Талисман из Рэдволла - Брайан Джейкс

Пещера Рускема и вправду оказалась небольшой, но уютной. Тагу пришлось немного пригнуться, чтобы не подпирать головой потолок. В углу горел огонь в каменном очаге, у стены — кровать, в середине — кресло, а на полу толстые ковры из мха и камыша. Рускем вытащил две деревянные миски и поварешку, которой зачерпнул что-то из висящего над огнем котла.

—Шуру-буру называется это, в котле, а что там, я и сам не помню. Котел пустым не бывает, что найду — все туда. Ягодки, корешочки, травки… Это тебе, Тамбывал, а это большому Тигу. Вот тут, рядышком, мятный чай в чайнике, сами наливайте.

Шуру-буру оказалось на удивление вкусным блюдом, хотя и с неожиданным сочетанием продуктов. Рускем налил им чаю и заметил, что глаза Нимбало слипаются.

—Время на отдых, Вамболел. Ложись на кровать, я сплю в кресле. Большой Баг ни в какую кровать не поместится, на ковре ляжет.

Таг с любопытством рассматривал стены пещеры, увешанные пластинками с изображениями землероек.

—Здорово нарисовано! Кто художник, Рускем?

—Да я, все я. — Рускем показал на очаг, возле которого на полке лежали острые осколки кремня. — Нравится мне это занятие. Это все мои родственники. Мать, отец, дедушка и бабушка. Это вот моя хозяюшка, ее бедное сердце не бьется уж долгие сезоны. Никого, никого не осталось. Кто умер, остальные разбрелись. Один я остался. Но здесь мой дом, он мне нравится, и здесь я буду жить, сколько еще придется. Отдыхай, Флаг. Устал, небось. Ночной ночи!

Среди ночи Таг вдруг проснулся. Рускем спокойно посапывал в своем кресле, но Нимбало что-то горячо лепетал, всхлипывал, вздрагивал во сне:

—Я все сделал, папа! Есть хочется… Ой! Не бей, папа, не бей, я все сделал! Мама, мамочка, где ты?

Нимбало всхлипнул. Таг осторожно подошел к нему и погладил по голове.

—Спи, спи спокойно, все хорошо, — прошептал он.

Нимбало открыл глаза и сел, не просыпаясь. Голос его стал тверже.

—Оставь ремень, папа. Не смей! Больше никогда! Таг уложил его и шепнул:

—Спи. Таг здесь, с тобой. Спи.

—Таг, — пробормотал Нимбало и успокоился.

Таг подбросил торфа в затухающий очаг. Значит, Нимбало сбежал из дому от жестокого отца. Понятно, почему он пытается представить себя «самым-самым» — хочет показать, что НИКОМУ не позволит издеваться над собой.

На следующий день Таг проснулся поздно. Нибало еще спал, но Рускем уже хлопотал у котла. Он заложил в него овса, ячменя, вмешал кусок пчелиного сота, Всыпал ягод земляники.

—Проснулся, Трог? С добрым утречком! Как думаешь, лучку добавить?

—Не стоит, — замотал головой Таг. — Земляники с медом хватит. Интересно, как там погода сегодня?

Рускем подал гостю кружку чаю.

—Погодушка — что розовый бутончик! Дождь прошел, поток грязный, по полноводный. Чего еще желать?

—Еще можно пожелать, чтобы попутчик проснулся сказал Таг, подошел к кровати и толкнул храпящего Нимбало.

—Не сплю! Давно не сплю, слежу за вами, завтрак поджидаю. Здорово я вас надул?

—Теперь надуй живот вот этим, Тимбало. — Рускем подал ему миску.

После завтрака Рускем направился к своему креслу и вытащил из-под его многочисленных подушек две пластинки со свежей гравировкой. Таг узнал себя и Нимбало

—Ха-ха, я давно уже не сплю. Нравится?

—Очень, очень нравится, — восхитился Таг.

—Хе-хе, спасибо, Баг. Вы уйдете, а я повешу на стену, и вы будете со мной, войдете в мою семью.

—Не хочу входить ни в чью…

Таг прикрыл лапой ротик Нимбало и поднял его,

—Быстро на воздух!

—Что с Бимбало? — испугался Рускем.

—Животик схватило. Сейчас пройдет, — объяснил Таг, Направляясь с Нимбало к выходу.

—Не надо обижать старика, — внушал Таг своему попутчику на освещенном ярким солнцем берегу. — Он вовсю старается, чтобы нам было лучше, он оказал нам честь, нарисовав наши морды.

—Ну, что ли, я пойду извинюсь…— застыдился Нимбало.

—Не надо извиняться, — потрепал его по плечу Таг. — Старик тебя и не услышал. Просто будь с ним повежливей. Он ведь не обязан нам помогать.

Жмурясь и мигая от яркого света, на берегу появился Рускем.

—Хи-хи, видите, какая погода. Живи и радуйся! Ни чего нет прекраснее равнины после грозы.

Нимбало вежливо помог старику присесть.

—Конечно, сэр! Прекрасный вид!

Рускем ткнул палкой в сторону пещеры:

—Я откопал там пару лепешек вам в дорогу. Ведь вы в горы направляетесь… Бывал я там в молодости. Странное место, чудеса, да и только… Осторожно там надо…

Нимбало опять к чему-то прислушивался.

—Как будто что-то бухает… Таг прислушался тоже.

—Кажется, вниз по течению.

Рускем указал палкой в противоположную сторону:

—А мне слышится сверху. Но ваши уши помоложе.

Они решили посмотреть сначала внизу и сразу за поворотом обнаружили громадное сосновое бревно, тыкающееся торцом в берег.

Таг нажал на него ногой, взобрался — бревно держало его.

—Повезло! Готова лодка! Ноги побережем.

Рускем указал в сторону горы:

—Река начинается там, в северных предгорьях. При сильных ливнях она переполняется и часть воды идет по этому руслу. Через педелю здесь снова будет сухо, но сейчас вы мигом доплывете до западного склона.

Таг обломал лишние ветви и придержал ствол, пока Нимбало на него влезал и устраивался. Потом оттолкнул бревно от берега, вывел на глубину и присоединился к, мышонку. Они замахали лапами Рускему, который помахивал им вслед своей палкой.

—Счастливого пути, Фаг и Намбло. Полного желудка и гладкой тропы!

—Счастливо оставаться, Рускем! Береги себя!

—Спасибо за гостеприимство!

Старик землеройка оставался на берегу, пока путешественники не скрылись из виду.

—Вот бы и мне с ними, — бормотал он. — За приключениями… Хе-е, хватит приключений. Набродился в молодые годы. Пойду-ка лучше вздремну.

И Рускем вернулся в пещеру, не интересуясь, что за стук послышался ему за верхним изгибом русла. Если бы (Он туда заглянул, то увидел бы раздутый труп Гробита, прибитый к берегу и застрявший в грязи, которую уже сушило солнце, запекая в твердую, как скала, кору.