Все приключения Белоснежки - Софья Прокофьева

Был поздний вечер. Замок Тэнтинель окутали мягкие сумерки. У догорающего камина в большом зале сидели Белоснежка и её супруг принц Теодор. Поближе к огню в глубоком кресле сладко дремал старый король Унгер, отец Белоснежки.

Потрескивали угли в камине, вспыхивали последние язычки пламени, освещая прелестное лицо Белоснежки.

Чуть поодаль на длинной лавке сидели семь гномов, свесив ножки в остроносых башмачках.

– Что ж, пожалуй, нам пора отправляться восвояси, – неохотно заметил гном Умник-Разумник. – Дело не ждёт. А ведь мы работаем по ночам.

– Посидим ещё. Ну хоть полчасика! – взмолился гном Малыш. Он сидел, прижавшись щекой к колену Белоснежки. Но, встретив суровый взгляд гнома Умника-Разумника, послушно замолчал.

Белоснежка и принц Теодор проводили гномов до ворот замка.

Гномы зажгли свои фонарики и один за другим направились по тропинке в глубь леса Грюневельт.

– Что-то зябко, холодно… – Белоснежка прижалась к принцу Теодору.

Они смотрели, как мелькают между тёмных стволов деревьев разноцветные фонарики гномов.

– Голубой, розовый, зелёный… Правда, красиво, милый? – сказала Белоснежка, вглядываясь в темноту.

– Да, любовь моя, – негромко ответил принц Теодор.

Они поднялись по мраморной лестнице и вернулись в замок. Их проводил сладкий аромат ночных лилий, раскрывших свои лепестки.

– Слышишь? – вздрогнула Белоснежка. Откуда-то из далеких комнат донёсся протяжный стон. – Опять, опять! И так уже которую ночь.

Стон поднялся к высоким сводам и затих. В нём было столько грусти, безысходной тоски, что Белоснежка и принц Теодор невольно замерли.

Старый король Унгер уже отправился в свою опочивальню. В камине вспыхивали последние угольки. Горела одна свеча в высоком подсвечнике.

– Что это, родная? – Принц Теодор протянул руку. Неровная цепочка капелек тянулась по полу через весь зал.

– Можно подумать, кто-то шёл здесь и горько плакал. Неужели это слёзы? – с удивлением проговорила Белоснежка. – Кто же так томится и горюет в нашем замке? А это что? Смотри, смотри!

На мраморном полу лежал прозрачный платок, тонкий, как обрывок облака.

– Мне кажется, он ещё влажный от слёз. – Белоснежка наклонилась, чтобы поднять его. Но платок исчез, будто растаял в воздухе.

Между двух колонн мелькнул кто-то туманный, еле различимый. Прозрачные руки закрывали низко склонённое лицо. Бледное видение показалось на миг и скрылось.

Послышался шелест и свист острых крыльев. В открытое окно влетела большая летучая мышь с ярко горящими зелёными глазами.

Она сделала круг под высокими сводами, зорко оглядывая зал, и пропала за окном в ночной темноте.

Принц Теодор подбросил в камин охапку сухих благовонных поленьев. Зажёг все свечи. Зал осветился тёплым трепещущим светом.

– Любовь моя, – сказал принц Теодор. – Похоже, в нашем замке Тэнтинель поселилось грустное привидение. Оно тоскует. Что-то его терзает и мучает.

– Но как помочь ему, милый? – Белоснежка подняла на принца Теодора глаза, полные сострадания.