Тайна лабиринта - Евгения Полянина

Он услышал топот, вытянул шею и наконец заметил. Друг за дружкой из сияющего зеленым портала выходили белые мыши. Они шли на задних лапках, были одеты в красные костюмы, а на поясе вместо шпаг торчали их собственные хвосты.

Строй из трех мышей замыкала большая крыса! Костюм у крысы был зеленый, расшитый золотом. Марик вспомнил, что такие костюмы называются ливреями – ему Нежа рассказывала, когда пыталась обучить моде. А на носу у крысы были маленькие круглые очки.

Марик подошел немного поближе. Мыши разбежались, принюхиваясь. Наконец одна указала лапой на подушку.

– Здесь! – сказала она.

Крыс приподнял очки и сощурился.

– Странно, не похоже на детскую спальню. Ладно, – он махнул лапой, – заберем зуб, а потом разберемся.

«Как это заберут?» – не понял Марик. Он здесь сидит, значит, ждет Зубную фею, чтобы попросить ее о помощи, а этот крыс решил зуб украсть! Ну, он ему!

Марик выскочил из-за коробок и выставил вперед кулаки.

– А ну, не трогать! – рявкнул он во все горло. И совсем не страшно! Подумаешь, три мыши и огромный крыс! – Это мой зуб!

Одна из мышей уже подносила зуб крысу.

– Лавр, – пропищала она, держа зуб на ладони, – это же пугашка! И зуб, – она посмотрела на свою находку, а потом на Марика, – уж точно не его.

– Вижу-вижу, – Лавр поправил очки и нахмурился, – вы кто такой будете, сударь?

Марик даже растерялся от такого вопроса.

– Я… я Марик, – пробормотал он, – а буду я… буду великим героем, когда победю вас и верну зуб.

Лавр поправил очки и нахмурился.

– Нет такого слова «победю».

– Ну… ну тогда побежду! – Марик еще раз встряхнул кулаками.

– И такого слова нет, – продолжал Лавр, – и героем ты никогда не будешь. Потому что ты злодей. Известно ли тебе, пугашка, с кем ты разговариваешь?

– Еще бы не известно! Большая и очень самоуверенная крыса! – фыркнул Марик.

– Наглец! Наглец! – зашептались мыши. – Подлец! Подлец! Как смеет? Как может?

Лавр снова поправил очки, которые все время норовили сползти, и откашлялся.

– Ты, пугашка, говоришь с первым помощником самой Зубной феи! Каждую ночь я путешествую по всему свету, собираю зубы и обмениваю их на желания, – Лавр начал медленно надвигаться на Марика, очки блеснули в зеленом свете портала, – и когда меня отвлекают всякие пугашки просто для того, чтобы потешиться, я становлюсь очень и очень злым.

Он тряхнул перед Мариком зубом.

– Этот зуб принадлежал мальчику, и я должен был исполнить его желание. Но ты украл его! И после этого хочешь считать себя героем?!

Марик попятился от его слов.

– Но этот мальчик хотел конфет, а я… а я…

– Да какая мне разница, что ты! – разозлился Лавр. – Этот мальчик положил бы зуб под подушку и получил бы свои конфеты. Он бы поверил в Зубную фею и начал творить добрые дела. Но ты этот зуб украл! Мальчик не получил то, что должен был, и теперь, очень даже может быть, обидится на всех добрых существ. Станет злым и начнет делать зло другим. Каждое действие, даже самое маленькое, имеет последствия, – продолжал Лавр, – одна безобидная шалость может привести к ужасным вещам. Впрочем, тебе-то какая разница! – фыркнул Лавр. – Ты же пугашка! Ты только рад, когда хорошим людям плохо.

– Неправда! – попытался возразить Марик, но крыс его и слушать не хотел. Он тряхнул Марика за воротник и тут заметил монетку. Его взгляд изменился. Лавр отступил на шаг и тяжело вздохнул.

– Откуда она у тебя?

Марик молчал.

– Говори! – крикнул Лавр. – А не то я тебя отправлю в Книгу зла к твоим предкам!

– Я… я не знаю, – пробормотал Марик, – она у меня сколько я себя помню.

Усы Лавра дернулись от возмущения.

– А ну, немедленно ее отдай! – потребовал он. – А не то я ее силой заберу!

Марик схватил монетку и прижал к груди.

– Ни за что! Сам только что говорил: чужое брать нехорошо. Вот и не бери!

Бесполезно! Лавр уже двигался на Марика.

– Схватить его и отобрать монету! – скомандовал он мышам. Марик стал отступать, шаг, еще один. Гигантский крыс и мыши надвигались – бежать было некуда. Марик уже уперся в стену из коробок и вдруг заметил веревку. Ту самую, которая держала коробки. Марик закрыл глаза и что было сил потянул.

Раздался грохот.

Бах! Бум! Со всех сторон полетели елочные игрушки, мишура, серпантин и еще что-то липкое. Поднялись целые облака пыли. Марик закашлялся и расчихался. Закрыл глаза от пыли. В суматохе ему даже удалось отобрать у Лавра зуб. Потом он увидел только удаляющийся крысиный хвост.

– Будь осторожнее с этой монетой! – услышал он напоследок голос Лавра. – И если ты еще раз мне попадешься…

Пыль рассеялась. Не было ни мышей, ни крысы, ни портала. Зато были разбитые вдребезги игрушки и злой-злой Зенгель. Зенгель стоял, сложив на груди руки и притопывая правой ногой.

– Так-так-так! – прокаркала Карра с его плеча. – И что это мы здесь делаем?

Марик незаметно убрал зуб в карман.

– Я… я просто искал игрушки для елки.

– Ночью? – Зенгель поднял бровь.

– Хотел сделать сюрприз, – пожал Марик плечами.

Зенгель выдохнул.

– Поздравляю. У тебя получилось. Завтра останешься без десерта. А сейчас спать.

Марик послушно отправился к себе.

– А я говоррила, – прокаркала ему вслед Карра, – от этого Маррика одни непрриятности.