Мой друг Барабашка - Геннадий Петрович Авласенко

– У него, вообще, ничего нет!

– У кого? – вежливо поинтересовался участковый.

Некоторое время оба они, и женщина, и капитан Митрофанов, молча смотрели друг на друга: женщина с плохо скрываемым раздражением, капитан с доброжелательным вниманием. Потом женщина первой отвела взгляд.

– Вы будете делом заниматься? – спросила она негромко, и участковый понял, что ниже профессиональный его престиж падать уже не будет, некуда ему падать. – Или так и будете вопросики свои остроумные задавать?

– Вопросы – один из методов любого расследования, – пояснил участковый, как можно более вежливо улыбаясь нахмуренной женщине. – Поэтому позвольте задать вам ещё один вопросик… ну, а уж остроумным он будет или нет, судите сами… – капитан Митрофанов сделал паузу, выдержал её положенное время и, вновь вежливо улыбнувшись женщине, спросил: – Скажите, как вы думаете, почему сейчас ничего такого не происходит?

«Вопросик» этот, кажется, застал женщину врасплох.

– Почему не происходит? – теперь женщина смотрела на участкового уже не так уверенно, как несколько минут назад. – Не знаю! – сказала она, чуть помолчав, потом пожала плечами и добавила, чуть понизив голос: – А может… может, оно вас испугалось?

– Какое законопослушное «нечто»! – участковый саркастически улыбнулся. – Вы не находите?

– Чего? – не зразу поняла женщина. – Чего не нахожу?

Участковый вторично улыбнулся.

– Ну, того, что «оно» и в самом деле так боится милиции. Вы ведь это хотели мне сообщить?

– Между прочим, – женщина вдруг повернулась к дочери, – когда я выходила открывать дверь, вот тут… – она неопределённо провела рукой по воздуху, – вот на этом самом месте в воздухе «висел» чайник…

– С водой? – полюбопытствовал участковый.

– Не знаю! – женщина вновь посмотрела на участкового. – Он прилетел с кухни и вот тут вот повис! Сам повис, представляете?!

– Не совсем, – честно признался участковый. – Ну, и где же он теперь, ваш летающий чайник?

– Лерка? – спросила женщина у дочери. – Чайник где?

– На кухне, – не поднимая головы и без всякого даже выражения, ответствовала девчонка. – Где ему ещё быть!

– Ты что, отнесла его туда?! – закричала женщина, подступая к дочери вплотную. – Зачем ты его трогала?! Я же запретила тебе даже близко подходить к таким предметам! Я запретила или нет?!

– Да не трогала я его! – девчонка досадливо передёрнула плечом. – Я даже пальцем его не касалась, если хочешь знать! Он сам туда полетел!

– Вот! – женщина торжествующе посмотрела на участкового. – Видите!

– Сам полетел? – спросил участковый, с трудом сдерживая улыбку. – Он что, тоже меня испугался?

Женщина наконец-таки ощутила явное недоверие со стороны представителя власти и слегка заволновалась.

– Вы что, не верите мне? – с дрожью в голосе произнесла она. – Вы что, думаете, может, что это всё я сама… что я всё придумала? И вещи эти нарочно тут разбросала!

– Ну, что вы! – участковый вновь невольно окинул взглядом царивший в комнате кавардак. – Разумеется, я так не думаю! Просто пытаюсь со всем этим всесторонне разобраться, чтобы… – участковый замялся, подбирая нужное слово, – чтобы выяснить причину явления… или причины… – он замолчал, а женщина понимающе кивнула. – Только, знаете… – участковый вновь замолчал, бросил быстрый взгляд в сторону неподвижно застывшей девчонки… новая мысль промелькнула внезапно в его голове, и участковый даже удивился, как она, простая эта мысль, не пришла ему в голову раньше, как это он сразу не подумал о такой весьма вероятной возможности. – Только хочу вас сразу предупредить, что причины всех, так называемых, таинственных происшествий чаще всего бывают самыми прозаическими.

– Я не знаю, какие там у вас бывают причины: прозаические, поэтические или ещё какие! – заявила женщина, подходя к дочери. – Я одного хочу: чтобы это всё закончилось! И как можно скорее!

– Да это же полтергейст, мама! – возбуждённо воскликнула девчонка, глаза её возбуждённо блестели. – Самый обыкновенный полтергейст! Я о таком читала!

– Читала?

Участковый внимательно, даже слишком внимательно посмотрел на девчонку.

– Тебя, кажется, Леркой зовут? Если не ошибаюсь.

– Не ошибаетесь! – девчонка, исподлобья глядя на участкового, нехотя кивнула головой, потом подумала немного и добавила: – Вообще-то, Валерией.

– Валерией! – участковый улыбнулся. – И сколько же тебе лет, Лерка-Валерия, если не секрет?

– Четырнадцать ей! – женщина ласково провела ладонью по густых взлохмаченных волосах дочери. – А что?

– Да нет, это я так, – участковый откашлялся. – Четырнадцать, говорите…

– Пятнадцать! – уточнила Лерка, недовольно отстраняясь от материнской ласки. – Скоро будет!

– Пятнадцать… – участковый вздохнул. – Моему оболтусу почти столько же…

– Правда? – вежливо-безразлично поинтересовалась женщина.

Участковый снова вздохнул, внимательно посмотрел на Лерку, потом перевёл взгляд на её мать, мысленно отметив, что они и не похожи совершенно, мать и дочь. Ни внешне, ни внутренне.

Впрочем, его это не касалось совершенно.

– Вот что Лерка-Валерка, – сказал он как можно мягче, – ты пока выйди куда-нибудь, в другую комнату, например. Понимаешь, мне с твоей мамой посекретничать надо.

– Секретничайте! – немного обиженно отозвалась девчонка. – Мне то что!

Она вышла из комнаты и подчёркнуто плотно затворила за собой дверь.

Некоторое время и женщина, и участковый молча смотрели ей вслед.

– Скажите, – участковый вновь повернулся к женщине, – а вы не помните, с чего всё это началось? Когда началось, в каком месте? Здесь?

– Нет, не здесь, кажется…

Женщина задумалась на мгновение.

– Точно, не здесь! – сказала она уже более убеждённо. – Это всё началось, кажется, на кухне.

– Кажется или точно на кухне?

Женщина снова задумалась.

– Да на кухне, разумеется! – произнесла она твёрдо. – Теперь я точно вспомнила!

– А когда?

– Когда? Позавчера вечером.

– Позавчера вечером? Это точно?

Женщина кивнула. Лицо её стало серьёзным и озабоченным, ибо, по её мнению, теперь участковый явно занимался настоящим делом, и свою задачу женщина видела в том, чтобы всячески ему в этом способствовать. И тогда поиск и поимка неуловимого этого преступника станет лишь вопросом времени.

Участковый внимательно посмотрел на сосредоточенное лицо женщины и решил, что не стоит её разочаровывать. Пока, во всяком случае. Ибо, узнав имя, так называемого, «преступника», она и сама будет сильно разочарована… и это произойдёт очень даже скоро…

– Очень хорошо, что вы всё это помните, – сказал он, вынимая из кармана небольшой потрёпанный блокнотик. – Значит, на кухне, позавчера вечером?

– Ну да!

– А мы можем сейчас туда пройти? – для вящей солидности участковый записал в блокнотик пару коротких фраз. – Понимаете, желательно было бы в первую очередь осмотреть кухню.

– Конечно, конечно! – засуетилась женщина. – Я понимаю! Сюда, пожалуйста!

Женщина пошла вперёд, привычно лавируя между разбросанными везде вещами и предметами быта. Участковый шёл следом и внимательно смотрел себе под ноги, выйдя, наконец, из комнаты, он облегчённо вздохнул.

– Сюда! – позвала женщина, и участковый наконец-таки очутился на кухне. А, очутившись там, сразу же остановился и