Сказание о живой воде - Ирина Голаева

– Вы достойны!

Принцесса София первой протянула руку Ингвару и сказала:

– Ты не постыдился меня в образе старухи, так не смущайся и сейчас. Это наш день, и я горжусь тобой!

Вдруг раздался звонкий лай, и в зал вбежала Белая Собака. Она тащила за собой какого-то грязного, обросшего человека. Он так разительно отличался от всех, что невольно вспомнилось все темное и страшное, бывшее прежде.

– Это тот самый старый разбойник, который схватил нас! – произнесла Алиса.

– Да, это он! – подтвердил дедушка Август.

– Что ты делаешь здесь? – гневно спросил Царь, и Ингвару стало страшно.

Разбойник молчал.

– Сегодня день прощения и милосердия. Посему я прощаю тебя, хоть ты и не заслуживаешь этого. Повелеваю тебе навсегда уйти из стен Светлого Города. Пока ты разбойник и вор – тебе не место здесь, и в тот самый миг, когда твоя нога опять коснется камней этого Города, ты расплатишься за все. Выведи его вон, за ворота, мой белый друг!

И Белая Собака потащила его обратно. Человек злобно ухмыльнулся, скривил лицо и еле слышно прошипел:

– Мы еще встретимся на этой земле!

Старый разбойник был отголоском прошлого. Он ушел, но все на минуту задумались, вспоминая это прошлое, которое стало чем-то холодным и жутким, как черное пятно.

– Моя дорогая сестра, я не буду такой самонадеянной и безрассудной, какой была раньше. Я так виновата, что не прислушивалась к твоим мудрым словам, – сказала принцесса Иоанна и обняла сестру.

– Я тоже виновата перед тобой, Иоанна, что много возомнила о себе и возвысилась, вместо того чтобы быть снисходительной. Я много думала о тебе и обо всем, что произошло. Я совсем не была мудрой. Я была гордой и бессердечной принцессой. Мне раньше трудно было признаться в этом даже самой себе, но теперь мне легко, и я верю: у нас с тобой все будет по-другому! Правда, Отец?

– Да, мои дорогие дочери. Теперь вы видите сами, как дорого обходится всем, когда правители начинают думать только о себе, вознося в сердце свой престол.

– Но если бы тогда ты не ушел от нас, все было бы по-другому!

– Да, но тогда вы бы так и не поняли, не оценили своего славного положения. Только во тьме начинаешь ценить свет, только в трудности начинаешь искать выход. А выход – он всегда рядом, – и Царь показал на фонтан живой воды, весело бьющий прямо на городской площади. – Пусть эту воду пьет и исцеляется всякий жаждущий. И жаждущий не просто своим телом, а своим сердцем, жаждущий правды и славы света. Воистину, его жажда утолится!

– Ну, а вы что так важно расселись? – весело обратился к трубадурам дедушка Август. – Посмотрите, сколько вокруг зрителей, а вы сидите в царских палатах! Там ли вам место? Ну-ка, давайте, открывайте занавес! Сегодня мы должны дать замечательное представление!

Трубадуры, весело рассмеявшись, побежали к своей пестрой кибитке. Вечером они дали чудесное представление, и никто на этот раз не разгонял их. Зрители были в восторге. Они смеялись и аплодировали искусству трубадуров, которые ловко владели не только мечами, но смехом и радостью.

Никто и не вспоминал о злом и коварном Князе Тамасе, несмотря на то, что он так долго правил. От всего его правления не осталось и следа, впрочем, кроме униженного и озлобленного старого вора, который шел и скрежетал зубами.