Истории из рюкзака - Елизавета Огнелис

Та ещё картинка. В цирке такого не увидишь, а уж невинная прогулка без сопровождения санитаров, просто по улицам города…

Отец, не колеблясь, подошел к одному из стражников на входе:

— По приказу Царь-девицы, Марьи Моревны. Принять сего отрока в Собор. Определить место и довольствие.

Служивый приосанился.

— Где отрок то?

— Вот, — и отец выдвинул Сашку из-за себя.

Охранник почесал голову.

— Так он же воин.

— И что? — грозно спросил отец. — Он еще маленький.

— Наверх, — ответил стражник. — Все кто оружие в руках может держать — все наверх, к бойницам, или по периметру. Найди Ивана-стрельца. А лучше Андрея-солдата, который одногогий. Они тебе определят участок. Давай, парень, не задерживай.

— Тебя как зовут, солдат? — обратился отец к собеседнику.

— Емелей звали, с утра.

— Емеля, слушай крепко. Вернусь, и лично с тебя спрошу. Вот за этого мальца, — железный палец как будто невзначай уцепился за отворот рубахи, торчащей из-под кольчуги.

Стражник без всяких эмоций освободил свою одежду.

— Ты, герой, вот что… — сказал он спокойно. — Вернись. Это главное. И держись там покрепче. Чтобы было куда возвращаться. Усёк, герой?

— Я всё понял. Вернусь. Не сомневайся, — отчеканил Иван Иванович, и круто развернувшись, быстро пошагал к стенам. За ним почти вприпрыжку припустил и Милослав Мстиславович.

Глава 10

Глава 10. Приступ

Сашка белкой прыгал по ступеням, желая как можно быстрей оказаться наверху. Ступеней оказалось много. Поэтому начиная порхающей бабочкой у подножья, мальчик приполз к окончанию больше похожий на осоловевшего сурка.

С другой стороны, сказывались отсутствие ужина и как минимум второй час ночи при обилии стрессовых ситуаций. Серьезное испытание даже для молодого организма.

— Ничего, справимся, — сжимал зубы Сашка. — Сколько же здесь этажей? Снаружи то и не особо высоким казался. Ну, девятый этаж. Может двенадцатый. Но не пятьдесят два! Сказки все это…

Наверху народу было гораздо меньше. И все, конечно, вооружены. И большинство — стрелковым оружием. То есть луками и арбалетами. А у одного, в форме кавалергарда времен Елизаветы, с деревянной колотушкой вместо ноги — так и вообще, натуральный мушкет.

— Это вы Андрей-солдат? — вежливо поинтересовался Сашка у мушкетёра.

— Я, — как показалась лениво отозвался тот.

— Рядовой Александр для прохождения службы временно прибыл в ваше распоряжение, — четко изложил ситуацию мальчик.

Калека посмотрел на него с чуть большим интересом.

— Прибыл? Молодец. Белке в глаз со скольких шагов попадаешь? — с ехидцей спросил солдат. Саня понял, по довольным лицам вокруг — сейчас будет веселье. С перекатами, из хохота в хихиканье, и обратно.

— Стрелять могу, но стрелковому бою обучен слабо, — отрапортовал мальчик. — В приоритете — удар копьем. Могу матёрого кабана прошибить с любого ракурса. Воина в латном доспехе высокого качества пробиваю в грудь в девяти случаях из десяти! («Наверно…» — пронеслось в это время в голове). Разрешите продемонстрировать?

И Александр со всей решимостью взял копьё наперевес.

— Не надо ничего демонстрировать, — успокоил его Андрей. — Будешь в ближнем круге обороны колокола. Раз уж стрелковому бою не обучен. Кто же тебя вымуштровал так, маленький воин? — не удержался от вопроса калека.

— Отец. Дед. И книги, — сам не зная почему ответил мальчик.

— Вот, слыхали? Недоросли, — обернулся Андрей к другим защитникам «акрополя». — Книги. Парень и слушал, и сам обучался прилежно. Поэтому жизнь понимает, может, лучше другого взрослого. А на вас даже отцовский ремень плохо действует. Только кожа на одних местах утолщается, хоть сапоги тачай.

Послышались робкие смешки.

— Иди, парень, вон к тому огню, — указал Саше направление Андрей. — Есть хочешь? Вон там на лавках мешки, хлеб ещё свежий. Следи за барабанами. Как задробят — сразу к колоколу, и не дай ему замолкнуть. Все понял?

— Понял, — отозвался Сашка. И ещё осознал, что есть хочется ужасно.

И хлеб, и молоко в кувшине рядом оказались удивительно вкусными. И только потом Александр добрался до своего «действительного» места службы. В ушах постоянно стоял какой-то рокот. В городе было непонятно, откуда он происходит. Но здесь, на высоте, сразу был виден его источник. Сразу за стенами Стольного Града начиналось поле. По идее, сейчас оно должно было быть полностью в снегу. Хоть и март на дворе, но сугробы сойдут только через месяц. Однако на много километров вокруг не было ни единого белого клочка. Все пространство было вытоптано, а начиная уже с двухсот метров от стен — стояло войско. Сашка смотрел на это все с крыши Собора, и чувствовал, что волосы под шапкой с бомбоном начинают шевелиться.

Их было многие и многие тысячи. Десятки тысяч. Вполне возможно — сотни. Город был велик, но его защитники на стенах казались пылинками перед лавиной.

И ещё, на равном расстоянии от главных ворот, стены делали провал. Там, в этих Переделах, закрывая собой пустоту, протянулись три ниточки. Три заслона. Первый, Опытный, и Ветеранский.

Где-то там, в первых рядах, стоял и Иван Детдомовский. Но то, что было перед ним, клубилось грозными тучами…, то, что хотело пройти в Град — было неодолимо. Орков расположили подальше от эльфов. Гномы наоборот, старались быть поближе к человеческим рыцарям. Латников же был полный набор. Аж в глазах рябило. В зелёных доспехах, в красных, белых, черных, с плащами всех расцветок — от золотых до серо-буро-малиновых. В самых первых рядах стояло мертвое войско — скелеты и зомби. От их неподвижности коченели руки. А вот и отряд оборотней, десять тысяч голов, не меньше. Великаны, самые натуральные: человеческие, и тролли, и каменные. Над всем этим мечется просто невообразимое количество летающих теней. Которые с крыльями, есть на метлах, а другие и сами по себе, просто левитируют.

— И это ещё драконов нет, — сказал густой бас сзади.

Обернувшись, Сашка увидел здоровенного мужика с кучерявой бородой и огромным молотом. Даже непонятно, как такой таскать можно, но мужик держал его в руке легко, словно и не чувствовал тяжести.

— Фрол, — представился мужик.

— Александр, — отозвался Сашка. — А я знаю одного Фрола. Мы вместе в типографии работаем. Только он лысый. И без бороды.

Здоровяк даже не улыбнулся.

— Ты к нам шел? — спросил он. — Тут место охраны Грозового колокола. А я его звонарь.

Вот теперь Александр увидел колокол. Он как раз этим летом был в Москве, в Кремле. Там повидал Царь-колокол. Так вот тот, московский, был… Нет, не младшим братом. Скорее — младенцем перед самым большим из родственников. Потому что здесь, под