Монстры под лестницей - Хельга Воджик

– Красивое место, правда?

Я кивнул. Граф подбежал и ткнулся носом в мое плечо. Шишку он не принес. Нагнувшись, я поднял обломок ветки и кинул его изо всех сил как можно дальше. Серый зверь скрылся среди деревьев.

– Ты нравишься Графу, – кивнул старик.

– Он мне тоже нравится. Я всегда хотел собаку.

– А отчего не завел?

– Мы постоянно переезжаем, да и места не было, – вздохнул я.

– Ну, теперь-то не проблема.

– Теперь нет.

– Значит, и пес скоро появится, – мне послышалась грусть в его словах.

– Если мама разрешит, – пожал я плечами.

– Разрешит, – кивнул старик. – Иногда не мы выбираем собаку, а она нас.

– А как у вас Граф появился?

– Граф? – старик потер нос. – Уже столько лет прошло. Этот пес древний, как и я сам.

Старик замолчал. Я ждал, что он продолжит рассказ, но он шагал, не проронив ни слова. А потом вдруг встал как вкопанный:

– Вот и пришли. Иди по этой тропе, и как раз упрешься в кованую калитку. А там не проглядишь – последние дома, как щербатые зубы. Стоят как часовые вокруг извечного стража. Иль проводить?

– Нет, не стоит, – ответил я и поблагодарил деда за помощь.

– Как знаешь – если что, я тут буду. У озера. Еще часок. Как налюбуешься на Вороний Погост – возвращайся, расскажу тебе о том, как Извечный Страж своими корнями собирает мертвецов, а черные птицы разносят их стоны, летая из мира мертвых в мир живых и обратно…

– Ну, спасибо, – съязвил я. – Вы уже рассказали. Видимо, чтоб активировать скрытые запасы моей храбрости.

Старик рассмеялся.

– Ты намного храбрее, чем я в твоем возрасте. Да и мертвые слишком ленивы, чтоб среди дня хватать тебя за пятки.

– И еще раз спасибо, – выдохнул я. – Пожалуй, я пойду, пока вы не убили мою решимость окончательно.

– Иди ж, – этот дед явно издевался. – Чего стоишь? Или испугался?

– Окей, – я почесал собаку за ухом и пошел по тропинке, но развернулся и крикнул: – А как газета называлась-то? Которая Шутиха?

Старик оперся на палку:

– Янтарный вестник. Она называлась «Янтарный вестник».

– Спасибо! – я поднял руку и помахал. – Бравого Макса так просто не напугать!

Извечный Страж. Звучит довольно зловеще. Вороний Погост еще хуже. Корни, оплетающие мертвецов, черные птицы, скользящие меж миров…

Только упрямство не дало мне свернуть с пути. Как и обещал старик, дорожка привела меня к кладбищу. Калитка оказалась огромными воротами. Черная зловещая сеть двумя створками растянута меж столбов. В сплетении узоров, как мухи в паутине, застыли птицы с распластанными крыльями и ангелочки со зловещими лицами. По замыслу это, наверное, были голуби и херувимы. Вот только чугун, побитый временем, превратил их всех в монстров.

– Бойся живых, а не мертвых, – я набрал полную грудь воздуха и шагнул на землю вечно спящих.

* * *

Кладбище не подвело! От земли поднимался туман. Сизая дымка окутывала могильные плиты, делая их похожими на зубы. Очень много зубов, торчащих в разные стороны! И среди них… Я вздрогнул: прямо передо мной из зловещего морока показалась огромная тень монстра! Черное, как сама тьма, хтоническое создание выбросило щупальца к небу, опутало ими небо и проглотило солнце! И тут от них отделились магические сгустки и черными молниями метнулись на меня. Я зажал уши и упал на землю.

Сырой запах земли ударил в ноздри, а над спиной с леденящим душу криком пронеслась стая ворон.

– Вот черт! Это всего лишь птицы!

Я поднялся, вытер нос рукавом и пошел к бездвижному монстру. Чем ближе я подходил, тем яснее видел перед собою дерево. Назвать его обычным язык не поворачивался. Но и чего-то сверхъестественного тоже не было.

– А это всего лишь дерево, Макс.

Старик назвал его Стражем. И теперь я понимал, почему. Казалось, это дерево – застывший черный фонтан: его толстые узловатые ветви, выброшенные вверх, как щупальца спрута, делали дугу и почти касались земли. А некоторые, не в силах выдержать свой вес, толстыми змеями текли между могил. Это кладбище выросло вокруг дерева, а не дерево было посажено тут.

Я осторожно прикоснулся к ветке. Она была холодная, шершавая, уснувшая. По спине пробежал холодок. Я поднял голову – на этом дереве не было ни листочка!

– Просто старое, мертвое дерево.

Мои слова звучали чуждо, но успокаивали.

– Сейчас быстро найдем деда и пойдем домой.

И тут я понял, как ошибаюсь…

Десятки и сотни надгробий росли из земли, как грибы после дождя. В этом маленьком городе слишком много мертвецов! Каким же я был болваном! Да тут и за неделю не осмотреть все! Хуже того, тут можно бродить кругами, плутать и натыкаться на одни и те же скорбные даты и имена. И как среди всех мне отыскать моего деда?

Но не попытаться я не мог. Так и ходил от надгробия к надгробию, читая незнакомые имена, годы жизни и смерти, последние слова близких. Время от времени я бросал взгляд на черные ворота, всегда зная, где выход из царства Аида.

Опрятные и заброшенные, большие и поменьше, дорогие и совсем простенькие плиты… Но все были не те. Не знаю, сколько прошло времени. Наверное, немало.

В животе заурчало от голода. В тишине погоста – словно медведь в берлоге заворочался. Я почувствовал, как запылали уши. Мне было стыдно перед мертвецами!

– Как же мне тебя найти! – с досады крикнул я.

Мой голос растворился в тишине. Распался на атомы и исчез. А вместо эха я услышал карканье.

Метрах в десяти от меня сидела большая черная птица. Ворон наклонил голову и уставился на меня блестящим глазом. Это уже было чересчур.

– Вы меня преследуете? – страх уступил место злости.

Я прямо шкурой почувствовал, что еще немного – и вся эта готическая эстетика мутирует в истинно лавкрафтовский ужас или ромеровской[12] рукой ухватит прямо из-под земли за ногу.

– А может, ты мне путь указываешь? – я сжал кулаки и сделал шаг к птице.

Ворон перепрыгнул на другую плиту, пару раз чиркнул клювом по камню. Но стоило мне подойти ближе, вновь перелетел. Я следовал за птицей, пока в какой-то момент она просто не взлетела вверх и не скрылась из вида. А я остался стоять посреди могил, окончательно потеряв ориентир.

– Окей, – капитулировал Бравый Макс. – Это поражение.

– Нет, чудак, – ответил Макс Всезнайка, – Это ведь не плановая застройка. В этом «городе» все жильцы лежат в одну сторону.

И я пошел. Просто шел прямо, и когда увидел черные ворота, то нисколько не удивился. Я