Аурика - Елена Вячеславовна Нестерина

конечно, сразу же никто, ничего, никак… Никаких команд, никаких сигналов. Артур подождал немного, прижался к стене и глянул вниз. Отвесный обрыв, еле видная речка, бегущая внизу среди крупных валунов и мелкой каменной россыпи. А ещё – обломки ржавых труб, тут и там прикреплённых к камням и во множестве упавших вниз. Отрезок такой трубы торчал из стены в основании дома. «Водопровод!» – догадался Артур. Вот откуда поступала в дом вода! Поступала – и больше никогда не будет поступать, ведь повторить такую сложную конструкцию вряд ли у кого-то хватит сил и, главное, желания и упорства. Это или какие-то бешеные строили, или им летающие монстры помогали – а иначе как можно закрепить все эти многочисленные детали на отвесных скалах и заставить мотор качать воду с такой нереальной глубины на такую жуткую высоту?

Потрясённый Артур двинулся к воротам. Всё ясно – коммуникации разрушились, дом не подлежит восстановлению, хозяева его бросили. Без воды тут жить нельзя.

«Нельзя!» – подтвердил голос на ухо Артуру.

«Ну и призраки, само собой, тут остались, – устало хмыкнул Артур, – всё как положено…»

Его ждал велосипед. Всё, домой. Но, перед тем, как выйти за ворота, Артур заметил за стеной чернобыльника высокие кусты золотых шаров – весёлых непопулярных цветов. Коттедж его родителей утопал в разнообразной растительной красоте, но за всё время проживания там Артур трогал руками разве что газонную траву (когда сидел на ней). А всё остальное вызывало в нём испуг – так, наверное, папуасы побоялись бы трогать синхрофазотрон. А эти жёлтые лохматые шарики он когда-то в детстве рвал, драл, распускал по лепесточку. И росли они некультурно – в каком-то простецком палисаднике. Где, как вспомнил вдруг Артур, было ему тогда очень хорошо.

Он обхватил сразу несколько веток золотых шаров, прижал их к лицу, закрыл глаза.

И почувствовал такую тоску… За всю жизнь не было у него повода так тосковать. Готическая какая-то это была тоска, чужая, как наведённая. Ну прямо без причины и ни от чего, вот такая тоска… Если бы Артур верил в колдунов, то так бы и подумал: на-ве-ли. Если не порчу, так тоску точно. Как – не важно, специалисты есть в любом деле.

А чтобы потосковать всласть, Артур решил… вернуться в заброшенный дом. В гостиной, как он запомнил, стояло отличное кресло. Очень хотелось сесть в него – и, если не поплакать, то хоть повыть, что ли. Непонятно, зачем. Но повыть. А Артур ещё всю жизнь был уверен, что он не человек настроения…

Сорвав ветку с жёлтыми шарами цветов, Артур зашагал ко входу в замок.

Привидение он увидел сразу. Белым днём середины лета.

Оно встало перед Артуром, и ни бьющие в стрельчатые окна лучи солнца, ни звон завибрировавшего в кармане мобильного телефона не смогли удалить привидение из реальности. Оно было на самом деле. Оно протянуло руки к Артуру.

Понимая, что силы и сознание покидают его, Артур медленно вышел на улицу. Смог найти велосипед. Даже сесть на него.

…Артур ехал, телефон в кармане звонил. Когда Артур упал с велосипеда на кочке, он замолчал. Артур лежал, держал телефон в руке и смотрел на него. Говорить не получалось. Дрожащими пальцами он смог лишь написать маме сообщение.

…Это оказались очень трудные двенадцать километров. Артур, который только что видел привидение, ехал медленно. Останавливался и анализировал – сошёл он с ума или ещё нет. Снова упав с велосипеда практически на ровном месте, Артур выругался и обрадовался – ага, речь вернулась! А когда показался аванпост коттеджного посёлка, ему показалось, что ни дома на отшибе, ни привидения вообще не было.

Только цветы были. Золотые шары. Артур падал и валялся по земле, но цветы сохранил, даже не помял. Как зашёл домой, первым делом поставил их в вазу, и только потом отправился мыться сам.

Артур смотрел на стену воды душевой кабины, и за плотными струями видел её – девочку в платье с корсетом, с кудрявой причёской и тонкими руками. Вот такое привидение предстало перед ним в заброшенном доме, вот такие руки протягивало к нему… Запястья тоненькие, края рукавов широкие, пышные оборки на них раскачиваются в воздухе.

Сейчас перед глазами была как будто цветная тень привидения, но веселее от этого не становилось.

«Держать сознание! Не сходить с ума!» – Так командовал себе Артур, медленно одеваясь.

Помогли золотые шары. Он сел возле вазы, взял в каждую руку по цветку-шарику.

Такое было когда-то. У бабушки! Возле дома палисадник, в палисаднике цветы. Высокие, падающие на штакетник. Под цветами скамеечка, на ней сидел маленький Артур, спасался от жары в тенёчке.

Невозвратное детство, добрая простота. Куда это всё ушло, цветочки, миленькие?..

Не сказать, что до этого дня Артур активно интересовался цветами – да вообще он никакими растениями не интересовался, мама-садовница всё обижалась.

Садовница!

За мамиными пышными насаждениями всё время кто-то ухаживал. Кто-то что-то подстригал, кто-то выкапывал и чистил пруды, насыпал альпийские горки. Даже сейчас в конце участка шло строительство оранжереи. А значит…

Артур выбежал из дома, поцеловал маму, которая как раз въехала во двор, вышла из машины.

И направился к стройке. Отлично, там кто-то ещё был – ярче закатного солнца мерцала сварка.

– Добрый вечер!

– Здравствуйте.

Под руководством почтенного аксакала загорелый парнишка копал траншею, но поднял голову и воткнул лопату в землю. Сварщик, сидящий на металлической конструкции, прекратил работу.

– Я хочу спросить… – начал Артур.

И спросил. О заброшенном доме. Может, кто из этих людей что знает – ведь почтенный аксакал наверняка давно трудится в здешних местах, что-то наверняка мог слышать.

Строители переглянулись. Сварщик и землекоп посмотрели на самого старшего – и тот не подвёл. Покачал головой и сказал:

– Дом у горы! Знаем.

Артур оживился. Сделал шаг к траншее.

– Не ходи туда, – пожилой рабочий предостерегающе поднял руку – как будто Артур собирался идти именно в траншею.

Артур хмыкнул.

– Не ходи, – повторил аксакал. – Призраки там. Все бегут оттуда, кто приходит. Лет десять назад мы поехали – хотели материалов набрать: и паркет там, и доска дубовая. Плитка, фаянс. А вещей сколько! Мебель… Но только как зашли, так ужас на нас и напал. Ни одной вещи не взяли, как с кладбища. Бахтияр штору оторвал – так с этой шторой в руках чуть с ума не сошёл, прямо там. Бросил – ему сразу полегчало. Ушли поскорее. В машину сели, уехали. Чем дальше от дома уезжали, тем спокойнее становилось. Чего там боялись – и не скажу. Чего-то…