Тринкет - Ольга Батлер

— Ничего не понимаю, — он расстроенно стукнул крышкой.

— Эй, поосторожнее с ценными вещами! — Джордж испугался за фарфорового человечка. Ему вдобавок не понравилось, что Питер обращается со шкатулкой, как с собственной. Ведь это не он ее украл.

— Дай сюда! — он вырвал открытку из рук друга и продолжил, успокаиваясь.

— Первую половину, допустим, легко разгадать. — Чужой тайник с зерном — это мешочки и всякое барахло в кладовке у фрау Кемпке. Я раскидал его и нашел дверь в подземелье. Только про мышиное метро непонятно…

— Все очень даже понятно, — сказала ему сестра. — Мыши в вагончиках ездят.

— А Кот у них проездные билеты проверяет, — прыснул Питер. Ему уже не было страшно. Куда его товарищ Джордж — туда и он за компанию. Он так всегда и раньше поступал, особенно не раздумывая.

— Пит, ты с сокровищем что будешь делать? — спросил Джордж.

— Продам.

— А деньги куда денешь?

— Шар воздушный построю.

Джордж удивленно посмотрел на друга, потому что сам так подробно пока не мечтал. Почему-то он не подготовил себя к огромному богатству. Может, скупить коллекции всех палеонтологических музеев мира, а на оставшиеся деньги подарить отцу яхту? Мальчик представил, что подведет отца к стоянке, покажет ему красавицу с полированными коричневыми бортами: «Осталось имя ей придумать». «Спасибо, сын», — руки отца задрожат от волнения. Пусть видит, что Джордж не только попрошайничать умеет. Или купить огромный особняк, как у тети Мэри? Но, честно говоря, Джорджу было хорошо и на Кленовой улице.

— Брэнда, а ты что сделаешь с сокровищем?

Сестренка задумалась, словно от ее слов что-нибудь могло измениться прямо сию минуту:

— Не знаю, я еще маленькая. Не хочу я никаких сокровищ. Я к маме и папе хочу.

Дети помолчали у костра. Мальчишки уже поняли, что больше колебаться в своем выборе — сбежать ли от приключений — не имело никакого смысла. Игра со странным и вроде бы совсем неживым человечком началась.

Потом каждый подумал о родном доме. То, что вчера еще казалось обыденным, стало дорогим воспоминанием: даже пасмурные утра, когда не хотелось вставать в школу, даже перепалки с родными — из-за неубранной комнаты или по поводу того, какую телевизионную программу смотреть.

Джордж открыл для себя: чтобы понять, насколько ты был счастлив, достаточно представить — все это происходило последний раз и никогда в жизни не повторится. И эти дорогие лица, которые казалось, будут с тобой вечно, ты больше не увидишь…

В остатках костра еще играл жар. Он перебегал от уголька к угольку, прорывался из — под пепла язычком пламени. Но света затухавший костер давал совсем немного. Переносной фонарь тоже едва горел — масло в нем кончалось, он выдавал прощальные переливы розового с голубым, которые бледнели на глазах. Темнота становилась гуще.

Джордж наблюдал за этим поединком большой тени со слабеющим светом, гадая, что случится дальше. Потихоньку темнота забралась внутрь него, свернулась в животе колючим клубком. Он просвистел одну веселую мелодию, другую, но это не помогло — страх не уходил.

— Чего мы тут расселись, пошли, — Питер поднял остывший уголек и написал на стене: «Питер Вэст, 11 лет».

Он не осознавал, что его имя оказалось как раз под повешенным человечком, которого нарисовал Кот. Но Джордж это заметил, и от нехорошего предчувствия по его плечам пробежали мурашки.

Они взяли шкатулку, фонарики и двинулись по незнакомому коридору. Чтобы не забыть обратную дорогу, Брэнда бросала за собой обрывки разноцветного серпантина.

После очередного поворота дети увидели нишу со сложенными в ней сухарями, грязными кусочками сахара, свечными огарками, окаменелыми кусками сыра и большим рваным мешком. Неожиданно мешок пошевелился, оказавшись одним из разбойников. От его одежды остались одни клочья, а от былой наглости — совсем ничего. Он вскочил, дрожа от ужаса:

— Там, там… Джона! — заплакал и убежал в темноту.

И дети поняли, что тревога им не почудилась. Она действительно недавно пронеслась по туннелю вместе с запахом кремния. От этой тревоги, видимо, и Кот с Августиной столь внезапно сбежали. Но что же промчалось за стеной, шурша огромными крыльями? Неужели это был дракон?

* * *

На потолке слабо загорелась лампочка. Подальше мигнула еще одна, и еще одна, и еще. Дети прошли под этой неверно мерцающей гирляндой и попали в новый тоннель, где по стенам тянулись провода и трубы. Раздался шум поезда и мимо них прогрохотал состав из двух вагончиков. Несомненно, они находились в метро — узеньком и маломощном, но действующем.

Появился другой поезд, он двигался медленно, наверное, был очень старый, и некоторые пассажиры на ходу выпрыгивали из него. Что, конечно, казалось неправильным и опасным, но в этом странном месте все происходило по своим таинственным законам.

Если люди выпрыгивают, значит, можно и запрыгнуть в поезд. Дети поздоровались с машинистом в серой фуражке. Он испытующе посверлил их своими острыми глазками, махнул рукой, и они забрались в первую же раскрытую дверь.

Вагон оказался таким низким и тесным, что, усевшись, Джордж уперся коленками в подбородок. Сиденья в этом поезде были, как диваны в гостиной, с пледами и мягкими подушками, около некоторых даже стояли торшеры. Повсюду красовались завитушки и резные украшения, висели фотографии, картины и вышивки в рамах. Джорджу показалось, что на одной из них вышит их дом, сад, Леди у крыльца и мама с лейкой. Ничего, скоро он вернется домой, а заодно и сокровище принесет. Только надо следить за подсказками.