Музыка и музыканты - Галина Яковлевна Левашева

Теперь вспомним те сцены оперы «Князь Игорь», в которых действует хор (пожалуй, этих сцен подавляющее большинство). Все они очень разные по музыке. Сравните хотя бы две «Славы», о которых мы с вами уже говорили. А жалобы девушек? А неторопливая и важная речь бояр? У каждого хора, у каждой группы людей своя музыка, написанная в соответствии с положением, настроением, чертами характера этих людей.

Но вместе с тем обе картины первого акта — это знакомство с двумя героями оперы: Владимиром Галицким и Ярославной.

Вся музыка первой картины рисует окружение Игорева наместника в Путивле, музыка второй — это мир Ярославны. А характеры героев раскрываются в их ариях.

Вот и снова мы встретились со словом «ария». Пора, наконец, объяснить вам, что оно означает.

В драматических произведениях — драмах, трагедиях, комедиях — размышление героя наедине с самим собой или обращенная к другому действующему лицу какая-то большая речь называется монологом.

В опере такой монолог называют арией[15].

Обычно ария — это как бы мысли героя, высказанные вслух.

Бывают и арии-обращения. С такой арией, когда герой обращается к какому-то другому действующему лицу, вы встретитесь и в «Князе Игоре».

Но и в том и в другом случаях музыка арии рисует нам характер героя. Вся она посвящена его мыслям, переживаниям, настроениям.

Сравните арии Галицкого и Ярославны, и если вы даже услышите эту музыку по радио и не будете видеть исполнителей, перед вами встанут два не только разных, но совершенно противоположных человека, два противоположных друг другу характера.

И так ярко, так убедительно показывает этих людей музыка Бородина, что мы можем даже до того, как они встретятся в горнице Ярославны, уже с уверенностью сказать: эти люди никогда не смогут понять друг друга, примириться друг с другом. Как воду не соединить с огнем, так не примирить Галицкого с Ярославной.

Интересно, что, создавая сцену ссоры брата и сестры, Бородин нигде не объединил их в дуэте.

Вот еще одно слово, требующее пояснения, — дуэт.

Обратимся снова к драматическому произведению. Там разговор двух героев называется диалогом. В опере существует и такой же, как в пьесе, диалог, где за фразой одного героя следует фраза другого, но есть в опере и совсем другой вид диалога. Если два героя драмы или трагедии начнут вдруг разговаривать одновременно, то это будет выглядеть смешно и никто ничего не поймет. Музыка же делает возможным такое соединение двух голосов, красиво и гармонично сливая две мелодии. Такой диалог и называется в опере дуэтом.

В прологе, в сцене прощания Игоря с Ярославной, мы уже слышали дуэт. Такой вид дуэта музыканты называют дуэтом согласия.

Игорь и Ярославна живут одними думами и чувствами, верят друг другу, любят друг друга, и голоса их сливаются в чудесном дуэте.

Не совсем уместно рядом с этими героями оперы вспоминать Скулу с Ерошкой, но их дуэт — это тоже дуэт согласия. И тоже понятно почему.

Ярославну и Галицкого Бородин не объединяет в дуэте, но это не значит, что такое соединение невозможно. Очень часто дуэт поют и два совершенно разных по характеру и настроениям героя. Такие дуэты, в противоположность первым, называют дуэтами разногласия.

Для того, чтобы вы поняли, какое важное место занимает в опере дуэт и как много может выразить его музыка, я расскажу вам об одной из сцен оперы Чайковского «Евгений Онегин».

Онегин и Ленский готовятся к дуэли. Секунданты уже отметили расстояние, проверили пистолеты — все готово. Пройдет несколько минут — и пистолеты разрешат этот глупый, нелепый спор.

Последние минуты перед дуэлью...

«Враги...» — тихо, как бы про себя произносит Ленский.

«Враги...» — эхом откликается Онегин.

«Давно ли друг от друга нас жажда крови отвела», — задумчиво и грустно продолжает Ленский.

«Давно ли друг от друга...» — вступает за ним Онегин, но на несколько слов позже, и мы понимаем, что эти двое сейчас не слышат друг друга. Каждый остался наедине со своими мыслями. Но слова-то одни и те же, а значит, одни и те же мысли. Хочется крикнуть: «Ведь вы же друзья, вы думаете и чувствуете одинаково! Остановитесь, пока не поздно!» Но композитор не случайно заставил Онегина вступить в дуэте позже. Всего на несколько слов, а какой мучительный разлад чувствуете вы в этом прекрасном дуэте.

Но вот, наконец, сливает Чайковский эти два голоса:

Не засмеяться ль нам, пока

Не обагрилася рука?

Не разойтись ли полюбовно?

Музыкальные фразы плавно, медленно, как бы нерешительно идут вниз, голоса звучат вместе, красиво, гармонично... Нет, слишком много нерешительности, сомнений в их звучащих мыслях. Мы слушаем, и не можем забыть той мучительной разлаженности, что была вначале. И тут же, словно в подтверждение нашим горьким мыслям: «Нет! Нет! Нет! Нет!» — падают короткие и страшные слова. Голоса все еще звучат вместе, слитно, но это не согласие друзей, а твердая решимость обоих врагов: ошибка непоправима, примирение невозможно.

Вам грустно, правда? Мне тоже. Даже когда я не слышу, а только вспоминаю этот дуэт, сердце сжимается от жалости. Но долго нам грустить нельзя — мы и так уж отвлеклись, а ведь антракт скоро кончится.

К тому же нужно успеть рассказать вам, как обещала, о речитативе.

Итак, ария и дуэт — это законченные музыкальные номера. Их почти всегда можно исполнить отдельно от оперы, на концерте. Но теперь представьте себе музыкальный спектакль, который состоит из одних только арий и дуэтов. В таком спектакле было бы, наверное, много хорошей, интересной музыки, были бы и декорации, и костюмы, и свет. Не было бы только действия. Сюжет оперы не смог бы развиваться, и опера превратилась бы в концерт, несмотря ни на какие костюмы и декорации.

Так вот, чтобы этого не случилось, в опере и существует речитатив.

Слово «речитативо» — итальянское. Означает оно — «декламируя». Похоже и на русское слово «речь».

Когда-то речитатив в опере только соединял арии, дуэты, ансамбли и хоры. Композиторы даже не писали для речитативов специальной музыки, и певцы произносили их своеобразным мелодичным говорком, который был примерно один и тот же у всех действующих лиц. Этим говорком-декламацией произносили речитативы и старый доктор Бар-толо в опере Россини «Севильский цирюльник», и его кокетливая воспитанница Розина, и влюбленный в нее граф Альмавива, и веселый плут, цирюльник Фигаро.

Только в ариях раскрывались характеры героев, а речитатив был у всех одинаково бесстрастным.

Но постепенно музыка речитативов становилась