Сказание о живой воде - Ирина Голаева

– Ну, я тебе покажу, мальчишка! – еще раз крикнул Якоб и крепко закрыл ставни. Он не желал поступаться своими принципами. Тем более не хотел, чтобы кто-нибудь увидел его жену в таком странном состоянии. Якоб боялся за свой авторитет и опасался сплетен. Он оттащил разбушевавшуюся жену от окна. «Что случилось с ней?» – недоумевал Якоб и решил покруче разобраться с провинившимся подмастерьем.

Как мы говорили, Якоб не любил музыкантов, которые громко трубили в свои трубы и тревожно барабанили. К тому же, их кукольные представления всегда высмеивали таких как он, а Якоб ревниво охранял свое имя и никому не позволял подшучивать над ним. Сапожник не был в этом одинок, так думали и поступали почти все состоятельные жители Серого Города. Многие массивные двери и окна закрывались перед шествием трубадуров, и лишь любопытные зеваки бежали за ними по узкой улочке. Правда, в маленькие окна высовывались озорные лица детей, но заботливые родители тут же стаскивали своих чад с подоконников. Неизвестно почему, жители верили, что трубадуры, как всякие бродячие музыканты, обольщают народ, особенно неразумных детей, и ничему хорошему научить не могут. К тому же, их музыка и песни были им непонятны, а все новое и непонятное, что не поддавалось стандартному разумению добропорядочного горожанина, пугало и настораживало. Много раз городские власти пытались воспрепятствовать появлению в городе этих бродяг, но те, несмотря на угрозы и увещевания, все равно внезапно появлялись, нарушая порядок и покой жителей. Вот и сейчас открытые и радостные лица трубадуров встречали озлобленные, угрюмые и надменные взгляды горожан. Зачем здесь появляются эти незваные гости, никто не знал. Может, не знали и сами трубадуры, но что-то неизвестное тянуло их в сырые и серые города с напыщенными и невежественными людьми. Они пели, показывали представления, но их мало кто хотел слышать и видеть, а тем более понимать. Они везде встречали противостояние, однако не отчаивались, а всегда задорно улыбались в ответ. Видно, они знали какой-то секрет, который не известен был обычным добропорядочным горожанам.

Услышав гневные крики своего хозяина и его жены, Ингвар вздрогнул и остановился. Он боялся и не хотел возвращаться назад, тем более что трубадуры все дальше уходили от дома сапожника.

– Раз я уже сделал первый шаг, надо идти и дальше, не оборачиваясь назад, – подумал Ингвар и, отбросив последние сомнения, уверенно пошел за трубадурами.

Босоногие дворовые мальчишки подбежали к нему, поддразнивая: «Свалившийся с небес, свалившийся с небес!» Но Ингвар не обращал на них никакого внимания. Он слушал пение, пытаясь запомнить слова трубадуров. Так они дошли до городской площади. Несколько трубадуров стали готовиться к представлению. Праздный и любопытный люд обступил их, наблюдая, как они ловко управляют большими куклами.

Это была комедия о злом и коварном волке, который обманывал глупых и доверчивых овец, поедая их понемногу. Комедия была веселая, и люди от души смеялись над глупыми овцами и кознями хитрого волка. Никто и не заметил, как со стороны большого замка выбежал отряд стражников, закованных в железо. Они бесцеремонно стали разгонять развеселившихся зрителей.

– Что вы делаете?! – воскликнул старик из кибитки.

– Приказ Князя! Убирайтесь вон отсюда! – кричали стражники. – Наш Князь не желает слышать вашей мерзкой музыки и спокойно взирать, как вы одурманиваете своими грязными спектаклями его верных поданных. Вам не место здесь! Убирайтесь вон! – и они зло растоптали несколько беззащитных кукол.

– Когда-нибудь вы расплатитесь за свой произвол, – качая головой, произнес старик, – но как бы это не стало для вас слишком поздно.

– Я отвечу? Ха-ха, – нагло рассмеялся стражник. – Перед кем? Не перед тобой ли, глупый старик? Да я могу с вами сделать все, что захочу. Мне никогда не поздно! – и он шагнул к старику в кибитке. Двое трубадуров преградили ему дорогу.

– Прочь пошли, оборванцы! – крикнул стражник.

– Отойдите, братья, – ласково произнес старик, – это не наш день. И те отошли. Но тут к стражнику бросилась большая белая собака. Она зарычала на него, готовясь прыгнуть. Тот попытался отогнать ее своим длинным жезлом, но собака продолжала рычать.

– Уберите сейчас же этого пса! Или я зарублю его! – закричал перепуганный стражник.

К собаке подошел статный юноша, на чреслах которого был широкий алый пояс, и положил свою руку ей на голову. Та сразу успокоилась. Ингвар стоял в стороне, наблюдая за происходившим. Он не знал, чем помочь трубадурам, и всей душой сочувствовал им.

– Надо хорошенько обыскать это змеиное гнездо, – зло выдавил из себя стражник и стал вместе с другими осматривать содержимое кибитки. Из нее вышли старик и юная девушка в лиловой накидке, вслед за ними из сундуков полетели костюмы и куклы.

– Дедушка, они ведь ничего не найдут? – взволнованно спросила девушка.

– Нет. У них не получится, – спокойно ответил он ей. Они стояли совсем близко к Ингвару, и он решился подойти к ним.

– Простите меня. Я все время шел за вами. Ответьте мне, откуда вам известна песня, которую вы пели, идя по улицам?

– О, это длинная история, – улыбаясь, ответила девушка. – А зачем вам это? И кто вы?

– Да я сам не знаю, кто… – простодушно ответил Ингвар. – Одни называют меня Ингваром, другие – «свалившимся с небес». Я вырос в этом городе.

– Да, городок-то у вас не очень приветливый. Обрывают представление, устраивают обыск. Это самый настоящий произвол, – возмутился старик.

– Тише, тише! – сказала девушка. – Этот город встретил нас не лучше других. Но ответь мне, юноша, тебе нравится жить в нем?

– Нет! – воскликнул Ингвар. – Я очень одинок здесь.

– Одинок?! – переспросила девушка. – Значит, у тебя нет друзей?

– Я не знаю, что такое дружба, – удрученно проговорил он. – Наверное у меня никогда не будет друга. Я никому здесь не нужен.

Ингвару стало тяжело от собственного признания. Он впервые сказал вслух то, что камнем лежало у него на сердце. Девушка хотела что-то ответить, но из кибитки послышался чей-то пронзительный визг и страшная ругань. Из нее пулей выскочил большой белый кот. Ничего не видя перед собой, он с испуга прыгнул прямо на плечо Ингвара. Тот вздрогнул от неожиданности и прикосновения к щеке чего-то пушистого и услышал, как прямо под его ухом учащенно бьется маленькое сердечко.

– Он укусил меня! Укусил… – гудел рассвирепевший стражник.

– Вы сами сделали ему больно. Наш Кот никогда первым не укусит, – пыталась защитить кота девушка. Но стражник закричал еще громче:

– Я убью эту тварь! Убью!

Он схватил большой охотничий нож и хотел было спрыгнуть, но его плащ зацепился за торчавший внизу гвоздь.

– Беги! – крикнула девушка растерявшемуся Ингвару. – Беги быстрей!

Стражник со всей силы рванул свой плащ, и он затрещал. Теперь на нем зияла большая уродливая дыра. Стражник, увидев это, еще больше разозлился и спрыгнул с кибитки.