Вечно молодая Стелла - Сергей Сухинов

Понятно, что вестников-Марранов повсюду встречали отнюдь не с распростертыми объятиями. Кое-где их слегка поколотили. Даже детям было ясно, что все печальные изменения в их деревне связаны с таинственным исчезновением прежней правительницы. Волшебница Стелла улетела в Большой мир? Почему, зачем? Нет, здесь что-то не то…

Впрочем, и гвардейцы быстро поняли, что их обманули. Они, конечно, должны были выполнить приказ полковника Норгона и во всех деревнях зачитывали послание королевы Агнет к Болтунам. Однако затем они прятали пергаментные свитки и рассказывали обо всем, что увидели по дороге. И тогда Болтуны понимали: что-то странное происходит не только у них в деревне, но и повсюду в Розовой стране!

Трое гвардейцев по собственному почину направились в родные места, в страну Марранов. Они встретились с правителем Магдаром и сообщили о печальных переменах в краю Болтунов.

Магдар пришел в ярость. Он гордился дружбой с волшебницей Стеллой и готов был умереть ради ее спасения. Стелла покинула Розовую страну? Чушь, тут что-то нечисто!

На следующий же день Магдар собрал армию почти в две тысячи Марранов и двинулся в сторону Стелларии. К армии присоединялись молодые парни из каждой деревни, мимо которой проходило войско. Оружия в Розовой стране ни у кого не было, потому Болтуны захватывали с собой все, что попадалось под руку: молоты, серпы, косы и просто палки. Все ратники были настроены очень воинственно, и даже Летучие Обезьяны никого не страшили. К тому же Марраны приготовили для них несколько сюрпризов, которые вряд ли понравились бы даже этим свирепым животным.

На второй день похода войско подошло к Ромашкам. Здесь его поджидал большой отряд в три сотни Болтунов, возглавляемый мэром Стелларии и молодым Шушаном. Давние друзья Магдар и Данор обнялись со слезами на глазах.

— Данорчик, милый, неужели мы никогда больше не увидим нашу дорогую Стеллу? — вздохнул Марран.

Мэр Стелларии успокаивающе похлопал друга по спине.

— Мы найдем ее даже под землей, — уверенно ответил он.

Марран вытаращил глаза, пораженный неожиданной мыслью.

— Под землей? О-о, неужели Стелла на самом деле попала в царство Пакира?

— Откуда ты узнал о Пакире? — удивился мэр.

Предводитель Марранов поведал ему о том, что сообщили воины, недавно вернувшиеся из Желтой страны. Они служили в армии бывшего короля Гуда и отпросились домой в отпуск.

— Вот в чем дело… — пробормотал Данор, изумленно покачивая головой. — Теперь все ясно. Конечно же проклятая Агнет действовала по наущению подземного колдуна! Может быть, она и сама не подозревает, кому служит… Но тогда нам надо спешить! Если Стелла, Элли и Kорина попадут в руки Властелину Тьмы, то Волшебной стране придет конец.

Магдар встревожился.

— А я даже не подумал об этом! — сказал он. — Если в краю Торна не осталось ни одной волшебницы Света, то кто же нас защитит? Как жаль, дорогой Данор, что ты не успел поговорить со Стеллой и ее гостями. Чувствую, что мы многого не знаем… До меня дошли слухи, что Страшила Мудрый и Железный Дровосек отправились в какое-то путешествие. Куда, зачем?

Немного отдохнув, войско Марранов и Болтунов двинулось на Стелларию. К вечеру оно было уже в десяти милях от столицы.

И тогда в уже темнеющем небе появились Летучие Обезьяны.

Между тем жизнь в Розовом дворце шла своим чередом. Никаких неприятных перемен в столице и ее окрестностях пока не происходило, и потому причин для тревог у придворных не было. Все готовились к свадьбе Агнет Прекрасной и Роголда и заодно занимались бесконечными сплетнями. А оснований для них было предостаточно. Новая королева быстро проявила свой характер.

Для начала она приказала всем художникам нарисовать по пять ее портретов и развесить их во всех залах и коридорах. Музыканты сочинили в ее честь множество песен, и лучшую Агнет провозгласила гимном Розовой страны. Везде во дворце белели листки со стихотворениями, в которых воспевалась красота новой королевы. Концерты отныне проводились утром, днем и вечером, и в каждом выступлении говорилось о том, как все Болтуны рады приходу к власти Агнет Прекрасной и как весело и замечательно заживет отныне народ. О Стелле не упоминалось вовсе.

На одном из балов Агнет объявила свой очередной указ:

«Повелеваю с нынешнего дня именовать нашу страну Оранжевой. Прежнее название было неудачным, и с этой минуты произносить его запрещается. Мой дворец также переименовывается в Оранжевый. Розовый цвет приказываю считать признаком государственной измены. Всем ткацким фабрикам страны с завтрашнего дня наладить выпуск тканей оранжевого цвета. Полковнику Норгону проверить исполнение моего указа и обо всех нарушениях докладывать мне лично.

Королева Агнет Прекрасная».

Что здесь началось! Все дамы и кавалеры, в чьих одеждах преобладал розовый цвет, спешно покинули зал. Они побежали к городским портным и заказали новые наряды, разумеется, из тканей оранжевого цвета.

Кое-кто из граждан Стелларии принялся немедленно перекрашивать свои дома, но большинство предпочло запереть покрепче окна и двери. Приказ королевы показался нелепым, но и бунтовать они не собирались. Самые же недовольные по нескольку раз в день собирались возле дома мэра, но всякий раз его жена сообщала: Данор куда-то уехал по делам и вернется не скоро.

Роголд первым облачился в одежды оранжевого цвета, чем вызвал зависть у остальных кавалеров. Он был невероятно горд тем, что вскоре станет королем, и потому сделался совершенно несносен. Целые дни напролет он расхаживал по дворцу, никого не замечая и ни с кем не здороваясь. То и дело Роголд принимал изящные позы, закатывал глаза и нараспев декламировал стихи, посвященные Агнет Прекрасной. Проходившие мимо придворные на всякий случай ему аплодировали и громко восхищались талантами жениха. Роголду было приятно слышать лестные слова, но он не снисходил до того, чтобы обращать на кого-либо внимание.

Что касается старой Шарлоты, то она предпочла сказаться больной и не выходила из своей комнаты. Но однажды, на третий день после исчезновения Стеллы, к ней в дверь громко постучали. Со вздохом старая фрейлина поднялась с кресла и отперла дверь. В коридоре стоял Дожан Болд.

— Дорогая Шарлота, королева хочет немедленно вас видеть, — произнес дворецкий, слегка поклонившись.

— Скажи ей, что я больна или сплю, или придумай еще что-нибудь, — ворчливо отозвалась первая фрейлина.

Дожан Болд вздохнул:

— Королева еще добавила, что если вы сошлетесь на головную боль или что-либо подобное, то она может перенести свадьбу на более отдаленный срок, дабы вы успели выздороветь к торжеству.