Изгнанная - Даниэль Харрингтон

Джона подходит ко мне. Что-то не так. Он что-то недоговаривает, словно пытаясь скрыть, что думает на самом деле. Я сразу понимаю это, потому что умею распознавать выражения лица. Так меня воспитывали, и внезапно меня пронзает страх до самых пяток. Джона плохо умеет подавлять свои эмоции. Так чем же таким я наделена, что он пытается это сделать?

– У тебя редкая способность, Холлис, – говорит он. – Не хочу ничего говорить, прежде чем не буду уверен в этом окончательно.

– Что же это? Что это такое?

– Холлис Таймвайр, – произносит Джона, и моё полное имя звоном отдаётся в ушах. – Ты кукловод.

Глава 11

– Кукловод?

Название завораживает, но при этом трудно придумать более жуткое наименование монстра, который притаился внутри меня.

– Что это значит? – спрашиваю я.

– Это значит, что ты можешь управлять всем в человеке, – поясняет Джона.

Неприятное ощущение оседает в желудке.

– Я могу заставить людей делать то, что хочу? Что угодно?

– Похоже, что так. Люди как марионетки подчиняются твоей воле. – Джона поскрёб подбородок и поспешно добавил: – У тебя очень редкий дар.

Это ещё хуже. Не хватало того, что моя способность вроде бы обладает собственным разумом, так теперь выясняется, что она ещё и уникальная. Судя по всему, Джона ни с чем подобным раньше не сталкивался. А вдруг он не сможет помочь мне?

– Откуда вы знаете, что он редкий? – спрашиваю я.

Джона молчит, уставившись в мат.

– Я хочу рассказать тебе кое-что о разновидностях способностей, – начинает он. – Они разделяются на две категории: способности, которые направлены на самого человека, и те, которые направлены на других.

– Два вида, – повторяю я.

– Способностям первого типа не нужны другие люди, а вот второму – обязательно. Я уверен, что у тебя редкая способность, потому что она относится ко второму типу. Она работает только в присутствии других людей.

– Ладно, – я пристально смотрю на него. – Значит, Тиффани – первый тип?

– Да, – кивает учитель. – Она может телепортироваться независимо от того, есть ли рядом люди.

Я стараюсь собраться с мыслями. Всё ясно. Если бы я была одна, я бы никому не могла причинить вред. С одной стороны, я чувствую облегчение, но сердце ёкнуло. Я не хочу быть одиночкой. Не хочу, чтобы меня заперли в клетку, лишили всех способов общения.

– А много тех, у кого второй тип? – спрашиваю я.

– Среди четырехсот жителей, только у шести, включая тебя.

Обомлев, я уставилась на него:

– Вы и Эштон тоже?

Джона кивает:

– Да, мы оба второго типа.

Я шаркаю ногой по мату. Внутри всё сжимается.

– Люди второго типа – они… более могущественны?

– Обычно да, – отвечает учитель. – И хотя существуют очень могущественные носители первого типа, обладатель второго во многом их превосходят.

– Например?

– Например, в выносливости, – поясняет Джона. – Второй тип требует бо́льших сил и сосредоточенности, чем первый. Представители второго типа быстрее осваивают навыки владения своим даром, и, судя по сегодняшнему опыту, ты способная ученица.

– Я была лучшей в своем классе, – вставляю я. – Я любила школу.

Я осекаюсь, и мне в голову приходит странная мысль. В первый раз с того момента, как я здесь очутилась, я поделилась чем-то личным. Школа всегда придавала мне чувство уверенности и осмысленности. Усердная учеба создавала ощущение, что я могу справиться абсолютно со всем. Но, похоже, совладать с моей способностью для меня непосильная задача.

Джона смотрит мне прямо в глаза:

– Должен признать, что за эти годы я изучил многие способности. Были повторы, но такая, как у тебя, мне встречается впервые. Прежде я только в теории знал, что существует способность контролировать других. Не думал, что столкнусь лично.

Холод проникает мне в руки и ноги.

– Но я могу обучить тебя, если захочешь, – продолжает он.

– Я хочу.

– Тебе не стоит делать это в одиночку.

Я бессильно опускаю голову. Вся энергия во мне улетучивается, и моё любопытство сменяется чувством полной беспомощности. Теперь, когда Джона понял про мою способность, выпустят ли меня когда-нибудь? Мне хочется спросить его об этом, но страшно услышать ответ. Конечно же они меня не отпустят. Я пришелец из общества, обременённая способностью, которая гораздо сильнее, чем они ожидали. Она слишком непредсказуема, слишком новая для них. У меня нет никакого опыта и практики.

– Холлис, – от голоса Джоны у меня по всему телу бегут мурашки, – что с тобой?

В груди всё сжимается. Руки трясутся. Кажется, я сейчас расплачусь. Я поднимаю на него глаза и делаю глубокий вдох. Нужно взять себя в руки.

– Выпустит ли совет меня из моей клетки? После того как они узнают, в чём моя способность?

Сердце бешено колотится, пульс зашкаливает. Мне кажется, что я сейчас потеряю сознание.

Джона улыбается:

– Холлис, сегодня ты продемонстрировала мне, что можешь контролировать свою способность без триггеров, и, что гораздо важнее, ты показала, что готова слушать меня и учиться. Мне, конечно, придётся поговорить с советом, и нам потребуется установить некоторые основные правила, но, думаю, настало время тебе присоединиться к нам.

Мои глаза загораются надеждой.

– Вы выпустите меня?

– Да, пока мы ждём подтверждения Эли Стоун, да. Я выпускаю тебя.

– Эли Стоун?

– Глава нашего совета.

Облегчение накатывает на меня как волна, и по щеке сбегает единственная слезинка. Я вырвалась. Я вырвалась из этой жуткой комнаты, и пусть я по-прежнему пленница в этом подземном мире, я уже не одинока.

– Ты сегодня отлично поработала, – говорит Джона. – Впереди долгий путь, но теперь, когда я понимаю, над чем работать, я уверен, что мы придём к победному концу.

– Надеюсь.

– Будем заниматься этим раз в день.

– Да, сэр. – Я сглатываю ком в горле.

И всё-таки я испытываю некоторое недовольство. Сегодняшняя победа кажется слишком мелкой. Пусть Джона выяснил, какая у меня способность, но я совершенно не знаю, как управлять ею. Наоборот, раз за разом моя способность доказывает, что это она управляет мною.

– Думаю, на сегодня хватит, – начинает Джона. – Давай вернём тебя назад. Я поговорю с советом, и мы подыщем для тебя подходящую комнату.

– Спасибо.

Джона спрыгивает с платформы и жестом подзывает меня к себе. Я иду следом, и когда я спрыгиваю с огромного выцветшего мата, тревожность сменяется чувством дикого восторга. Я скоро выберусь из этой жуткой клетки.

Глава 12

Мы с Тиффани идём вдоль бетонного коридора. Она шагает так быстро, что мне приходится бежать, чтобы не отстать от неё. Её трясёт от восторга.

– Моя комната там, внизу, – говорит