Человек из подвала - Джей Ди Уокер

– Ноэ, что происходит! – вскричала Рейдия.

– Вы подглядывали за мной, когда я ходила за почтой на прошлой неделе, – сказала Ноэ, готовая поспорить, что именно эта женщина отодвинула тогда занавеску.

– Женщина вправе выглянуть в собственное окно.

– Эрика пошутила, правда? Здесь нет никакого дома. Ты тоже разыгрываешь нас, – сказала Рейдия.

Ноэ, вконец отчаявшись добиться чего-то от женщины в невидимом доме, повернулась к своим фиолетовоглазым друзьям, слегка вздрогнув оттого, что привыкнуть к такому цвету глаз было невозможно.

– Здесь есть дом. И, очевидно, в нём живут. Вот с кем я разговариваю. Вы не можете ни видеть, ни слышать её, потому что она внутри.

– Ради всего святого, – воскликнула Рейдия и зашагала прямо к Ноэ и дому. Вот только Рейдия пошла не прямо. Она обогнула дом и оказалась в овраге. Она повернулась и скрестила руки на груди. Её фиолетовые глаза на таком расстоянии были крошечными светящимися искорками. – Вот видишь? Я только что прошла насквозь. Нет тут никакого дома.

– Тебе ни за что не убедить её, что она идёт не по прямой. – Женщина обвела взглядом квартал, прищурив глаза за тонированными стёклами очков. – Я не могу допустить, чтобы вы, девочки, привлекали внимание к этой части улицы. Заходите в дом. – Женщина скрылась внутри, оставив дверь открытой.

После того как Рейдия вернулась по той же кривой, которая вовсе не казалась ей кривой, Ноэ сказала:

– Я знаю, что ты его не видишь, но дом здесь есть. И я думаю, что в нём все ответы. На вопросы про Эрику. Про её дневник. Про этот квартал. Про… Сплюснутого человека. Но я не смогу доказать вам это иначе, как проведя вас внутрь. – Она взяла Рути за руку, а затем жестом попросила Кристал и Рейдию пристроиться следом. – Послушайтесь меня ещё десять секунд, и если ничего не случится, считайте меня чокнутой и разойдёмся по домам.

Девочки застыли на месте, неуверенно переглядываясь, но всё-таки взялись за руки и последовали за Ноэ. Она подумала, что могут возникнуть проблемы с подъёмом по ступенькам, но девочки шагали за ней, как если бы поднимались на холм. Она переступила через порог открытой двери и услышала вздох позади себя. Она повернула голову и увидела, что её фиолетовоглазые подруги смотрят на её руку, ту самую, которой она держала Рути.

«Должно быть, я исчезла, – подумала она. И тут её разобрал смех. – Только рука осталась». Она потянула Рути за собой, и две девушки прошли следом.

– Мы что, только что телепортировались? – спросила Кристал, оглядывая внутренность дома с удивлением человека, которому показали отлично исполненный фокус. Глаза её снова стали обычного ярко-голубого цвета.

– Дневник Эрики был прав, – сказала Рейдия, её карие глаза и рот как будто соревновались, кто шире откроется.

– Ну и бардак, – заметила Ноэ.

Вокруг них грудами лежали книги и лабораторное оборудование. На облупившиеся стены были прилеплены клейкой лентой звёздные карты и научные диаграммы. В одном из окон была большая иззубренная дыра в стекле. Это, наверное, дело рук Эрики. И среди всего этого валялась грязная измятая одежда и посуда с присохшей к ней едой. Вон стоит колченогий складной стул. Испачканный вытертый диван. Отвратительно. Примерно так мама описывала комнату Ноэ, когда там было просто неубрано.

– Я ненавижу это место, – сказала женщина с акцентом, появившись из боковой комнаты. Одной рукой она держала побрякивающий латунный чайный сервиз на подносе, другая рука была занята костылём. Казалось, что она на грани катастрофы, и Ноэ протянула руки, чтобы помочь ей, но женщина зыркнула на неё сквозь красноватые линзы, и Ноэ отступила назад. – Поверить не могу, что мне приходится жить здесь. Всё из-за этой маленькой девочки, решившей поохотится на монстра в своём подвале.

Все четыре девочки застыли на месте и уставились на женщину.

– Вы знаете о Сплюснутом человеке? – спросила Ноэ.

– Вы, девочки, так его называете?

– Но взрослые…

– Ноэль Уайли, ты ничего не знаешь. Вы все наткнулись на монстра и думаете, что знаете всё о каждой вселенной.

– Ты не очень милая, – сказала Рути.

– С чего бы мне быть милой? Месяц назад я была дома в Галф-Шорс. Это в Алабаме. Самое красивое место в этой стране. Прямо у самой синей части Мексиканского залива. Там всё время тепло, и солнце – твой лучший друг. Белый песок такой яркий и чистый. Птицы такие большие, что напоминают ангелов, проносящихся над водой. А теперь я в этом крошечном городке, в этой холодной серой Новой Англии. И вы называете это летом? – Она ткнула в окно. – Я даже ничуточки не вспотела. – Она покачала головой, и вьющиеся кончики её волос слегка заплясали. – Если бы только та девочка оставила… Сплюснутого человека… в покое.

– Мне не нравится, как эта женщина говорит об Эрике, – сказала Рейдия.

– Откуда вы знаете моё имя? – спросила Ноэ. – И как вас зовут?

– Ферн. А кто ты, я знаю, потому что обнаружить подобную информацию до смешного просто. – Ферн поставила чайный сервиз на картонную коробку и налила чай в три латунные чашки с выгравированными на них слонами, хоботы которых были ручками чашек. – Возьмите чаю. Сядьте куда-нибудь. Мне не нравится, что вы, девочки, торчите тут, как стайка глупых фламинго. – Она словно не замечала, что чайных чашек на всех не хватает, однако сама взяла себе чай.

Никто из девочек не притронулся к оставшимся двум чашкам, но все они втиснулись на диван, скинув с сиденья одежду и переставив посуду на пол. Ноэ опёрлась на подлокотник дивана. Он выглядел так, словно его подрала кошка. Ферн с минимальным трудом уселась на складной стул – на этот раз Ноэ даже не пыталась помочь ей, – положив костыль на пол возле себя и держа чашку чая так бережно, будто та могла рассыпаться в любую минуту.

– Давайте начистоту: я не хочу вам ничего объяснять, – сказала Ферн. – Я хочу, чтобы вы все вернулись к себе и забыли об этом доме. Вот чего я хочу сейчас больше всего на свете. Но я также знаю, что этого не произойдёт. Потому что маленькие девочки вроде вас не думают о том, как лучше. Поэтому я собираюсь объяснить несколько вещей, чтобы вы оставили меня и этот дом в покое. Я хочу, чтобы вы все закрыли свои рты. Не задавайте вопросов. Не комментируйте. А когда я закончу, вы пойдёте домой и забудете об этом доме.

Ноэ ни капельки не нравилась эта женщина, но она готова была стерпеть