Ойме - Алёна Моденская

Лёка медленно повернулась. Из-за забора и деревьев выглядывали старые стены. Церкви, а потом Дома культуры, где люди пели и плясали на месте бывшего алтаря и кладбища.

Доброго священника оговорили и сослали в лагерь, где он, наверное, и умер. А на костях Русалины, которая пыталась его защитить, годами веселились люди. Радостные лица. Пьяные рожи.

А теперь всё стало ещё хуже, хотя куда уж. Теперь там хранится зло, отлитое в золоте, калечащее людей и пожирающее их души. Вместо церковного алтаря — алтарь переиначенного культа Ашназавы.

Мазычи и Марта правы — всё это должно быть уничтожено. Зло должно быть наказано.

И как это ни странно, даже с убийц Русалины ещё можно спросить. По крайней мере, с их потомков. Это ведь бабки Главнова и Крутова её убили.

Не ссориться же сразу с двумя ведьмами

Лёка пришла на работу совершенно разбитой, будто всю ночь щебёнку в тачке перевозила с места на место.

Только успела переодеться и зайти в буфет, как за стойкой материализовалась Лариса.

— Что там с моим сёмве? — спросила носатая ведьма.

— С чем? — не сразу поняла Лёка. — А, мандала ваша. Сломалась, и я её сожгла. А вы что, обо всех своих мандалах знаете?

— Бывает, — хмуро сказала Лариса. — Стало быть, прабабка твоя там лежит. В подвале.

— Стало быть, — эхом повторила Лёка. Даже думать об этом не хотелось. И уж совсем неприятно было осознавать, что её сон видел ещё кто-то.

Лариса хмыкнула и исчезла. Зачем приходила — непонятно. Подумаешь, мандала сломалась. Она же всё равно не вечная.

Лёка попыталась настроиться на работу. Перепроверила капсулы, сливки и сиропы. Вроде всего хватало, только Марина почему-то вчера не вынесла мусор. Пришлось завязать пакет узлом и тащить к баку самой.

На кухне повара разбирались с новой чудо-машиной, которая сама умела отсаживать тесто во фритюр и жарить пончики. Марта вроде бы планировала расширить меню в плане выпечки и сократить горячие блюда. Оставить только суп дня, вареники, блины, сырники и несколько салатов.

Наверное, правильно — кофейня есть кофейня, это же не ресторан. С другой стороны, люди приходят попить кофе и часто спрашивают, есть ли в меню сытные блюда, чтобы пообедать или позавтракать. Но ведь невозможно быть хорошим для всех.

Лёка размахнулась и бросила мешок точно в бак. Краем глаза зацепила красную машину, заехавшую на тротуар. Что-то знакомое. Авто прокатило до угла и остановилось. Из него выпорхнула Тина. Закрыла дверь, потом наклонилась к окну и засунулась туда почти по пояс, выставив округлый зад в короткой юбке. Стало видно кружевные края чулок и даже трусики. Фу, похабщина.

А вот пойти бы сейчас да выложить всё Августу. Да при Марте. Ерунда. Пустое. Никто же не поверит. Вот если бы Тина про Лёку гадости рассказывала — тогда да.

Стал накрапывать прохладный дождь, и Лёка поторопилась на своё место. В такие пасмурные дни люди сидят в кофейне дольше, заказывают больше. А значит, надо взять себя в руки и идти работать.

Дождь разошёлся, и посетителей не прибавлялось, хотя и уходить люди тоже не торопились. Всего несколько столиков занято. Лёка работала здесь с июля, и так мало народу в зале было в первый раз. Наверное, туристический сезон скоро закончится, и о полных летних посадках можно будет только вспоминать.

Ясно, вот почему Марта нацелилась на кейтеринг — выездное обслуживание. Прибыль нужна, чтобы ипотеку за помещение платить.

Мимо стойки проплыла рыжая голова Квиле. И тут Лёка кое-что вспомнила.

— Эй, погодите, — перегнулась Лёка через стойку.

Квиле остановился, оглянулся. Потом указал на себя и вопросительно поднял брови.

— Да, я хочу с вами кое-что обсудить.

— Ну, давай. — Квиле глянул на дорогие часы и влез на высокий стул. Сцепил руки в замок и положил на стойку. — Слушай внимательно. Сны — это всего лишь сны, даже если они вещие или показывают прошлое. Ты попросила — ты увидела. Не надо на этом зацикливаться. Хотя информация интересная.

— Э… спасибо, конечно, но я не об этом.

— Да? А о чём?

— Вы же во вкусах кофе разбираетесь.

— Полагаю, да.

— Я тут рецепт один придумала. Себе дома так делаю. Может, попробуете?

Квиле заинтересованно хмыкнул.

— Ну, давай. Попробую. Две порции.

— Ладно, — кивнула Лёка.

Заказов пока всё равно не было, поэтому можно немного отвлечься. Лёка взбила густые жирные сливки, потом влила в них сгущёнку и хорошенько перемешала. Добавила чуть варёной сгущёнки для густоты и карамельного привкуса.

Молочно-сливочную массу аккуратно положила на дно прозрачной чашки, сверху налила кофе. Сделала две таких порции. Когда ставила на стойку, к Квиле уже неслышно присоединилась Лариса.

Ведьма взяла чашу и глянула на просвет. От мусса медленно поднималась светлая пелена, окрашивая тёмный кофе в мягкий пастельно-бежевый цвет. Квиле, недолго думая, взял ложку и пару раз опустил в чашку, чтобы кофе стал светлее, но полностью слои не перемешались. И только потом отпил. Подождал, отпил ещё.

— Ну? — спросила Лариса, косо глядя на него и опуская ложку в свою чашку.

— Вполне, — похвалил Квиле и размешал напиток ложечкой. — Можно ещё ореховый сироп сюда добавлять.

— Или карамель вместо варёнки. — Лариса попробовала кофе и причмокнула. — Фантазия у тебя работает.

— Делать кофе — это талант. — Квиле поставил пустую чашку на стойку.

— Увы, это мой единственный талант, — пробормотала Лёка, гадая, одобрит Марта включение в меню нового рецепта или нет.

— Попробовать определённо сто́ит. — Квиле отряхнул руки. — Иди и предложи.

— Сейчас? — Лёка никак не рассчитывала на разговор с хозяйкой сегодня.

— А почему нет? Давай, иди.

— Я не могу уйти из буфета.

— Я за тебя постою. — Лариса слезла со стула и бесцеремонно зашла в буфет. — Ничего, с машиной справлюсь. Только ты там недолго. Ну, иди.

Она разве что в спину Лёку не толкнула.

Раз уж её так бесцеремонно выперли с рабочего места, делать нечего. Лёка пошла в кабинет начальницы. У двери подняла руку, чтобы постучать, но замерла.

— Сам не знаю, что происходит, — глухо говорил голос Августа.

— Да у тебя вечно что-то происходит, — недовольно сказала Марта. — Из одной компании тебя вытащили, так ты другую нашёл. В клинике пролечили, в техникум устроили. Так тебя отчислили. Знаешь, сколько пришлось потратить, чтобы тебя там восстановили и диплом выдали? Вечно у