.

Мы проходим сквозь лабиринт столов, и я обхватываю себя руками, смотря то на пол, то на Тиффани. Меня замечает всё больше и больше людей, поэтому я опускаю глаза в пол и не поднимаю их, пока мы не добираемся до конца очереди.

– Ты Холлис? – Голос раздаётся прямо у меня за спиной, и я едва не подскакиваю на месте, резко обернувшись. Я поскальзываюсь, и крепкие руки подхватывают меня. От этих прикосновений внутри всё сжимается: ничего подобного я прежде не испытывала. – Ой, прости, не хотел тебя напугать.

Передо мной стоит голубоглазый парень, на вид старше меня на пару лет. Он улыбается и откидывает со лба прядь чёрных волос.

– Ты в порядке?

– Я… Я не… Я…

Я не знаю, как поступить. Я не разговариваю с незнакомыми людьми, тем более противоположного пола