Как стать настоящим львом - Ханс Ципперт

— Нельзя ли поосторожнее? Кто ты вообще такой?

— Гериберт, меня зовут Гериберт.

— Дурацкое имя, ничего не скажешь. Как можно жить с таким именем?

— Ну в общем… — смущенно промямлил Гериберт. — Я был… э-э, то есть я и сейчас лев.

— А я уж испугался, что ты придурковатый вомбат. Ладно, открою тебе секрет, — он с важным видом наклонился к Гериберту. — Я зебра. Н-да, а по виду этого никак не скажешь, правда? Я выгляжу не совсем зебристо, так все говорят, но умею все, что нужно уметь зебре. А теперь посторонись-ка, пожалуйста, мне нужно отнести шефу новые каталоги с образцами полос. Мы наверняка скоро снова увидимся. И держись подальше от сумчатых неуклюжников, понятно?!

— Будет сделано! — воскликнул Гериберт, и тут вдруг вспомнил, что скоро сам станет неуклюжником. Размышляя на ходу о странной зебре, он и не заметил, как очутился перед дверью комнаты 232.

«Фрау Шлютер. Прежде чем войти — постучать или три раза хрюкнуть», — гласила большая табличка. Гериберт решительно постучал, вошел и остановился в некотором изумлении, ибо фрау Шлютер оказалась крупной, весьма дородной свиньей. Свиньей в норвежском пуловере, на котором вывязаны два лиловых северных оленя…

— Чего ты на меня так вытаращился? Свиньи никогда не видел?

— Я… ммм… я ищу фрау Шлютер.

— Ты разве читать не умеешь? Если на двери написано «Фрау Шлютер», то и в комнате будет фрау Шлютер. — Фыркнув, свинья указала себе на грудь — там поблескивал металлический значок с именем «ФРАУ ШЛЮТЕР». А ниже, буквами помельче, значилось: «Наш зоопарк — зверское удовольствие».

— А-а-а, понимаю, — сказал Гериберт, который вообще-то уже ничегошеньки не понимал.

— Ты, стало быть, Гериберт: кандидат в львы, или непрофессиональный лев, или что-то в этом роде — шеф мне уже все рассказал. Начнешь вомбатом, тебе очень повезло. На прошлой неделе мы приняли на работу пингвина, так тот начал омаром. Омаром, мой мальчик, — можешь себе представить, сколько ему придется работать, чтобы подняться по служебной лестнице? Бедняга был бы на седьмом небе от радости, получив должность вомбата. Ну ладно, давай-ка посмотрим. — Она измерила Гериберту задние лапы. — Сорок второй, так я и думала. Тут у меня есть почти неношеный костюм твоего предшественника. Переодевайся!

С этими словами фрау Шлютер открыла большой шкаф, о подлинных размерах и содержимом которого в полутемном кабинете судить было трудно. Она извлекла оттуда одежду бурого цвета и протянула Гериберту:

— Ну-ка, примерь.

Гериберт нерешительно влез в костюм, похожий на комбинезон, и застегнул молнию до самой шеи.

— Сидит превосходно. Именно так и должен выглядеть вомбат, если тебя интересует мое мнение. Вон там зеркало. Погляди-ка на себя.

Он послушно подошел к зеркалу и растерянно уставился на свое отражение. Гериберт-лев исчез. Из зеркала на него глазел взрослый вомбат.

— А теперь мы немножко поработаем над движениями. Спина должна быть более сутулая, походка не такая крадущаяся, скорее подпрыгивающая, приблизительно вот так…

Фрау Шлютер пригнулась и вдруг одним невероятным скачком перемахнула через письменный стол — до стойки для зонтиков, — а потом обратно.

— Теперь ты попробуй, — фрау Шлютер сделала приглашающий жест.

Гериберт прыгнул, врезался в железную дверцу канцелярского шкафа и, как мертвый жук, брякнулся на пол. Фрау Шлютер помогла ему встать и небрежным, однако прицельным ударом копытца выправила дверцу.

— Над техникой надо еще поработать, но в целом неплохо. — С этими словами она вытолкнула слегка ошалевшего Гериберта в коридор. — Если возникнут вопросы, ты теперь знаешь, где меня искать.

У Гериберта в голове крутились сотни вопросов, но он никак не мог решить, с какого начать. Поэтому он пошел — а точнее, тренировки ради неуклюже поскакал — обратно к своему письменному столу. И подоспел как раз вовремя. Зазвонил телефон, на другом конце линии послышался сердитый голос директора:

— Ты знаешь, который час? Уже 10:03! Тебе уже три минуты как положено быть на рабочем месте. Ты же не ленивцем у нас работаешь. Твои коллеги ждут. В виде исключения я пришлю за тобой машину, она отвезет тебя к Дому ночных животных.

Через две минуты в кабинет вошел угрюмый окапи. Он снисходительно оглядел Гериберта и сказал:

— Ты новый вомбат? Поехали!

Вместительный лимузин с тонированными стеклами доставил Гериберта к заднему крыльцу Дома ночных животных. Потом, миновав лабиринт извилистых коридоров, Гериберт отворил низкую дверцу и вошел в большое полутемное помещение, где его с нетерпением поджидали пять других вомбатов.

— Ага, новенький. Опоздал, но не очень. Я смотрю, костюмчик Фреда сидит на тебе как влитой. Пойдем-ка вон туда за скалу, там я объясню тебе остальное.

Говоривший представился Грегором, он здесь был бригадиром и распределял обязанности.

— Для начала поработаешь у стекла, там ты быстрее всему научишься.

Как выяснилось, в вольере вомбатов ничего не происходило случайно. Все было точно распланировано: каждый скачок, каждый прием пищи. В 11 часов Дорис должна пустым взглядом уставиться через стекло на улицу, в 11:25 разгорится спор об орехе, а без четверти двенадцать Гериберт начнет с любопытством рассматривать желтую пластмассовую уточку. И будет глазеть на нее до тех пор, пока как минимум десять человек не воскликнут: «Какая пре-е-лесть!» Грегор, начальник вомбатов, появлялся на виду крайне редко, большей частью сидел за скалой и курил.

— Глупая привычка, конечно. Но раз уж пришлось стать сумчатым, надо, по крайней мере, пользоваться преимуществами, которые дает сумка.

В своей Грегор всегда держал блок восточных сигарет и бутылку кактусовой водки:

— Очень помогает прыгать, Гериберт, старина, можешь мне поверить!

После каждого глотка Грегор вплотную подскакивал к стеклу, отделявшему группу вомбатов от посетителей зоопарка, что неизменно вызывало восторженные крики маленьких детей и пожилых дам.

Вскоре Гериберт заметил, что Грегор и его компания не проявляют в работе большого рвения. Делалось только самое необходимое, и меньше всех трудился сам Грегор, если не считать его феноменальных прыжков. На них действительно стоило посмотреть.

— Неплохо для пеликана, а? — сказал он однажды, когда Гериберт заговорил с ним на эту тему.

— При чем тут пеликан? — удивился Гериберт.

— А ты что, думаешь, я родился вомбатом? Двадцать лет назад я пришел сюда пеликаном, но вакансия оказалась занята, и пришлось переквалифицироваться в вомбата. В ту пору это был колоссальный аттракцион. Наш зоопарк первым обзавелся вомбатами. Сначала посетители к нам валом валили, но потом появились новые звери, гораздо более популярные. Я хотел было податься в контактный зоопарк, где зверей можно гладить, но оказалось, что я для них слишком стар и шкура у меня местами облезла. Так и живу вомбатом — уже двадцать один год, четыре месяца, двенадцать дней и… — он достал из сумки старомодные карманные часы. — И шесть с половиной часов.