Рыцарь Рыжик - Валентина Дегтева

— А вот и Нолик! — препротивно хихикнул скелет, потирая ручки. — И впрямь нолик, кожа да кости.

— Кто бы говорил, — пробурчал себе под нос Рыжик. — У вас вообще только кости.

Мила ойкнула и попыталась спрятаться за его спиной, что непросто было сделать в пышном бальном платье.

— И решил сразиться с нами… С нами! С настоящими злодеями! За девчонку редкой противности. Ну зачем она тебе, рассуди сам? Ведь уже за десять минут, небось, намучился! — сетовал скелет, будущий директор школы. — Спас бы лучше отличницу Сидоркину, достойную девицу. Впрочем, отличница Сидоркина вряд ли вляпается в такие неприятности, хи-хи-хи!

— Ага, ага! — закивал питекантроп. — А с этой намучаешься! Так визжит — по всей школе слыхать! Вот мы на крики и примчались. А ещё кусается, царапается, щипается. Даром что я толстокожий… И то больно.

— Ещё она дерётся грязной тряпкой. Намучился, — кивнул Рыжик. — Но раз пообещал, значит, буду спасать. Сначала спасу, а там разберусь, может, Сидоркина и лучше. Отойдите, пожалуйста, нам пройти надо. А ты не реви — сказал же, буду спасать!

Мила выдохнула с облегчением. Конечно, было бы приятнее, если бы спас её широкоплечий Лопаткин, но теперь уже неважно — спас бы хоть кто-нибудь. Она ужасно устала и проголодалась. Сейчас съела бы и противную рыбную котлету из школьной столовой.

Скелет в недоумении развёл костлявыми руками:

— Вот так вот прям и отошли с дороги! Нет уж, деточка. Я мечтал об этом дне пять тысяч пыльных лет!

— Тебе столько нету! — прошептал питекантроп. — Опять забыл?! Ты фабричный!

— Тьфу на тебя! Ты тоже не такой уж историчный! И вечно перебиваешь. Но я либо стану директором этой школы, либо… директором всех школ на свете! Другого не дано. Так что, эй ты, рыцарь Пустое Место! Верни девчонку. Это наш козырь в игре.

Рыжик окинул компанию презрительным взглядом — по крайней мере, он надеялся, что взгляд выйдет презрительным. А не взглядом мокрого воробья, например. Или помятого гнома. Или рыцаря Пустое Место. И вынул из кармана пистолетик:

— А это мой козырь.

Питекантроп восторженно уставился на блестящую игрушку:

— Ух ты! Какой!

— А, игрушечный пиф-паф, — махнул рукой скелет. — Так себе штучка. У меня есть получше.

— Хочешь проверить пиф-паф?! — насупился Рыжик. А Мила ткнула его в бок:

— Давай, вмажь им, вмажь!

— Хочу, — усмехнулся скелет и ткнул питекантропа пальцем в грудь. — Только — на нём. Я слишком хрупкий и старенький. А он толстокожий, сам только что сказал.

Питекантроп удивлённо заморгал — кажется, не сообразил, что его вот-вот превратят в живую мишень. А Рыжик в тот же момент понял, что выстрелить железной гайкой в волосатую грудь питекантропа не сможет никогда, при всей противности этого первобытного чудовища. Это же не по банкам стрелять, а в живое, ну пусть недавно ожившее, существо. Тут уже не сказка будет, а безобразие. Его даже передёрнуло.

— Я выстрелю в потолок, и вы поймёте, что пистолет настоящий! — Рыжик прицелился в лампочку. А потом чуть левее: школьное имущество тоже жалко всё-таки. И спустил курок.

Бабах… не случился.

Гайка намертво застряла в стволе. Неподходящий оказался заряд. Мила с сожалением топнула ножкой. Рыжик, смутившись, сунул пистолет обратно в карман и развёл руками:

— Осечка!

— Поздравляю, рыцарь Пустое Место!

Тем временем скелет уже успел порыться в карманах приятеля и извлечь оттуда «грозный» рубанок. — А теперь по сценарию наша, злодейская, очередь сделать бабах!