Болдинская осень 11-го «А» - Наталья Литтера

– В Нижнем я целый день на работе, а здесь мама поможет.

И свекровь действительно помогала. Нина Степановна была энергичной женщиной пятидесяти шести лет. Она очень обрадовалась изменениям в личной жизни сына и сразу же полюбила внучку.

– Думала, уж и не дождусь от Пашки детей, – как-то призналась Нике. – Услышал Бог мои молитвы.

Работала Нина Степановна по сменам администратором на автомойке и в свои выходные обязательно забегала посидеть с внучкой, приготовить что-нибудь вкусное, перегладить постельное белье и детские вещи, дать Нике несколько часов свободы. Между свекровью и невесткой установились по-настоящему теплые отношения, а помощь Нины Степановны Ника ценила особенно. Ведь ее собственная мать лишь поздравила дочь с рождением ребенка по телефону, позже приехала с коробкой конфет посмотреть на малышку, а после объявила о своем очередном путешествии. На этот раз в Карелию.

– Всегда мечтала там побывать.

Отец и вовсе обошелся телефонным звонком и денежным переводом. Типа, помог. Было, конечно, очень обидно. Но Ника же с самого начала знала, что именно так все и будет. Оттого и ценила особенно ту семью, которая теперь у нее была. Своеобразная, но настоящая.

А ведь она могла так и остаться матерью-одиночкой.

Нет, ей грех жаловаться на свою судьбу.

– Да что же ты такой прожорливый! Потерпеть полчаса не можешь? – сердилась за стеной Нина Степановна.

– Не могу. Меня жена не кормит. Не хочет, чтобы я толстел.

Вот врун!

– Гы-ы-а… – выдала дочь глубокую мысль, пуская слюнявые пузыри.

– Согласна, – вздохнула Ника, – наш папа еще тот врун и плут, пользуется тем, что мы его любим.

А ведь Ника не хотела выходить за Пашку замуж. Боялась жутко. Перед глазами стоял неудачный брак родителей и куча бракоразводных процессов, которые она вела.

– Почему мы не можем жить просто? – возмущалась Ника. – Я же не собираюсь ограничивать твое общение с ребенком. Приезжай, гуляй, играй.

– Воскресный папа? Нет, это не обсуждается.

– Но почему?

– Потому что я вырос без отца и знаю, что это такое. У моего ребенка будет настоящая, полноценная семья, и я не собираюсь спрашивать разрешения, по каким дням смогу его увидеть.

Голос Пашки был твердый и даже жесткий. Он все решил и не собирался идти на уступки. А у Ники началась паника.

– Штамп в паспорте – это обязанности, они все испортят, мы погрязнем в быте и разбежимся.

– Мы и без штампа погрязнем, – ответил он. – И вообще, я не спрашиваю твоего разрешения, я ставлю перед фактом. Мы поженимся.

– Нет.

– Да. И это не обсуждается.

Средневековье какое-то. Ника не спала три ночи, а потом сказала, что если ему так нужен этот жуткий штамп, то тогда она будет готовить четкий и подробный брачный договор, чтобы, когда они доберутся до развода, она не проходила через все те ужасы, через которые проходят ее клиенты.

– Да пожалуйста, – великодушно согласился Пашка. – Ваяй. Покажи мне потом, где расписаться.

А ее трясло. Ника неделю сидела над этим договором, пытаясь подстелить соломки везде, где возможно. Пашка лишь пожимал плечами: «Беременная женщина, что с нее взять».

Позже, когда они поехали покупать обручальные кольца, Ника поняла, что это ее шанс показать ему, что на самом деле Савельев не готов к настоящей семейной жизни и ее запросам, и указала на кольцо с бриллиантовой дорожкой. Бриллианты были не большие, но и не совсем крошечные. А цена соответствующая.

– Ты действительно хочешь его? – уточнил Пашка.

– Да, – твердо ответила Ника.

Сейчас посмотрим, как ты будешь выкручиваться.

– Оно же непрактичное, – аргументировал он. – Камень может выпасть.

Начинается…

– Я не собираюсь мыть в нем посуду, Савельев.

– Ладно.

Пашка достал из внутреннего кармана легкого пиджака пластиковую карту… и заплатил за кольцо. А Нике стало стыдно. Всю дорогу обратно она размышляла над произошедшим и жалела о содеянном. Жаль, что ювелирные изделия нельзя сдать обратно. Она бы отказалась от кольца, а теперь…

– Ты залез в кредит? – тихо спросила Ника, пока они ехали домой.

– Нет. С чего ты взяла?

– Но кольцо дорогое, – она почувствовала, как дрогнул голос.

А Пашка весело посмотрел на Нику с соседнего сиденья:

– Серова, не забывай, что я ученый с мировым именем, просто вечно голодный. Но это не потому что нищий, а потому что у меня хороший аппетит. И уж кольцо с бриллиантом я своей будущей жене как-нибудь могу купить.

И Ника в очередной раз почувствовала себя дурой, которую обвели вокруг пальца.

– Если бы ты только знал, как часто мне хочется тебя придушить…

– Догадываюсь.

Кольцо, кстати, оценила Маша Пеночкина, когда они встретились на закрытом кинопоказе в середине декабря.

В новогодние каникулы во всех кинотеатрах страны стартует премьера школьной мелодрамы Посоха, той самой, где они снимались. Как Кириллу удалось добиться проката своего кино именно в этот топовый период – загадка. Хотя Ника догадывалась, что без денег и влияния Антона Свешникова дело не обошлось. Как бы то ни было, первого января кино начнет свое шествие по стране, а в декабре Посох организовал предпремьерный показ для своих. Можно сказать, устроил новогодний огонек для бывших одноклассников и даже пригласил Надежду Петровну.

Из приглашенных отсутствовали только Пашка – он улетел на конференцию в Екатеринбург, и Антон – конец года в крупном банке, все дела.

Ника тоже до последнего момента была под вопросом, но Нина Степановна поменялась сменой со вторым администратором и взяла внучку на себя.

Кино, на взгляд Ники, получилось душевное, для семейного просмотра, как раз такое, какое и требуется в праздничные дни. В меру веселое, в меру грустное, в меру ванильное и философское. Первая любовь, взросление, отношения родителей и детей. Во время его просмотра Ника вдруг подумала, что идею сценария Посох взял из давней поездки в Нижний Новгород. Была пара узнаваемых моментов. И от этого фильм для присутствующих воспринимался немного по-другому, как нечто личное. А когда пошли финальные титры, все, не сговариваясь, захлопали.

У Люды Чалых в этой картине была роль классного руководителя – учителя русского языка и литературы, и она так мастерски, так характерно ее исполнила, что Соня, делясь своими впечатлениями, сказала:

– Люда, ты настоящая, глубокая актриса.

И Ника была с ней полностью согласна.

Все поздравляли Посоха и Люду, Надежда Петровна расчувствовалась и прослезилась:

– Я всегда знала, что вы очень талантливые. Я всеми вами горжусь.

Маша же, слегка недовольная, что в этот вечер получила мало внимания, вдруг заметила на пальце Ники кольцо и впечатлилась.

– Ты вышла замуж!

– Да.

– И не