Приключения Пульхерии в виртуальном мире - Михаил Александрович Самарский

– Папа попросил меня выяснить, что тебе хочется? – спросила мама, наливая Пульке чай в его любимую кружку с надписью «Йа моряк:)».

В отсутствие отца она пила только из неё, причём неважно какие напитки.

Услышав вопрос, Пульхерия залилась стыдливым румянцем. Как же нелегко загребать жар чужими руками, а в её случае – чужими мозгами.

– Мне ничего не надо, – категорично заявила она.

– Пулька, я не узнаю тебя в последнее время. – Мама с чайником в руке в недоумении уставилась на неё. – Сладости ты не хочешь, от подарков отказываешься. Что с тобой происходит?

– Ничего. – Пулька дёрнула плечом. – Может быть, взрослею.

– Да я тоже не молодею, – улыбнулась мама. – Но от подарков никогда не отказываюсь. Хорошо, раз ничего не хочешь, тогда скажу папе, пусть он привёзет тебе аленький цветочек.

– Что ещё за цветочек? – не поняла Пульхерия.

– В моём детстве была такая сказка, она так и называлась, – ответила мать, она поставила чайник на стол и, усевшись напротив, стала рассказывать. – В ней купец уезжал в дальние страны и обещал дочерям вернуться домой с заморскими подарками. Старшая дочь попросила привезти ей золотой венец из драгоценных камней, средняя – большое зеркало из хрусталя, а младшая, его самая любимая, попросила подарить ей аленький цветочек, краше которого бы не было на всём белом свете. Отец с лёгкостью нашёл подарки для двух старших девочек, а вот цветочек для младшей никак не мог отыскать и только в одном саду увидел дивное растение. Но чтобы выполнить просьбу любимицы, ему пришлось украсть его. Это разозлило хозяина сада. Дочка узнала об этом и отправилась заглаживать вину батюшки. А хозяин сада был чудищем. В общем, история закончилась тем, что девушка в него влюбилась и чудище превратилось в писаного красавца. Оказалось, его когда-то заколдовала злая колдунья.

– Так это же сюжет мультфильма «Красавица и чудовище»! – воскликнула Пулька. – Мы с тобой его миллион раз смотрели.

– Знаю, – подтвердила мама. – У этих двух сказок действительно похожие сюжеты. Только автор «Аленького цветочка» – Аксаков, а «Красавицы и чудовища» – французский писатель Шарль Перро. Если учесть, что он родился на сто лет раньше нашего, нетрудно догадаться, кто у кого спионерил идею. Конечно, некрасиво воровать чужие мысли, но, увы, – она развела руками, – таких плагиаторов-сказочников очень много.

Пульхерия вспомнила, как выдала сделанную Стёпой домашнюю работу по математике за свою, и тоже почувствовала себя воришкой. Испытывая всё это время угрызения совести, она поняла, что это самые страшные мучения. Ей казалось: ни страх, ни сомнения, ни зависть так не гложут душу. Есть тотчас перехотелось, Пулька отодвинула от себя тарелку с недоеденной яичницей и сделала глоток чая.

– Мам, не надо мне никаких подарков и цветочков, – сказала она. – Если папа позвонит, а меня опять не будет рядом, передай ему… – Она на мгновенье замолчала. – Что я его очень люблю, пусть он уже быстрей возвращается из своего плавания. Это и будет самый лучший подарок.

– Обязательно передам, – улыбнулась та. – Я уверена, ему будет приятно услышать такие слова. – Она глянула на настенные часы и сказала: – Ладно, дочка, беги и, прошу тебя, нигде не задерживайся по дороге, а то опять придёшь в школу туфелька в туфельку. – Переиначив любимую фразу Татьяны Романовны, она подмигнула.

Это учительнице Пулька говорила, что проспала, потому и пришла в школу впритык, а маме она предпочитала не врать. Та никогда не ругала её, но просила не опаздывать на занятия. А переиначивать её любимое выражение стало своего рода традицией не только у учеников, но и у родителей.

Пульхерия встала из-за стола, отнесла свою посуду в раковину и, чмокнув на прощанье мать в щёку, направилась в прихожую.

Она надела кеды и перед тем, как выйти из квартиры, посмотрелась в зеркало. Из недавно собранного на затылке хвоста уже успело выбиться несколько прядей, она заправила их за уши и прошлась по губам гигиенической помадой. Этому научила её мама, чтобы, как она выражалась, губы всегда были мягкими и красивыми…

На улице царила ясная и тёплая погода, но на фоне окружающей действительности она совсем не радовала. Шагая привычным маршрутом в школу, Пульхерия с ужасом смотрела на последствия урагана. Казалось, в районе нет места, где бы он не похулиганил. Видимо, ему больше всего понравилось развлекаться с фонарями. Из тех, что Пулька видела по дороге, не осталось ни одного уцелевшего.

«А может, и правда бог решил проучить нас за то, что не экономим электричество?» – Она вспомнила слова вчерашней собеседницы.

Но по вывернутым с корнем и сгоревшим деревьям, встречавшимся по пути, Пулька поняла, что он здесь ни при чём. Нет, виноват один лишь смерч. Видимо, ему было всё равно, с чем забавляться. Вон и машины не обошёл стороной. Уму непостижимо, сколько транспорта он превратил в лепёшку, погребя его под рекламными щитами, металлическими конструкциями и обломками деревьев. Со столбов лианами свисали оборванные провода, повсюду работали бесчисленные аварийные команды, разгребая и устраняя проделки злого шутника.

«Был бы Стёпа, мы бы быстро навели порядок!» – Пулька в который раз помянула помощника, но он по-прежнему не отзывался.

Вспомнив о нём, она вытащила смартфон из кармана и принялась осматривать его со всех сторон. С виду он выглядел как обычный телефон, единственное его отличие – отсутствие входа для зарядного устройства. Пульхерия нажала на центральную кнопку и подержала её, но экран так и не загорелся. Прошли почти сутки, как он отключился, и теперь она всё чаще ловила себя на мысли, а может, Стёпа и правда был плодом её воображения? Не зря же отец говорил, что она – фантазёрка ещё та. Но сделанная домашняя работа и исчезнувшая музыкальная школа говорили об обратном. Вспомнив о школе, Пулька запаниковала. Получается, если Стёпа не появится, её больше не будет в их городе и не только Пульхерия, но и другие дети не смогут получить музыкальное образование.

– Дурында, ну какая же я дурында, – бормоча под нос, ругала себя Пулька мамиными словами. – Надо было ещё тогда дать ему команду, чтобы школа появилась у нас не через недельку, а сразу. Видите ли, мне захотелось отдохнуть.

От осознания того, что уже ничего не исправить, Пулька едва не расплакалась…

Удивлению её не было предела, когда вскоре она вошла в калитку и увидела школьную территорию нетронутой: ни одного поваленного