Артур и запретный город - Люк Бессон

Жена его держится на расстоянии — чтобы нечаянно неспровоцировать новых происшествий, которые только усложнят и без того непростуюситуацию. Она не может забыть тихий детский голос, вдруг прозвучавший ниоткудаи до сих пор звенящий у нее в ушах. Она ломает голову над этой загадкой, но вконце концов решает, что воображение сыграло с ней злую шутку, и принимается заработу: снимает шкурку с апельсина, предназначенного для супруга.

Неожиданно ей слышатся звуки совершенно иного рода: словногде-то глубоко под землей булькает вода. Мать настороженно прислушивается. Наэтот раз шум никуда не исчезает, а наоборот, становится все отчетливее.

— Дорогой, ты слышишь этот странный шум?

Муж, успевший задремать на ручке лопаты, встрепенулся.

— Ты о чем? — с недоумением спрашивает он, словно очнувшийсяот спячки медведь. Помотав головой, он прислушивается: — А правда, где этошумит?

— Под землей. Наверное, где-то там бежит вода.

Опустившись на колени, мать Артура наклоняется, прикладываетухо к земле и пытается определить, в каком месте журчит этот неизвестно откудавзявшийся подземный источник.

Отец усмехается.

— Тебе уже чудятся голоса, как Жанне д`Арк? — шутливоспрашивает он. — Если так и дальше пойдет, то скоро ты станешь видеть порхающихангелов и оживших призраков!

Слова супруга, поистине, пророческие.

Позади ухмыляющегося отца Артура возникают странные силуэты.Мать замечает их, и улыбка на ее на лице застывает, словно она увиделаприведение.

— Большие и маленькие монстрики, как в пыльных книжкахтвоего отца! — продолжает супруг с квохчущим смехом. — Малюсенькие, покрытыешерстью и ужасно уродливые, вместе со своими братцами, огромными чернымиколдунами!

И он с хохотом начинает подражать африканским танцам —разумеется, в его собственном представлении. Жена смотрит на него со страхом инедоумением. И дрожащим пальцем указывает куда-то за спину супруга. Потрясение,вызванное появлением загадочных фигур, столь велико, что она, не удержавшись наногах, с размаху садится прямо в блюдо с фруктами. Апельсины и яблокираскатываются в разные стороны.

Муж изумлен: только что его супруга разговаривала с ним, ивот ее уже нет.

Он оглядывается и внезапно нос к носу, точнее, нос к пупку,сталкивается с пятью неграми из племени бонго-матассалаи: на них по-прежнемунадеты длинные бубу, в руках они держат острые копья.

От страха отец с такой силой вцепляется в лопату, что она посамый черенок уходит в землю; зубы его стучат, как пишущая машинка,составляющая собственное завещание.

Разница в росте между двумя мужчинами равна почти метру, такчто вождь матассалаи довольно долго наклоняется, пока, наконец, лицо его неоказывается на уровне головы отца.

— У вас есть часы? — вежливо спрашивает африканский гигант.

Резко, словно марионетка, которую дернули за ниточку, отецкивает, что означает положительный ответ. Глядя на свое запястье, он силитсяразличить стрелки на циферблате, но страх застилает ему глаза, и он даже незамечает, что часов у него на руке нет.

— Сейчас… сейчас…

Но сколько бы он ни стучал по запястью, увидеть, которыйчас, ему не дано.

— В кухне есть еще одни часы, — бормочет он, — вот те идутправильно, гораздо лучше этих!

Вождь матассалаи молча улыбается и вновь выпрямляется вовесь свой высоченный рост. Отец понимает это как разрешение удалиться.

— Я… я… сейчас вернусь, — умирающим голосом блеет он, азатем, как кролик, удирает во все лопатки к дому.

* * *

Мракос с гордостью смотрит на карточку, где тщательновыписаны ряды цифр.

— Согласно моим подсчетам, вода должна добраться до столицыминипутов меньше, чем за тридцать секунд! — сообщает он отцу. Для Ужасного Уэто радостное известие.

— Превосходно, превосходно!… Меньше чем через минуту я будуабсолютным и бесспорным повелителем всех Семи континентов, а народ минипутовотойдет в область воспоминаний, станет крохотным абзацем в Великой КнигеИстории!

Урдалак удовлетворенно потирает руки, чувствуя себявеличайшим хитрецом на свете.

* * *

Император Свистокрыл де Стрелобарб вышагивает перед воротамисвоей столицы. Настал час великих испытаний: он уже не надеется сохранить своекоролевство. Но потеря королевства — ничто по сравнению с потерей детей.Селения и Барахлюш не вернулись, и их отсутствие тревожит императора преждевсего.

— Который час, мой добрый Миро? — спрашивает он у своеговерного крота.

Зверек, чей унылый вид вполне под стать настроению короля,со вздохом извлекает из жилетного кармашка часы.

— Без пяти минут полдень, мой король, — отвечает он.

В отличие от хронометра Урдалака, где нет движущихся в своемритме стрелок, настоящие часы не могут сократить или растянуть время. В странеминипутов секунда остается секундой, а, значит, трагические события неумолимоприближаются.

Добрый король тяжело вздыхает и всплескивает руками.

— Осталось всего пять минут, а у нас по-прежнему никакихновостей! — сокрушенно произносит он. Миро подходит к нему и ласково кладет емулапу на плечо.

— Поверьте, мой добрый король, все будет хорошо, ваша дочьочень мужественная девочка. И этот Артур, на мой взгляд, тоже оченьизобретательный, да к тому же еще и разумный! Уверен, они обязательно вернутся!

Жадно вслушиваясь в слова поддержки, король слабо улыбается.

В знак благодарности он хлопает друга по плечу и уже болееуверенным тоном говорит:

— Да услышат боги твои слова, Миро! Ох, да услышат тебябоги!

* * *

Несмотря на усталость, Артур по-прежнему обеими рукамидержит руль. Он привык к скорости и уже успевает реагировать на все повороты.

Машине удалось уйти от волны, которая чуть было не настиглаее — сейчас скорость авто, по крайней мере, в два раза больше скорости воды.