Новые веснушки для Субастика - Пауль Маар

— Нет, с этого трамплина прыгать не будем! — сказал Субастик. — Какое удовольствие мучиться ради такой мелочи?

— Слава богу, — с облегчением вздохнул господин Пепперминт и вернулся на исходную позицию.

— Хочу, чтобы ты красиво прыгнул ласточкой вон с того трехметрового трамплина, — изрек Субастик.

— Батюшки мои! — ахнул господин Пепперминт, но ноги сами собой понесли его на верхотуру, да так быстро, что он едва успел на ходу сунуть Субастику свои очки.

Трясущимися руками он уцепился за поручни и на негнущихся ногах поднялся на площадку. Без очков господин Пепперминт видел все как в тумане. Голова кружилась сильнее, чем на крыше в полнолунную пятницу. Ему было страшно, но делать было нечего. Он знал, что ничто не спасет его от неотвратимого прыжка в бездну.

Господин Пепперминт зажмурился, оттолкнулся и полетел вниз. На удивление ловко он нырнул в воду, задержал дыхание и уже через секунду оказался на поверхности, цел и невредим.

Когда господин Пепперминт наконец осознал, что с ним произошло, то пришел в неописуемый восторг.

— Невероятно! Я прыгнул с трехметровой вышки! Вы видели?! Каково! — кричал вне себя от радости господин Пепперминт, размахивая руками.

Он выбрался из воды, помчался к Субастику и принялся его обнимать и целовать во все щеки.

— Нет, кто мы мог подумать! Я, Бруно Пепперминт, прыгнул с трехметрового трамплина! А знаешь что, дружище! — воскликнул он и хлопнул Субастика по плечу. — Я сейчас еще раз прыгну!

— Не надо, папа! — испугался Субастик. — Просто так, без веснушек, это опасно! Попробуй сначала хотя бы с метровой вышки… А еще лучше — просто с бортика!

— Ты прав! — согласился господин Пепперминт и, сделав небольшой разбег, соскочил с бортика в воду.

На сей раз, правда, он приводнился не так эффектно, но все равно был очень доволен и страшно гордился собой.

Уже в раздевалке, когда они переодевались в сухие вещи, которые Субастик предусмотрительно заказал сюда, господин Пепперминт сказал:

— Чудесное воскресенье! Вот так нежданно-негаданно… Да, кстати, Субастик, сделай доброе дело… Ради госпожи Брюкман и моего друга Антона. У нас ведь дома так и остался стоять этот чудо-стол! Ты не мог бы пожелать, чтобы он опять уменьшился?

— Как скажешь, — согласился Субастик и тут же исполнил просьбу господина Пепперминта.

Но в жизни часто бывает так, что хочешь как лучше, а получается только хуже. Так вышло и в тот день.

Пока Субастик с господином Пепперминтом упражнялись в надводном и подводном плавании, в кухне госпожи Брюкман происходили невероятные события.

Когда госпожа Брюкман предъявила господину Понеделькусу кухонное чудище, он немного удивился, но ничего не сказал, решив сначала выспросить у своего друга Бруно, что сие означает. Но друг Бруно, похоже, бесследно исчез, хотя госпожа Брюкман утверждала, что только что, буквально минуту назад, он сидел там, на самом верху, с этим несносным рыжим безобразником и угощался сосисками.

Тогда господин Понеделькус вскарабкался на стул, оттуда на кухонную тумбу, а с тумбы на стол. Оглядевшись, он с удовлетворением хмыкнул.

— Чем худо? Совсем не худо! — заявил господин Понеделькус. — Тут очень даже мило, и сардельки еще остались. Вот только теплые ли они? Да, теплые! Аннемари, как насчет пикника? Не пропадать же добру! Поднимайся сюда!

Госпожа Брюкман потопталась в нерешительности, но, поскольку господин Понеделькус, кажется, не намерен был спускаться, ей ничего не оставалось, как принять его приглашение.

— Действительно мило! — сказала она, отдуваясь после непростого восхождения. — И плед так хорошо тут смотрится! А если лампу обтереть, так еще и светлее будет.

С этими словами она взяла салфетку, встала на колени и принялась стирать с лампы пыль.

— Да, высокий стол иногда бывает очень даже кстати. Можно подобраться к таким уголкам, до которых так просто не дотянешься, — приговаривала она, старательно начищая лампу.

— Аннемари, ведь сегодня воскресенье! — попытался умерить ее хозяйственный пыл господин Понеделькус. — Неужели обязательно нужно чистить лампы в такой день? Нет, совсем необязательно! Садись-ка лучше вот сюда на плед и отведай сарделечку! Уж пикник так пикник!

— Придумал тоже — есть на столе! — попробовала уклониться госпожа Брюкман, но, видя, с каким наслаждением господин Понеделькус уплетает сардельки, все же не устояла и после некоторого колебания уселась на плед.

Так они сидели, угощались, весело болтали, и никто уже не думал о том, что стол — совсем неподходящее место для воскресных пикников.

И вот в тот самый момент, когда господин Понеделькус располовинил последнюю сардельку, чтобы честно поделиться с госпожой Брюкман, раздался треск и стол одним махом скукожился до своих нормальных размеров.

Господин Понеделькус и госпожа Брюкман полетели вниз кувырком, а следом за ними посыпались на пол чашки, тарелки, ложки, вилки. Одна половинка сардельки закатилась под холодильник и застряла там, ткнувшись в стену, другая угодила прямо в помойное ведро.

Оправившись от испуга, госпожа Брюкман на удивление резво вскочила на ноги, одернула розовое цветастое платье и невозмутимо сказала:

— Сюрприз!

— Сюрприз? — переспросил господин Понеделькус, поднимаясь с пола. — Отличный воскресный сюрприз! — тут же согласился он и весело рассмеялся.

Глава десятая
Лестничная незнакомка

В понедельник утром без четверти семь зазвенел будильник.

Субастик проснулся, громко зевнул и сказал:

— Папа, папа, просыпайся, одеялом накрывайся и спи дальше, не стесняйся!

— Что значит «спи дальше»? — удивился господин Пепперминт, садясь на постели.

— Но ты ведь наверняка мечтаешь, чтобы я кое-что пожелал! — с хитрой улыбкой спросил Субастик.

— А что именно «кое-что»? — не понял господин Пепперминт. Он спустил ноги с кровати и потянулся за халатом.

— Ну, например, чтобы тебе сегодня не нужно было идти на работу! — подсказал Субастик.

— Я как раз очень даже рад, что пойду сегодня на работу! — возразил господин Пепперминт, запахивая халат.

— Ты рад тому, что поплетешься ни свет ни заря на работу? — не поверил своим ушам Субастик. — Ты не заболел?

Субастик спрыгнул с кровати, подскочил к окну, открыл обе створки и заголосил на всю улицу: